Стивенсон, Чарльз (философ)
Чарльз Лесли Стивенсон (англ. Charles Leslie Stevenson; 27 июня 1908[1][2], Цинциннати, Огайо, США — 14 марта 1979[1][2] или 13 марта 1979[3], Беннингтон, Вермонт, США) — американский аналитический философ. Наиболее известен своими работами в области этики[4] и эстетики.
Общие сведения
| Чарльз Стивенсон | |
|---|---|
| Charles Stevenson | |
| Имя при рождении | Чарльз Лесли Стивенсон |
| Дата рождения | 27 июня 1908 |
| Место рождения | Цинциннати, Огайо, США |
| Дата смерти | 14 марта 1979 (70 лет) |
| Место смерти | Беннингтон, Вермонт, США |
| Страна | |
| Образование | |
| Род деятельности | Философия |
| Супруга |
|
| Дети |
|
| Награды и премии | |
Биография
Стивенсон родился 27 июня 1908 года в Цинциннати (Огайо). Получил образование в Йельском университете, где в 1930 году стал бакалавром искусств по английской литературе. В 1933 году получил степень бакалавра искусств по моральным наукам (философии) в Джизус-колледже Кембриджского университета[5]. В 1935 году получил степень доктора философии в Гарвардском университете[6]. Во время учёбы в Кембридже его преподавателями были Людвиг Витгенштейн и Джордж Эдвард Мур[7]. С 1939 по 1944 год преподавал в Йельском университете, в том числе математику новобранцам военно-морского флота в военное время. В 1944 году его контракт не был продлён, так как кафедра не одобрила метаэтические взгляды, изложенные в его книге «Этика и язык» (1944).
После получения стипендии Гуггенхайма и работы в Беркли, Помоне и Чикаго, Стивенсон был назначен в Мичиганский университет, где преподавал с 1946 по 1977 год. Среди его студентов был Джоэл Файнберг.
Стивенсон представил наиболее сложную защиту эмотивизма в послевоенный период. В статьях «Эмотивное значение этических терминов» (1937) и «Убеждающие определения» (1938), а также в книге «Этика и язык» (1944) он разработал теорию эмотивного значения. Эту теорию он использовал для обоснования своей концепции убеждающего определения. Кроме того, он развивал эмотивизм как метаэтическую теорию, которая чётко разграничивала когнитивное, научное использование языка (для констатации фактов и приведения причин, подчинённое законам науки) и некогнитивное использование (для выражения чувств и оказания влияния).
В 1978 году был опубликован совместный фестшрифт, посвящённый Стивенсону, Уильяму Франкене и Ричарду Брандту, под названием Values and Morals[8].
Стивенсон умер 14 марта 1979 года в Беннингтоне (штат Вермонт).
Был женат на Луизе Дестлер. Среди их детей — поэтесса Энн Стивенсон[9].
Вклад в философию
Работы Стивенсона рассматриваются как развитие взглядов Алфреда Айера и как представление одного из «двух основных типов этического эмотивизма»[10][11]. Как аналитический философ, Стивенсон в эссе 1937 года «Эмотивное значение этических терминов» предположил, что любая этическая теория должна объяснять три вещи: возможность разумных разногласий по моральным вопросам, «магнетизм» моральных терминов (таких как добро) в побуждении к действию, и недостаточность научного метода для проверки моральных утверждений[12]. Собственная теория Стивенсона была полностью изложена в его книге 1944 года «Этика и язык». В ней он соглашается с Айером, что этические предложения выражают чувства говорящего. Однако он добавляет, что они также имеют императивный компонент, направленный на изменение чувств слушателя, и этот компонент имеет большее значение[13]. Там, где Айер говорил о ценностях или фундаментальных психологических склонностях, Стивенсон говорит об установках. Там, где Айер говорил о разногласиях в фактах или рациональных спорах о применении определённых ценностей к конкретному случаю, Стивенсон говорит о различиях в убеждениях; концепции совпадают[14]. Независимо от терминологии, Стивенсон интерпретирует этические утверждения в соответствии с двумя моделями анализа.
Первая модель анализа
Согласно первой модели анализа, этическое утверждение состоит из двух частей: заявления об установке говорящего и императива, призывающего её отразить. Таким образом, «„Это хорошо“ означает Я одобряю это; делай так же»[15]. Первая половина предложения является пропозицией, а императивная половина — нет, поэтому перевод этического предложения Стивенсоном остаётся некогнитивным.
Императивы нельзя доказать, но их можно подкрепить, чтобы слушатель понял, что они не являются полностью произвольными:
Если кому-то говорят закрыть дверь, он может спросить «Почему?» и получить причину вроде «Слишком дует» или «Шум отвлекает». … Эти причины нельзя назвать «доказательствами» ни в каком смысле, кроме опасно расширенного, и они не связаны с императивом демонстративно или индуктивно; но они явно подкрепляют императив. Они «поддерживают его», «обосновывают» или «базируют на конкретных ссылках на факты»[16].
Цель этих подкреплений — дать слушателю понять последствия действия, которое ему приказывают выполнить. Поняв последствия команды, он может определить, приведёт ли подчинение к желаемым результатам.
