Сёра, Жорж

Жорж-Пьер Сёра родился 2 декабря 1859 года в Париже. Семья судебного пристава в отставке Антуан-Кризостома Сёра (1815 г. р.) и дочери ювелира Эрнестины Февр (1828 г. р.) жила зажиточно. У Жоржа были старшие брат и сестра: Эмиль-Огюстен 1846 г. р. и Мари-Берт 1847 г. р. Отец обладал замкнутым нравом, фанатичной набожностью и предпочитал уединенную жизнь в парижском пригороде Ренси. Возможно, на мировосприятие мужчины повлиял ранний уход из жизни многих представителей линии Сёра: 45-55 лет были пределом.^[2]

Детям и жене Антуан-Кризостом уделял один день в неделю, вторник. Жорж-Пьер практически не общается с отцом, однако каждый день видит множество гравюр религиозного содержания, развешенных родителем на стенах. Жорж начинает рисовать в семь лет: мальчик делает два карандашных наброска. На первом изображена собака рядом со взрослым человеком, на втором собака играет с ребенком. Увлечение постепенно захватывает Жоржа-Пьера всё больше и больше.^[3]

Художник-любитель и родственник матери Поль О’Монте посоветовал Эрнестине отдать сына в Муниципальную школу рисования и лепки в двух кварталах от дома в Париже. Так Жорж-Пьер в канун своего пятнадцатилетия в 1874 году начинает занятия у скульптора и преподавателя школы Жюстена Лекьена. Здесь Жорж знакомится с Эдмоном Аман-Жаном, с которым Сёра много беседует о живописи и периодически посещает Лувр.^[3][4]

В школе юноша не только упорно лепит бюсты и работает с техникой, композицией и перспективой рисунка. Жорж-Пьер дотошно изучает учебники. Особенно впечатлил Сёра труд «Грамматика искусства рисунка», который написал известный французский гравёр и искусствовед Шарль Блан. Шарль Блан разработал цветовую систему оптического смещения, блестяще развив теорию контраста цветов химика Мишеля Шеврёля. Жорж-Пьер решает продолжить образование, чтобы получить доступ к более серьезным учебным пособиям.^[5]

В феврале 1878 года Жорж Сёра сдает экзамены и поступает в парижскую Школу изящных искусств, в класс академической живописи Анри Лемана. Вскоре вслед за Сёра в Школе начинает учиться и Аман-Жан.

Как и Леман, Жорж благоговеет перед талантом Жана Огюста Доминика Энгра. Молодой Жорж Сёра филигранно копирует Анжелику картины Энгра «Руджиеро, освобождающий Анжелику». Однако блестящие задатки академического художника не льстят самолюбию юноши. Жорж изучает контрасты черного и белого, делает многочисленные наброски углем и мелом. Продолжает анализировать теорию контраста и цвета в трудах Шеврёля и Блана.^[6]

В апреле 1879 года Жорж Сёра, Эдмон Аман-Жан и их товарищ по Школе изящных искусств Эрнесто Лоран отправляются на четвертую выставку импрессионистов. Чтобы воочию увидеть картины тех, на кого столь саркастично нападает Анри Леман во время лекций. Однако полотна Эдгара Дега, Камиля Писсаро и особенно Клода Моне ошеломили и восхитили всех троих. Аман-Жан и Сёра делают вывод, что технике академической живописи они уделили достаточно времени и надо двигаться дальше. Друзья покидают Школу изящных искусств, не закончив обучение официально.^[7][8]

Некоторое время Аман-Жан и Сёра вместе снимают жильё, изучают легендарный «Трактат о живописи» да Винчи, спорят и пишут. Затем для Сёра наступает время армии.

Вместо пяти лет юноша проходит военную службу за год: отец внес необходимые для сокращения срока полторы тысячи франков. С ноября 1879 по ноябрь 1880 Жорж дисциплинированно служит в Бресте (запад Франции, Бретань), любуется морем и рисует добродушные карикатуры на сослуживцев и свои первые марины (морские пейзажи). После возвращения в Париж молодой человек снимает отдельную мастерскую и начинает интеллектуально-творческий поиск.^[9]

Жорж Сёра ставит целью моделирование контуров объектов за счет светотеней, отказавшись при этом и от академической четкости линий, и от спонтанной инстинктивности импрессионистов. Сёра дотошно работает черным карандашом на зернистой (структурированной) бумаге.

