Степан Разин (фильм)

Фильм рассказывает о крестьянской войне под предводительством казачьего атамана Степана Разина. Возглавив сначала грабительский поход непокорных казаков в Персию, он поднимает затем народное восстание, пытаясь силой оружия найти «правду народную». Со всей земли русской стекаются к нему бежавшие от тяжкой доли крестьяне. Разин берёт один город за другим и идёт на Москву. Однако регулярным царским войскам удаётся остановить отряды повстанцев у стен Симбирска. Войско Разина разгромлено, а сам он схвачен. Атаман мужественно выносит тяжкие пытки. Его казнят при большом стечении народа в Москве.

• Авторы сценария: Алексей Чапыгин, Иван Правов, Ольга Преображенская;
• Режиссёры: Иван Правов, Ольга Преображенская;
• Оператор: Валентин Павлов;
• Художник: Владимир Егоров;
• Композитор: Александр Варламов.

Фильм «Степан Разин» 1939 года, снятый режиссёрами Иваном Правовым и Ольгой Преображенской, был поставлен по сценарию, основанному на романе «Разин Степан» Алексея Чапыгина^[1], который тот написал в 1924—1927 годах, то есть в иных социально-культурных условиях. Книга пользовалась популярностью и при жизни автора вышла в девяти изданиях. Фильм о Разине был задуман ещё в 1935 году, но его концепция оказалась сложной — с одной стороны, из-за объёма, с другой — вероятно, в связи с меняющимися требованиями. Когда режиссёры Правов и Преображенская в 1935 году получили заказ снять фильм о Разине, ещё не было речи о «герое», а целью должно было снять фильм о «народной революции» и её вожде и показать историю «крестьянского движения» в его «классовом измерении» — как многонациональное, социально-ценностное революционное движение, которое вело гражданскую войну. Сценарий написал Виктор Шкловский, однако он был отвергнут. В начале 1936 года Чапыгин и Правов получили заказ на новый сценарий. Он был сначала принят, но после начала съёмок вновь отвергнут. Чапыгин и Правов написали ещё два варианта, которые тоже не приняли. После смерти Чапыгина Правов создал пятый вариант, который был положительно оценён историком Алексеем Шестаковым, и который послужил основой для фильма^[2].

Между фигурой Разина в книге и в фильме есть большие различия. Разин в фильме человечен, он любит народ, его никогда не показывают отрицательно, не показывают пьяным, он не жесток, носит простую одежду. Его цель — освобождение народа, за ним следуют тысячи крестьян, за которых он умирает. Таким образом, он уже несёт черты «нового человека», каким он должен был быть в СССР в конце 1930-х годов благодаря «преобразованию» через индустриализацию и коллективизацию. Советские граждане в этой фигуре могли вновь узнать тот тип человека, который преподносился как образец для подражания с середины 1930-х годов^[2].

В романе Разин олицетворял другой тип: у Чапыгина Разин постоянно пьян, он действует жестоко и насильственно, он внушает страх, его образ описывается прилагательными «мрачный» и «страшный». Он носит дорогую одежду (что многократно подчёркивается), постоянно ругает церковь. Крестьяне и отношение Разина к крестьянам в романе Чапыгина практически не играют роли. Центральным мотивом является скорее месть за отравленного отца и убитого брата, тогда как мотив освобождения крестьян не стоит в центре. В фильме 1939 года наоборот: месть не играет роли, а Разин борется за свободу крестьян. Ключевая сцена фильма, в которой Разин обещает крестьянам свою защиту и клянётся бороться за них и делить их заботы, отсутствует в романе. В то время как Разин в фильме воплощает узнаваемого героя и харизматического вождя, способного увлечь массы, в романе он просто жесток^[2].

