Шерман, Бернард

Бернард Чарльз Шерман родился 2 февраля 1942 года в Торонто в еврейской семье, став единственным сыном Херберта и Сары Шерманов^[1][2]. Его дедушка и бабушка его бежали от гонений из России и Польши^[3]. Отец был президентом и старшим партнёром фирмы «American Trimming» по производству застёжек-молний в Торонто, и скончался в возрасте 46 лет от сердечного приступа, когда Барри было всего 9 лет, после чего мать, чтобы прокормить семью, снова занялась терапевтической практикой^[1][4][5].

Окончил Коллегиальный институт Форрест-Хилл^[1][2]. В детстве был застенчивым мальчиком, интровертом, имевшем мало друзей и плохо учившимся в школе^[4][5]. До конца жизни страдал от летаргии, из-за которой одноклассники называли его «стариком»^[5][6]. Был членом студенческой милиции при Королевском полку канадской артиллерии^[7].

В 1958 году в возрасте 16 лет поступил в Торонтский университет по программе инженерии и наук^[8], став самым молодым студентом в истории данного учебного курса^[9]. В 1964 году получил степень бакалавра прикладных наук^[8], став лауреатом Премии генерал-губернатора за университетскую диссертацию^[2]. После этого поступил в Массачусетский технологический институт, где специализировался на разработке систем управления для аэрокосмической промышленности^[5]. В 1967 году получил степень доктора философии по астрофизике^[10][11], став обладателем своего первого патента в области систем управления орбитальными спутниками^[5]. В 2004 году получил почётную докторскую степень от Техниона^[12].

Во время учёбы в возрасте 18 лет стал работать на своего дядю Луиса Ллойда Винтера в его фармацевтической компании «Empire Laboratories»^[1][2]. Спустя восемь лет после смерти отца дядя фактически стал для Барри новым отцом^[4][6][6]. Барри решил пойти по его стопам^[13], часто помогал Винтеру в управлении фирмой, когда он уезжал в командировки^[14]. Винтер внезапно скончался от аневризмы на 41-м году жизни 5 ноября 1965 года, за 17 дней до смерти своей жены Беверли, которой был поставлен диагноз «лейкемия»^[6][15][16]. У них осталось четверо детей: Тим (р. 1958), Джеффри (р. 1960), Керри (р. 1961), Дана (р. 1962)^[5]. В 1967 году, сразу после завершения докторской диссертации, Шерман купил основанную своим дядей компанию^[14], которая после его смерти находилась под управлением «Royal Trust Co.»^[17]. Вместе со своим старым другом и партнёром Джоэлом Ольстером Шерман потратил на это 350 тысяч долларов, взятых в долг у его отца и своей матери^[5][6]. Продажа состоялась при условии выплачивания роялти в течение последующих 15 лет сиротам Винтер, которые при достижении 21 года могли получить работу в компании, а также имели право на покупку 5 % акций, однако «Royal Trust» не раскрыл эти детали Шерману^[6][16][18]. Примечательно, что в 1965 году Шерман присутствовал на похоронах Луиса и пообещал его вдове Беверли, лежащей в больнице, позаботиться о фирме в интересах детей и купить компанию, если она будет выставлена на продажу, однако тогда он не принял никакого решения^[5][6].

В 1970 году Шерман инвестировал в «Barr Laboratories», сделавшись её крупнейшим акционером^[2]. Тем временем, годовой доход «Empire» достиг почти 2 миллионов долларов, в том числе благодаря психопрепаратам либриуму и стелазину^[5]. В 1972 году вместе с Ольстером продал «Empire Laboratories» за 2 миллиона долларов американской компании «ICN Pharmaceuticals»^[2][4]. Продажа состоялась при условии того, что ни одни из акционеров не будет заниматься фармацевтическим бизнесом, однако Шерман воспользовался лазейкой в законах, записав акции не на себя, а на фирму «Bernard C. Sherman Limited», в результате чего вернулся к прежней работе^[5][6][7]. В 1974 году он основал «Apotex»^[19], сделав её мировым лидером среди поставщиков лекарств-дженериков^[20], а также крупнейшей фармацевтической компанией в Канаде^[21]. Большинство из 300 производимых компанией лекарств оказались аналогами таких широко используемых препаратов, как антидепрессант паксил, антигистамин кларитин и антибиотик тетрацин^[5]. С 1981 по 1993 год Шерман был председателем «Barr Laboratories»^[10], ставшей в 2008 году подразделением «Teva Pharmaceuticals»^[14]. В 2012 году он ушёл с поста исполнительного директора «Apotex», оставшись на должности исполнительного председателя^[2]. К этому времени компания стала поставщиком 300 видов дженериков в 120 стран^[22].

