Треуголка

В первой половине XVII века в армиях Западной Европы была распространена широкополая шляпа. Широкие поля мешали военным запрокидывать голову и были помехой, когда на плече лежало громоздкое ружьё. Края шляпы постепенно подгибались, пока не появился принципиально новый, прогрессивный фасон — с тремя загнутыми полями. Распространение треуголки-tricorne в армии относится к эпохе правления Людовика XIV^[3]. Со временем эту моду переняли и штатские. Треугольные шляпы, украшенные галуном и перьями, носили до того момента, пока в моду не вошли громоздкие парики — аллонж.

После этого штатские лица носили треуголку под локтем и использовали её при поклонах, описывая ею замысловатые фигуры. В армии же tricorne прижилась и была в ходу до появления в конце XVIII века двууголки.

В конце XVII — в начале XVIII века треуголка имела довольно значительные размеры. Она украшалась страусовыми перьями, галуном, нередко — пышным бантом. Постепенно шляпа становится меньше и декоративнее. Исчезает пышный плюмаж из перьев, утрачивается значительная часть декорирующих деталей. Это происходит в связи с тем, что треуголка всё больше становится декоративным аксессуаром, который кавалер держит в руке или под локтем: пудреные парики «не нуждались» в шляпе. Иное дело — охотничий костюм. В его состав непременно входила шляпа. В армии также прижилась треуголка в качестве основного головного убора.

В XVIII веке, в эпоху рококо треуголку охотно носили женщины^[3]. Это было связано с .

Постепенно и «три угла» стали не слишком компактными. В армии, а затем и среди штатского населения, приобрела популярность двуугольная шляпа. Двууголка легко складывалась и занимала меньше места — качества важные, тем более что на приемах и балах кавалеры не расставались со своими шляпами.

В России треугольные шляпы (простр. треуголки) стали появляться в последней четверти XVII века. В русских гвардии, армии, флоте и государственной и придворной службе данный головной убор использовался офицерами, чиновниками и придворными до 1917 г. По ширине и фасону галунов на бортах, по кокарде и плюмажу различались чины. Хотя по покрою русская треугольная шляпа с начала XIX в. ничем не отличалась от того головного убора, который в других странах именовался "двууголка" (бикорн), сам термин "двууголка" (бикорн) в Российской империи никогда не употреблялся^[4][5],

В XIX—XX веках треуголка стала характерным символом ушедшей и притягательной «галантной эпохи». Так, Константин Сомов в своей «Книге маркизы» изображает tricorne довольно часто, не всегда следуя исторической правде.

В кинематографе и в театре треуголка используется также довольно широко. Её можно видеть во французском кинофильме об Анжелике, в советской ленте «Юность Петра», в серии фильмов о пиратах, в экранизациях пьес Карло Гольдони, в постановках Бомарше.