Филомела (пьеса)

«Филоме́ла» — пьеса трагического жанра в пяти действиях, написанная И. А. Крыловым в 1786 году[1]. Впервые была напечатана в 1793 году в сборнике «Российский феатр»[2]. За основу взят миф и герои из древнеримской поэмы «Метаморфозы»[2] и «Илиады» Гомера[3].

Общие сведения
Филомела
Жанр трагедия
Автор Иван Андреевич Крылов
Язык оригинала русский

Сюжет

В сюжете поднимается тема борьбы с правителем-тираном[4]. Классическая трагедия представлена трансформацией сюжета о запретных чувствах фракийского царя Терея к сестре своей жены Филомеле, введены дополнительные герои: возлюбленный Филомелы Линсей, доверенный царя Агамет и жрец Калхант, который выражает истинные мысли автора[5]. События пьесы наполнены жестокими сценами, самоубийством и смертью.

В трагедии время не обозначено и сжато. За трое суточных единиц пьесы происходят и похищения Филомелы, и сражение царя с Линсеем, и убийство наследника, и смерть главных героев Филомелы и Терея. На протяжении всей пьесы ведётся упоминание народа, обещаний ему, угрозы возникновения возмущений:

Народ, ожесточа свирепостью сердца,
Бежит лишить тебя и трона и венца...
[6]

Заключительные строки пьесы:

В месть беззаконью зря пролиты крови реки,
Страшитесь раздражать бессмертных, человеки!
[7]

выражают главную мысль автора о том, что никто не в силах противостоять силе самодержия, и что оно ужасно в любых своих проявлениях[5].

Критика

Критики весьма сурово отозвались о данной пьесе, отмечая тяжёлый слог, присутствие пустых диалогов[8], называя «страшно плохой трагедией»[9].

Сам автор вспоминает эту пьесу среди первых попыток в писательстве, называет пьесу «что попало», и радуется тому, что она исчезла, потому что «в ней ничего путного не было»[10].

Крыловеды отмечают влияние на автора при написании пьесы таких произведений как «Дмитрий Самозванец» Сумарокова, «Федра» Расина, «Дидона» Княжнина, «Сорена и Замир» Николина, отмечая, что он усваивал опыт мэтров, но мысля шаблонами, неопытный, не смог создать оригинальное произведение[5][3].

Наш современник Евгений Степанов отмечает актуальность данной трагедии и по сей день[11]. Он говорит о роли Калханта, как символе обращения народа к государству[11], и в подтверждение приводит его цитату:

Постойте, слабые рабы свирепой злобы!
Кого стремитесь вы ввергать во мрачны гробы?
Забылись, что, приняв название царей,
Вы жизнью жертвовать клялись у алтарей...
[12]