Императив используется для изменения установок или действий слушателя. … Подкрепляющая причина затем описывает ситуацию, которую императив стремится изменить, или новую ситуацию, которую императив стремится создать; и если эти факты показывают, что новая ситуация удовлетворит большинство желаний слушателя, он больше не будет колебаться в подчинении. В более общем смысле, причины подкрепляют императивы, изменяя такие убеждения, которые, в свою очередь, могут изменить нежелание подчиняться[17].
Вторая модель анализа
Вторая модель анализа Стивенсона используется для утверждений о типах действий, а не о конкретных действиях. Согласно этой модели:
«Это хорошо» имеет значение «Это обладает качествами или отношениями X, Y, Z …», за исключением того, что «хорошо» также имеет хвалебное значение, которое позволяет ему выражать одобрение говорящего и стремится вызвать одобрение слушателя[18].
Во второй модели анализа говорящий не оценивает действие напрямую, а оценивает его в соответствии с общим принципом. Например, человек, говорящий «Убийство — это неправильно», может иметь в виду «Убийство уменьшает общее счастье». Это утверждение второй модели, которое ведёт к утверждению первой модели: «Я не одобряю всё, что уменьшает общее счастье. Делай так же»[19].
Методы аргументации
По мнению Стивенсона, моральные разногласия могут возникать из-за различных фундаментальных установок, различных моральных убеждений о конкретных случаях или из-за того и другого. Предложенные им методы моральной аргументации делятся на три группы: логические, рационально-психологические и нерационально-психологические формы аргументации[20].
Логические методы включают попытки показать несоответствия между фундаментальными установками человека и его конкретными моральными убеждениями. Например, человек, говорящий «Эдвард — хороший человек», который ранее говорил «Эдвард — вор» и «Ни один вор не является хорошим человеком», виновен в непоследовательности, пока не откажется от одного из своих утверждений. Аналогично, человек, утверждающий «Лгать всегда неправильно», может считать ложь в некоторых ситуациях морально допустимой. Если можно привести примеры таких ситуаций, его взгляд можно показать логически непоследовательным[21].
Рационально-психологические методы исследуют факты, связывающие фундаментальные установки с конкретными моральными убеждениями[22]. Цель состоит не в том, чтобы показать непоследовательность человека (как в логических методах), а в том, чтобы показать, что он ошибается в фактах, связывающих его установки с убеждениями. Изменяя предыдущий пример, рассмотрим человека, который считает, что все воры — плохие люди. Если она видит, как Эдвард кладёт в карман кошелёк, найденный в общественном месте, она может сделать вывод, что он вор. В этом случае не будет несоответствия между её установкой (что воры — плохие люди) и её убеждением (что Эдвард — плохой человек, потому что он вор). Однако может оказаться, что Эдвард узнал кошелёк друга, которому он его сразу же вернул. Такое открытие, вероятно, изменит убеждение наблюдателя об Эдварде. Даже если этого не произойдёт, попытка раскрыть такие факты будет считаться рационально-психологической формой моральной аргументации[23].
Нерационально-психологические методы основаны на языке, оказывающем психологическое влияние, но не имеющем обязательной логической связи с установками слушателя. Стивенсон называл основной такой метод «„убеждающим“ в несколько расширенном смысле» и писал:
[Убеждение] зависит от чистого, прямого эмоционального воздействия слов — от эмотивного значения, риторической каденции, удачной метафоры, громоподобных, стимулирующих или умоляющих тонов голоса, драматических жестов, заботы об установлении контакта со слушателем или аудиторией и так далее. … Перенаправление установок слушателя достигается не через опосредующий шаг изменения его убеждений, а через увещевание, будь то очевидное или тонкое, грубое или утончённое[24].
Убеждение может включать использование конкретных эмоционально окрашенных слов, таких как «демократия» или «диктатор»[25], или гипотетических вопросов вроде «Что, если бы все думали так же, как вы?» или «Как бы вы себя чувствовали на их месте?»[26].
Примечания
Литература
- Ethics and Language (1944)
- Facts and Values (1963), ISBN 0-8371-8212-3
- "The Emotive Meaning of Ethical Terms" in Mind, Vol. 46, No. 181 (Jan., 1937), pp. 14-31.
- "Ethical Judgments and Avoidability" in Mind, Vol. 47, No. 185 (Jan., 1938), pp. 45-57.
- "Persuasive Definitions" in Mind Vol. 47, No. 187 (Jul., 1938), pp. 331-350.
- "Some Relations between Philosophy and the Study of Language" in Analysis, Vol. 8, No. 1 (Oct., 1947), pp. 1-9.
- "Meaning: Descriptive and Emotive" in The Philosophical Review, Vol. 57, No. 2 (Mar., 1948), pp. 127-144.
- "On "What is a Poem?"" in The Philosophical Review, Vol. 66, No. 3 (Jul., 1957), pp. 329-362.
- "On the "Analysis" of a Work of Art" in The Philosophical Review, Vol. 67, No. 1 (Jan., 1958), pp. 33-51.
- "Reflections on John Dewey's Ethics" in Proceedings of the Aristotelian Society, New Series, Vol. 62 (1961 - 1962), pp. 77-98.
- "Interpretation and Evaluation in Aesthetics" in Max Black (ed.) Philosophical Analysis (1963).
- "If-Iculties" in Philosophy of Science, Vol. 37, No. 1 (Mar., 1970), pp. 27-49.
- The Penguin Dictionary of Philosophy, ed. Thomas Mautner. Penguin Putnam Inc. ISBN 0-14-051250-0