Фишер, Клэр

Затем Фишер жил в Детройте, штат Мичиган. Впервые услышав живое выступление вокального квартета The Hi-Lo’s, он сразу же предложил свои услуги. В течение следующих пяти лет Фишер записал с группой несколько альбомов, выступая в качестве пианиста и иногда аранжировщика^[12]. Кроме того, он создал несколько вокальных аранжировок, дебютировав в этом качестве; именно на эти аранжировки Херби Хэнкок позже указывал как на главное влияние:

…именно тогда я действительно узнал некоторые гораздо более далёкие голосоведения — как гармонии, которые я использовал на Speak Like a Child — просто возможность делать это. Я действительно получил это из аранжировок Клэра Фишера для Hi-Lo’s. Клэр Фишер оказал большое влияние на мою гармоническую концепцию..^[13]. Я слышал некоторые из его последних записей, и он всё ещё делал удивительные гармонические вещи. И, конечно, он тоже был замечательным пианистом. Но именно те вокальные гармонии были первым, что я услышал. Я благоговел перед ним^[14].

Когда Фишер переехал в Голливуд в 1958 году, он отправился в Восточный Лос-Анджелес, чтобы играть и больше узнать о латин-джазе. Он начал в группе чаранга под руководством Модесто Дюрана и играл со многими различными коллективами. 2 ноября 1959 года он установил плодотворную связь в этом жанре, выступив с Hi-Lo’s на Первом ежегодном джазовом фестивале в Лос-Анджелесе в одной программе с уже популярной латин-джазовой группой под руководством вибрафониста Кола Чейдера. И его игра, и аранжировки произвели немедленное впечатление на Чейдера^[15], который нанял Фишера в обоих качествах для нескольких записей в течение следующих трёх лет; они воссоединились в середине 1970-х годов, что в конечном итоге привело к созданию собственного латин-джазового коллектива Фишера Salsa Picante.

В 1961 году Фишер заинтересовался бразильской музыкой благодаря записям Элизет Кардозу и Жуана Жилберту. Это открытие, в сочетании со знакомством с музыкой мексиканского композитора Марио Руиса Арменголя, привело к последующему сотрудничеству Фишера с Колом Чейдером — пластинке 1962 года, посвящённой музыке Арменголя и различных современных бразильских композиторов^[16]. В следующем году Фишер сотрудничал с саксофонистом Бадом Шенком над двумя пластинками в стиле босанова и аранжировал ещё одну для пианиста Джорджа Ширинга.

Во время работы с The Hi-Lo’s Фишер аранжировал пластинку трубача Дональда Бёрда, которая благодаря использованию Фишером струнных и арф придала известным стандартам непривычное меланхоличное качество. Хотя альбом был выпущен только через двадцать пять лет, September Afternoon принёс немедленные дивиденды, когда Бёрд поставил копию Диззи Гиллеспи. В свою очередь, Гиллеспи нанял Фишера написать аранжировки для небольшого ансамбля с духовыми и деревянными духовыми инструментами для своего альбома A Portrait of Duke Ellington^[12], который был хорошо принят. В 1960 году последовали альбомы для вибрафониста Кола Чейдера и пианиста Джорджа Ширинга, а также восьмилетняя карьера по написанию музыки для рекламы и подписание первого контракта Фишера на запись.

Первая запись под его собственным именем началась в 1961 году с нонетом под названием альбома Jazz. Позже он записал для Pacific Jazz Records альбомы First Time Out, Surging Ahead, Manteca! и Extension, а также записи с Бадом Шенком и Джо Пассом. Эти ранние записи представляют собой тщательные исследования джаза, босановы и мамбо с гармонической глубиной Баха, Шостаковича и Стравинского. Они были хорошо приняты критиками, но коммерчески не очень успешны. Фишер представил себя как пианиста и аранжировщика и сочинил свои самые известные пьесы: «Pensativa» и «Morning». Однако его многочисленные таланты оказались недостатком.

Всякий раз, когда я играл с трио, люди говорили: «Фишер многим обязан Биллу Эвансу». Которого я никогда не слышал… Моим большим музыкальным примером в то время был Ли Кониц. А когда я оркестровал пластинку, я копировал аранжировщика Гила Эванса… Я называл это моим «синдромом братьев Эванс»^[11].

Последовали аранжировки для Сержио Мендеса, Вилли Раффа и других. В 1960-х годах Фишер снова начал играть на органе, изучив трубный орган в шестнадцать лет. Он начал записываться на Hammond B-3 для Pacific и на альбоме Кола Чейдера Soña Libre. Спустя годы Фишер записал T’DAAA (1972), продемонстрировав своё мастерство на Yamaha EX-42, и Clare Declares (1977), где снова звучал трубный орган.

В 1975 году, после десяти лет студийной работы и художественно успешных, но малоизвестных сольных записей, Фишер нашёл новое направление. Как и Хэнкок и Чик Кориа, он был пионером на электрических клавишных, и в этом качестве присоединился к группе вибрафониста Кола Чейдера. Фишер создал свою собственную группу с латиноамериканскими музыкантами «Salsa Picante», которая проявила большой эклектизм в музыкальных стилях. Позже он расширил состав, включив четырёх вокалистов, выступавших отдельно как «2 + 2».