Два графических портрета (Эдмона Аман-Жана за работой и матери Эрнестины Февр за шитьем) Жорж представляет на суд Парижского салона сезона 1883 года (художественная выставка открывалась в марте-мае и функционировала около полугода). Портрет матери организаторы Салона отклонили, большие области контрастных зон черного и белого цветов не давали уровня академической детализации. Портрет Аман-Жана в более традиционной технике на выставку приняли.^[10] Арт-историк Роберт Герберт отозвался о работе как об одном из самых незаурядных портретных рисунков времен XIX века.^[11]

Успехи Эрнесто Лорана и Эдмона Аман-Жана в Парижском салоне были внушительнее, но Жорж не сдается и начинает исследование теории контрастности цветов на практике. В колоритных картинах Эжена Делакруа восхищенный Сёра видит интуитивно угаданный романтистом постулат теории Шеврёля: любой чистый (основной) цвет наиболее выразителен в контрасте с дополнительным без смешивания. Синий и оранжевый, желтый и фиолетовый, красный и зеленый (комплементарные пары на цветовом круге Иттена).

Сначала Сёра на пленэре пишет этюды маслом на крокетонах, специальных дощечках размером 16 на 25 сантиметров. Парижские окраины и лодочники, купающиеся в Сене рабочие и мальчишки, берег реки и мост через Сену. Всё это основа для задуманной им картины «Купальщики в Аньере», которую он будет тщательно выписывать несколько месяцев в своей мастерской.^[12]

Вырабатывая свой стиль, Жорж концентрируется на разделении цветов и на искусстве композиции. Для каждой детали картины художник ищет единственно правильное местоположение, применяя для этого расчеты и математические закономерности.^[13]

Жорж Сёра мечтал найти уникальную формулу соотношения линий и цветов, которая позволила бы создавать шедевры тем, кто не обладает творческими задатками.

В колористике Сёра отказывается от ярких цветов. Художник использует оттенки коричневого и сдержанную игру оранжевого и синего, красного и зеленого.

«Купальщики в Аньере» — это импрессионизм статики, а не движения. Уставшие рабочие отдыхают и глядят на противоположный берег: там недосягаемый Гранд-Жатт с прогуливающейся знатью. Мальчик что-то кричит и надеется, что его услышат. Сёра показал мир парижских окраин и его жителей в момент спокойной расслабленности. Это покорность судьбе и мечта о лучшей доле одновременно.^[14]

Картина была написана в течение нескольких месяцев в 1883-1884 гг. Парижский салон в марте 1884 года принимает на сезонную выставку около 2,5 тысяч произведений, но отказывает Сёра. Самолюбивый и ранимый художник даже не любопытствует о причинах отказа. Он идет в Салон отверженных.^[13]

Салон отверженных при поддержке Наполеона III был открыт в 1863 году для экспонирования творений, которые из соображений морали либо по художественным причинам пришлись не по нраву метрам академической живописи.

На апрельской выставке 1884 года в Салоне отверженных «Купальщики» не вызывают у критиков особых эмоций. Главным результатом выставки для Сёра стали не 3-4 скромных отзыва, а знакомство на собрании сообщества в мае 1885 года с Полем Синьяком. Интерес к технике разделения цветов сближает живописцев. Жизнелюбивый и экспрессивный экстраверт Поль Синьяк становится верным другом и последователем замкнутого и подозрительного Сёра. Вдвоем они навещают 98-летнего Мишеля Шеврёля, который не утратил ясности ума и с удовольствием отвечает на вопросы художников о разработанной им теории цвета.^[15]

В Салоне отверженных бушевали нешуточные организационно-финансовые раздоры, и в июле 1884 года Жорж Сёра, Одилон Редон и Поль Синьяк образуют новую коалицию живописцев: Общество независимых художников, или Салон независимых. Теперь каждый желающий мог выставить свои произведения, причем площадки для экспонирования предоставляли городские власти.^[16]

С 1884 по 1886 год (около двух лет) Жорж пишет «Воскресный день на острове Гранд-Жатт». Огромное по тем меркам полотно, высота немногим более двух метров и длина около трех, техника живописи абсолютно новая.

Картина выполнена Сёра с учетом понятия тональности в живописи и по следующим правилам^[17]:

• Композиция математически тщательно продумана.
• Теплые тона и восходящие линии символизируют радость, нисходящие и холодные грусть, горизонталь спокойствие.
• Небольшие точечные мазки сделаны без наложения друг на друга для визуального синтеза оттенка, яркости и интенсивности цвета.