Имел репутацию жёсткого и беспощадного бизнесмена, активно судился и мог вести до 100 судебных процессов одновременно, сделав «Apotex» главным борцом против монополии больших компаний на лекарственные бренды, в связи с чем нажил много врагов^[4][5][6]. Так, он ввязался в судебную тяжбу с сиротами Винтер^[23], заявившими во исполнение фидуциарных обязанностей права на 20 % «Apotex»^[24]. До их совершеннолетия большая часть денег была потрачена приёмными родителями^[4], не уделявшими детям должного внимания^[5][6]. В результате, наряду с проблемами в школе, Дана и Керри пристрастились к наркотикам, а Джеффри был поставлен диагноз «биполярное расстройство»^[4][5]. Шерман ничего не знал об их судьбе до 1988 года, после чего начать давал своим двоюродным братьям деньги, заплатил за антинаркотическую реабилитацию, купил им дома и помогал заниматься бизнесом в качестве меры предупреждения возможных неприятностей для своего бизнеса^{[4][5][6][15][16]}. Тем не менее, Дана скончался в 1995 году от передозировки героина, будучи обвинённым в сговоре с целью совершения убийства^[5][16]. В какой-то момент сироты узнали о соглашении^[4], посчитали, что его бизнес-успехи в немалой степени обусловлены приобретением отцовской компании^[6], после чего начали задавать вопросы и Шерман прекратил оказывать им финансовую поддержку^[16]. В 2006 году трое братьев Винтер и вдова Даны Джулия подали иск в Верховный суд Онтарио против «Royal Trust», а в 2007 году и против самого Шермана с требованием выплаты 1 миллиона долларов и предоставления 20 % доли «Apotex»^[5][17][18]. Тяжба окончилась победой Шермана только в сентябре 2017 года, когда судья Верховного суда Кеннет Худ отклонил иски Винтеров, посчитав, что в их требованиях желаемое выдавалось за действительное^[25]. Тем не менее Винтеры подали апелляцию, а их адвокат заявил, что борьба будет продолжена и после смерти Шермана^[26].

В 1971 году Бернард Шерман женился на Хани Рейч^[7]. Она была дочерью выживших в Холокосте, родилась в лагере для перемещённых лиц и в 1948 году переехала в Торонто вместе с родителями^[6][27]. Окончив Торонтский университет по настоянию матери, Хани случайно познакомилась с Барри благодаря их общему другу^[5][7]. У них родилось четверо детей: два сына и две дочери — Лорен (р. 1975), Джонатон (р. 1983), Александра (р. 1986) и Кэлен (р. 1990)^[6][7]. После нескольких выкидышей, для рождения последних трёх детей пара прибегла к суррогатному материнству^[5][7].

Шерманы жили в особняке по адресу 50, Олд-Колони-роуд в Норт-Йорке, пригороде Торонто^[21][28]. Двухэтажный дом, площадь которого составляет 12,440 квадратных футов, был куплен в 1985 году за 400 тысяч долларов^{[11][23][24][29]}. Потратив 2 миллиона долларов на его обустройство, в 1991 году Шерманы заметили «катастрофические» проблемы с домом и в 2006 году подали в суд на проектные и строительные компании, обвинив их в халатности и нарушении контракта, но судья прекратил дело за отсутствием доказательств какого-либо ущерба^[29]. Дом выглядел довольно непритязательным^[5], а также скромным по сравнению с другими особняками на своей улице^[27], несмотря на то, что в нём имелись два бассейна (крытый и открытый), подземная парковка на шесть машиномест, тренажёрный зал, несколько спален, гардеробных и ванных комнат^[29].

В 2007 году в возрасте 65 лет Барри победил рак предстательной железы^[4]; также перенёс рак горла, страдал артритом^[31]. Он оставил неопубликованные и незавершённые мемуары «Наследие мыслей»^[1][5]. Был убеждённым атеистом, не верил в существование бога, крайне отрицательно относился к организованной религии^[30][4][7]. Считал, что свободы воли, альтруизма и нравственности не существует, так как люди помогают окружающим в стремлении их облагородить для собственной же пользы, что в конечном счёте эгоистично^[4][7]. На 2017 год располагал состоянием в 3,2 миллиарда долларов^[32], занимал 660-е место в списке миллиардеров «Forbes» и был 12-м в списке самых богатых людей Канады^[33], а также входил в число 50-ти самых богатых евреев мира^[34]. Шерманы вели скромный образ жизни, шедший вразрез с их огромным состоянием; в частности, Барри и Хани ездили на своих автомобилях до тех пор, пока те окончательно не проржавеют и не развалятся^[2][5][35]. В 2017 году Шерманы купили новый дом в Форрест-Хилле^[23], а старый в декабре выставили на продажу за 5,4 миллионов долларов (6,9 млн канадских долларов)^[11][21][23]. 18 декабря они должны были уехать в длительный отпуск Майами-Бич (штат Флорида, США), где владели кондоминиумом, и Хани сообщила об этом по электронной почте своим американским друзьям^[27][36][37].