Альбом 2+2 получил премию «Грэмми» в 1981 году. После этого он записал And Sometimes Voices и Free Fall с вокальной группой. Free Fall был номинирован в трёх категориях на премию «Грэмми» и победил в категории «Лучший джазовый альбом вокального дуэта или группы». Crazy Bird был записан с инструментальной группой, а Alone Together — сольный фортепианный альбом, записанный на гамбургском Steinway. Он был записан для Ханса Георга Бруннер-Швера и немецкой компании MPS Records.

В 1970-х годах Фишер начал делать оркестровые партии для R&B-групп. Его племянник, Андре Фишер, был барабанщиком группы Rufus с участием Чаки Хан. «Видимо, аранжировки, которые я сделал для их ранних записей, были оценены, так как в последующие годы меня нанимали почти исключительно чернокожие артисты»^[11]. Среди артистов, с которыми работал Фишер, — The Jacksons, Эрл Клу, Switch, DeBarge, Shotgun (ответвление 24-Carat Black конца 70-х) и Atlantic Starr. Его стены теперь увешаны золотыми и платиновыми пластинками с этих записей, номинациями на «Грэмми» и несколькими наградами NARAS MVP, кульминацией которых стал почётный MVP в 1985 году.

Когда его слава как аранжировщика утвердилась, Фишер также работал с поп-музыкантами Полом Маккартни, Принсом, Селин Дион и Робертом Палмером. «Я удивлён, что мои аранжировки теперь считаются одной из предпосылок для хитового альбома. Люди чувствуют, что они заставляют песню звучать почти классически»^[11].

Исполнитель классической музыки Ричард Штольцман в 1983 году заказал ему симфоническое произведение с использованием тем Дюка Эллингтона и Билли Стрейхорна. Результат, «The Duke, Swee’pea and Me», одиннадцати с половиной минутное оркестровое произведение, исполнялось с симфоническим оркестром и Штольцманом на кларнете по всему миру^[17].

Начиная с 1984 года, Фишер писал оркестровые аранжировки для поп-артиста Принса^[18]. Аранжировки Фишера появлялись как на альбомах Принса, так и в саундтреках к фильмам Принса «Под вишнёвой луной» (первое упоминание Фишера в титрах фильма), «Мост граффити», «Бэтмен» и «Девушка № 6». Сингл Принса 2005 года «Te Amo Corazón», трек в стиле латин-джаз в среднем темпе, является одним из примеров его сотрудничества с Фишером.

Как джазовый педагог, Фишер давал сольные фортепианные концерты и проводил семинары и мастер-классы в университетах и консерваториях Европы и США^[19]. В 1995 году Фишер выпустил сольный джазовый фортепианный альбом Just Me на лейбле Concord Jazz. В 1997 году его латин-джазовая группа, в которую входили шесть певцов, выпустила альбом Rockin' In Rhythm на лейбле JVC Music.

В 1993 году голландские джазовые пианисты Кор Баккер и Берт ван ден Бринк записали альбом композиций Фишера под названием DeClared. В 1998 году альбом The Latin Side, в который также вошли композиции Фишера, был выпущен нидерландским оркестром Metropole Orchestra (под руководством Роба Пронка и Винса Мендозы). Ещё один примечательный недавний CD с Клэром — переиздание Tokyo Debut Арта Пеппера на Galaxy (1995).

Помимо работы с Принсом, Фишер делал аранжировки для Майкла Джексона, Эми Грант, Жуана Жилберту, Полы Абдул, Натали Коул, Чаки Хан и Брэнфорда Марсалиса. Эта работа позволила Фишеру записать собственную музыку с группой из двадцати духовых инструментов под названием «Clare Fischer’s Jazz Corps». Записи этой группы содержат аранжировку «Corcovado» Антониу Карлоса Жобина. Фишер говорил о Жобине:

Смерть моего друга Тома Жобина глубоко повлияла на меня. Как и мне, ему было 68 лет, а я всё ещё жив. После его смерти мне приснился сон, в котором я дирижировал его «Corcovado». Только это была не обычная версия, в басу были эти гармонические контрмелодии. Когда я проснулся, я записал то, что мне приснилось. Это стало Jobim’s In Memoriam, пьесой, которую я назвал «Corcovado Fúnebre»^[11].

Одним из последних проектов Фишера под его собственным именем была запись с бразильским гитаристом Элиу Дельмиро под названием «Symbiosis», которая была выпущена на записи «Clare Fischer Productions», как и его запись Clare Fischer’s Jazz Corps.

В декабре 1999 года Музыкальная школа Университета штата Мичиган присвоила Фишеру почётную степень доктора изящных искусств в знак признания его «творчества и мастерства как джазового композитора, аранжировщика и исполнителя».

22 октября 2009 года Концертный джазовый оркестр Манхэттенской музыкальной школы под руководством Джастина ДиКоччо отметил два юбилея Клэра Фишера — его 81-й день рождения и 40-летие выпуска его известного биг-бэнд альбома Thesaurus — концертом, программа которого завершилась пятью последовательными аранжировками из этого альбома. Символично, что последовательность из пяти мелодий начиналась и заканчивалась, как и сам альбом, композициями «The Duke» и «Upper Manhattan Medical Group»^{[комм. 1][20]} — посвящениями Фишера его джазовым вдохновителям, Дюку Эллингтону и Билли Стрейхорну^{[комм. 2]}. Фишер не смог присутствовать на трибьюте; после неотложной медицинской помощи во время перелёта домой с семейной встречи в Мичигане в предыдущем году семья решила, что авиаперелёты «слишком утомительны»^[22].

• Победы за карьеру: 3^[25]
• Номинации за карьеру: 13