В ключевой сцене установки создателей фильма проявляются в сконцентрированном виде: Разин воплощает решительность, вождизм, мужество и волю к созиданию. Как героя он отмечен типичным кинематографическим средством — «героический ракурс» (съёмка снизу вверх по диагонали). Крестьяне испытывают уважение к Разину и возлагают на него надежды. Несколько раз показываются лица, с надеждой взирающие на Разина. «Мы из всех концов Руси к тебе пришли», — говорит крестьянин, с которым жестоко обошлись дворяне. Разин реагирует рассудительно, снимает шапку, прежде чем заговорить, оказывая крестьянам честь. «Ваши заботы — мои заботы», «ваша судьба — моя судьба», — говорит он. Крестьяне кланяются ему и называют его «крестьянским атаманом». Тем самым Разин выводится из контекста казачьего войска и интегрируется в сообщество крестьян. При этом «крестьянский атаман» параллелен фильму о Пугачёве 1937 года, где Пугачёв называется «крестьянским царём». Таким образом, устанавливается связь между двумя фигурами вождей. В столкновении с казачьим атаманом Разин совершает символическое действие — кричит народу: «Кто за меня — налево!» После этого крестьяне сплочённо устремляются на левую сторону. Лишь несколько явно маркированных одеждой как казаки людей остаются на месте. Эта сцена держит зеркало перед советской публикой 1939 года: решительная фигура вождя становится во главе угнетённого феодальной властью народа. Вождь воплощает лучшее будущее, он пробивается против конкурирующих старых сил, и его почитает народ. Только под его решительным руководством народные массы могут бороться за свои права. Без него они отданы угнетателям. К этому добавляется ещё один элемент, который также вписывается в 1930-е годы: вождь делит население по социальному происхождению и одновременно принуждает его коллективно выбрать правильную сторону^[2].

Фильм получил неоднозначный отклик. 4 сентября 1939 года сценарист Э. Вейсман в «Правде»^[3] написал разгромную рецензию: в фильме восстание описывается в манере буржуазно-дворянских историков — как казачий бунт, а не крестьянская война. Доли нерусских национальностей нет, программа и тактика восстания, а также причины провала неясны, изображение Разина неудовлетворительно. Он хоть и герой, но «надутый», без инициативы и без значительного поступка. Три дня спустя, 7 сентября, режиссёр Всеволод Пудовкин, автор героических фильмов («Минин и Пожарский», «Суворов», «Адмирал Нахимов»), опубликовал в «Правде» контррецензию, в которой «Степан Разин» назван хорошим историческим фильмом. Зритель узнаёт в нём героизм и отвагу крестьянской борьбы против феодального гнёта, силу и величие исторического восстания Степана Разина, народную драму. Режиссёры справедливо нарисовали образ Разина, каким он передан в народной песне, ведь русский народ на протяжении веков сохранял память о Разине. Эпизод с персидской княжной, несмотря на его вымышленность, важен, ибо он простым и ясным образом показывает человека, который ни минуты не колеблется принести своё личное счастье в жертву общему благу^[2].

Спор в «Правде» затронул более широкие круги. 11 сентября 1939 года Московское отделение государственного кинопроката (Моспрокат) собрало 78 редакторов советских газет, чтобы совместно посмотреть фильм и обменяться мнениями о том, как правильно информировать публику^[4]. Важной темой обсуждения был вопрос, удалось ли фильму изобразить Разина как народного героя. Один из редакторов отметил, что в рецензии Вейсман несправедливо говорится, что Разин в фильме не чувствует себя народным героем, поскольку в картине он показан именно как смелый народный герой. Другой редактор возражал ему, указывая на то, что фильм не показывает, почему народные массы следуют за Разиным. Якобы создаётся впечатление, что Разин ведёт с царём личную борьбу. Некоторые другие участники мероприятия также высказались о фильме негативно^[2].

Этим мероприятием дискуссия не была закрыта. В нескольких газетах появились противоположные рецензии, хотя новых аргументов при этом выдвинуто не было. В основе полемики был вопрос, удалось ли фильму изобразить Разина как народного героя и его выступление как организованную крестьянскую войну. Была актуальна проблема, с которой боролись предыдущие поколения литераторов и художников: актуализировать предводителей восстаний для требований современности было едва ли возможно, если одновременно стремиться к исторической правде^[2].