Шерманы активно занимались благотворительностью, жертвовали миллионы долларов больницам и университетам, различным общественным организациям^{[1][2][4][36]}. Помогли создать «Apotex Centre», еврейский дом престарелых при госпитале «Бэйкрест», где Барри был членом совета директоров и почетным членом совета фонда, в который входила также и Хани^[38]. С 2011 по 2013 год она была председателем центра просвещения о Холокосте имени Сары и Хаима Нойбергеров в Торонто, а также состояла членом советов отделения женской помощи госпиталя «Маунт-Синай», Американского еврейского объединённого распределительного комитета, организации «Друзья Центра Симона Визенталя»^[1]. Чета Шерманов была одними из главных благотворителей Центра Симона Визенталя^[39], щедрыми донорами «United Way»^[2], также они пожертвовали рекордные 50 миллионов долларов «Объединённому еврейскому призыву»^[40], в торонтском отделении которого их именем был назван образовательный центр-кампус^[41]. Барри выделил более 12 миллионов долларов медицинскому факультету Торонтского университета^[8], где был членом совета лидеров предпринимательства^[9]. Хани состояла в совете управляющих Йоркского университета и работала в его различных комитетах^[42]. Благодаря пожертвованиям Шерманов при Йоркском университете был создан центр исследований наук о здоровье, открытый в 2010 году и названный в их честь^[43]. Через свой фонд «The Apotex Foundation» Барри посылал лекарства в развивающиеся страны и зоны мировых бедствий^[7][14].

Был главным финансовым донором Либеральной партии^[4]. В 2015 году в преддверии федеральных выборов дом Шерманов стал местом сбора средств для лидера либералов Джастина Трюдо^[21][24]. Так, 26 августа Шерман организовал встречу с Трюдо, билеты на который продавал за 1500 долларов, а 7 ноября 2016 года — с участием министра финансов Билла Морно, но уже за 500 долларов за штуку^[21][44]. В то же самое время, компания «Apotex» была зарегистрирована Шерманом в качестве лоббистской фирмы при федеральном правительстве несмотря на то, что в соответствующем кодексе лоббистского поведения содержится запрет на такую работу в течение пяти лет после того, как лоббист, а именно Шерман, помогал со сбором средств для какого-либо политика или партии^[45][46]. В октябре 2016 года комиссар по лоббизму Карен Шеперд на основании жалоб от организации «Democracy Watch» инициировала проведение расследования по фактам доступа к федеральным чиновникам в обмен на деньги^[46][47]. В ответ, в сентябре 2017 Шерман вместе с «Apotex» подал иск в суд с требованием закрыть расследование как «необоснованное» и «несправедливое»^[44]. На момент смерти Шермана расследование ещё велось^[46].

Обстоятельства, прощание, похороны

В четверг, 14 декабря 2017 года, Барри не вышел на работу, тогда как Хани тоже нигде не появилась^[21][37]. На следующий день, 15 декабря, агент по недвижимости, приехавший к дому для назначения даты его показа потенциальным покупателям и не сумевший связаться с Шерманами, нашёл их повешенными на перилах у крытого бассейна, расположенного в подвале^[21][27][48]. Звонок с просьбой о экстренной медицинской помощи поступил в службы полиции, пожарных и скорой помощи в 11:44 утра по местному времени^[23][24]. Смерть была констатирована на месте^[49], а обстоятельства произошедшего были оценены полицейскими как «подозрительные»^[24].

Шерману было 75 лет, а его жене — 70^[50]. Соболезнования выразили многие канадские политики, в том числе премьер-министр Канады Джастин Трюдо^[51], бывший премьер Онтарио Боб Рэй^[24], министр здравоохранения Онтарио Эрик Хоскинс^[52], а также сенатор от Консервативной партии Линда Фрум^[53], только что в ноябре вручившая Шерманам памятные медали 150-летия Сената^[54][55]. У дома Шерманов возник импровизированный мемориал из цветов, приносимых соседями, сотрудниками «Apotex» и просто неравнодушными людьми^[56]. Свои слова соболезнования выразил президент «Друзей Центра Симона Визенталя» Ави Бенлоло^[39], а на здании кампуса «Объединённого еврейского призыва» были приспущены флаги^[41].