Для достижения эффекта полотно следует рассматривать с определенного расстояния на некотором удалении. Данная концепция оптического смешения себя не оправдала, однако использование техники разделения цветов ознаменовало рождение нового направления в живописи. Сначала Сёра даёт название стилю хромолюминаризм, но его вытеснил более благозвучный термин дивизионизм.^[18][1]

Официальной точкой старта дивизионизма в истории мировой живописи считается восьмая (и последняя) выставка импрессионистов в апреле 1886 года на улице Лаффит в Париже. Один из залов был полностью выделен под творчество дивизионистов — Жоржа Сёра, Камиля Писсаро, Поля Синьяка и Люсьена Писсаро. Кроме «Воскресного дня на острове Гранд-Жатт», Жорж выставляет несколько рисунков, пейзажи на крокетонах и картину «Сена в Курбевуа».

Реакция критиков-искусствоведов на «Воскресный день» была разнородной и бурной: художника обвинили в излишнем умничанье и упрекали за статичность фигур. Сёра отвечает, что в первую очередь следует видеть суть происходящего, а не форму.^[19]

Недоброжелатели технику дивизионизма сравнивали с конфетти, а дивизионистов называли «недозрелыми химиками». Однако исторически в этот период жизненный цикл прочих импрессионистских течений подошел к концу. Самобытное точечное творчество Сёра становится образцом для подражания многих ищущих своё кредо художников.^[17]

Благожелательно настроенный к дивизионистам и покровительствующий Сёра арт-критик Феликс Фенеон первым вводит в употребление термин неоимпрессионизм (новое течение в живописи, сменившее импрессионизм) в отношении дивизионизма в целом и Сёра как его основателя в частности.^[20][21]

Практически сразу дивизионистскую технику с точечной манерой письма стали называть пуантилизмом. Сам Жорж Сёра термин «пуантилизм» воспринимает неприязненно, но название прижилось. Художник входит в историю мировой живописи как основатель неоимпрессионизма и пионер пуантилизма.^[22][23]

В 1887 году картины Сёра с несколько скандальным успехом выставляет перманентно ищущая новые таланты бельгийская «Группа двадцати» в Брюсселе. Здесь впервые в жизни художник продает свою работу: «Уголок гавани Онфлера».^[24]

В 1888 году Жорж начинает тайно сожительствовать с парижской натурщицей Мадлен Кноблох. В это же время Сёра чрезвычайно плодотворно работает и в течение 1888 года создает три полотна: «Порт-ан-Бессен, вход в гавань», «Парад-алле» и «Корабли в море». В 1889 году художник начинает писать с Мадлен «Пудрящуюся женщину», заканчивает работу в 1890 году. Сначала в настольное зеркало Жорж вписывает свой портрет, но позже заменяет его горшком с цветущими растениями.^[25]

В феврале 1890 года у художника рождается сын Пьер-Жорж от Мадлен. О чем скрытный Жорж не сообщает даже родителям.^[26]

В 1890 году Сёра пишет «Канкан», сатиру на повседневные маски общества, и начинает модернистский «Цирк», который остается незаконченным. Манера письма постепенно меняется: вместо точек небольшие плавные мазки, персонажи утрачивают статичность.^[7]

29 марта 1891 года жизненный путь молодого художника оборвался. В неполные 32 года Жорж Сёра ушел из жизни, сгорев буквально за несколько дней от неустановленной инфекционной болезни (предположительно дифтерия, пневмония либо менингит). Заразившийся сын художника умирает спустя 2 недели. Похоронен Жорж Сёра на парижском кладбище Пер-Лашез.^[27]

• Анжелика у скалы, 1878
• Воскресный день на острове Гранд-Жатт, 1884—1886, Институт искусств, Чикаго
• Сена у Курбевуа, 1885, Собрание Кашен-Синьяк, Париж
• Натурщицы, 1886—1888, Метрополитен-музей, Нью-Йорк
• Порт-ан-Бессен, воскресенье, 1888, Музей Крёллер-Мюллер, Оттерло
• Корабли в море, 1888
• Парад-алле, 1888
• Канкан, 1889—1890, Музей Крёллер-Мюллер, Оттерло
• Пудрящаяся женщина, 1888—1890
• Берег Ба-Бютен, Онфлер 1886
• «Песчаный берег моря»
• «Цирк» — одна из последних работ. 1890—1891