Спустя неделю после смерти Шерманов, 21 декабря в конференц-центре в Миссисоге, в зале которого были выставлены два гроба, прошла поминальная служба в присутствии детей Шерманов, их близких и родных, а также премьер-министра Канады Джастина Трюдо, премьера Онтарио Кейтлин Винн и мэра Торонто Джона Тори, в общей сложности нескольких тысяч человек, в том числе работников «Apotex», одетых в футболки фирменного синего цвета с надписью «Мы продолжим ваше наследие»^{[57][58][59][60][61]}. Чета Шерманов была похоронена на кладбище Пардс-Шалом в Воне^[62][63].

Расследование

Расследованием случившегося занялся отдел убийств полиции Торонто^[64]. 16 декабря было проведено вскрытие^[65], по итогам которого полицией был сделан вывод о том, что причиной смерти обоих стало «лигатурное сдавливание шеи»^[64], то есть удушение, происходящее по причине сжатия шеи верёвкой или какой-либо другой лигатурой^[66]. В полицейском заявлении не было употреблено слово «убийство»^[67], тогда как детектив отдела убийств Брэндон Прайс сообщил, что расследование не включает в себя поиск подозреваемых ввиду отсутствия следов проникновения в дом^[56]. Тем временем, журналисты со ссылкой на источники в полиции писали о том, что главной версией случившегося является убийство-самоубийство, а именно то, что Шерман убил свою жену, а затем покончил с собой^[37][65].

После этого дети Шерманов выступили с заявлением, в котором призвали к «тщательному, интенсивному и объективному уголовному расследованию», отметив, что «наши родители с энтузиазмом относились к жизни и были привержены своей семье и сообществу, что совершенно несовместимо со слухами, которые, к сожалению, были распространены в средствах массовой информации относительно обстоятельств их смерти»^[68]. Впоследствии, для проведения частного расследования они наняли адвоката Брайана Гринспена^[69][70], который в свою очередь сформировал команду из бывших сотрудников отдела убийств полиции Торонто Майкла Дэвиса и Тома Клатта, возглавляющих свои собственные следственные фирмы^[71][72].

Результаты вскрытия, проведённого по заказу детей Шерманов, не были обнародованы, равно как и какая-либо другая новая информация полицейского расследования^[73]. Дело осталось открытым^[74], а убийство — нераскрытым^[75]. Тем не менее, в январе 2018 года стало известно, что частные следователи склоняются к теории двойного заказного убийства, выполненного профессиональными киллерами^[76][77]. 26 января детектив полиции сержант Сьюзан Гомес сообщила на пресс-конференции, что смерть Шерманов расследуется как убийство^[78][79]. В рамках следствия полицейскими был допрошен Керри Винтер, один племянников Шермана^[80]. Ранее он заявлял о своей непричастности к случившемуся^[81], а также о том, что Барри в 1990-х годах несколько раз предлагал ему убить Хани^[82], что однако не подтвердилось во время прохождения Винтером испытания на детекторе лжи^[83].

Спустя год после убийства полицейское расследование зашло в тупик^[84], при том, что семья Шерманов предложила вознаграждение в размере 10 миллионов канадских долларов (7,6 долларов США) за информацию могущую помочь следствию^[85][86]. Тем временем, 19 марта 2019 года муниципальный совет Норт-Йорка по просьбе семьи Шерманов принял решение о сносе особняка, в котором они были убиты^[87]; 6 мая снос был завершён^[88]. 29 октября журналист-расследователь газеты «Toronto Sun» Кевин Донован выпустил книгу «Убийство миллиардеров», в которой сделал вывод о том, что Шерманы знали тех, кто их убил, и что мотивом совершения преступления стали деньги^[89][90]; тем не менее, в книге не даётся ответов на вопрос о том, кто именно причастен к убийству^[35][91]. 16 декабря инспектор полиции Торонто Хэнк Идсинга заявил о том, работа частной следственной группы, нанятой семьёй Шерманов, завершилась, тогда как полицейское расследование продолжается, но никаких новых сведений о продвижении дела не было сообщено^[92][93][94].

• Орден Канады степени члена (29 декабря 2017, посмертно) — «за предпринимательскую деятельность в фармацевтической промышленности и за неизменную поддержку и приверженность делу просвещения и благотворительности»^[95][96]. Орден является высшей наградой Канады и не может быть присуждён посмертно, и в данном случае награждение было одобрено генерал-губернатором Канады Жюли Пейетт за несколько месяцев до смерти Шермана, который был проинформирован об этом решении в конфиденциальном порядке^{[97][98][99][100]}.