Рудаков, Олимпий Иванович

За первые полгода участия в Великой Отечественной войне на «Гремящем» проявил себя умелым и отважным офицером. В представлении к награждению орденом Красной Звезды (октябрь 1941 г.) указано, что он всегда умело управлял зенитной артиллерией корабля, на счету которой значились 9 сбитых бомбардировщиков «Ю-88», а также руководил огнём главного калибра, уничтожив множество вражеских огневых точек^[8][9]. С ноября 1941 года — старший помощник командира эсминца «Сокрушительный».

В этой должности принимал участие в охранении арктических конвоев, включая конвой PQ-13 в марте 1942 года, во время которого произошёл бой с немецким эсминцем Z-26, и конвой QP-15 в ноябре 1942 года^[1][10].

В ноябре 1942 года «Сокрушительный» во время сильного шторма в Баренцевом море потерпел аварию — ударами волн оторвало кормовую часть корпуса, которая вскоре затонула. При оказании ему помощи прибывшими на место аварии советскими кораблями с него была снята большая часть экипажа (спасены 191 человек, погибли 35 человек). Однако командир эсминца — капитан 3-го ранга М. А. Курилех, военком — старший политрук Г. И. Калмыков и помощник командира — капитан-лейтенант О. И. Рудаков покинули «Сокрушительный» не последними (эвакуация проходила на подошедший эсминец «Валериан Куйбышев», причём Рудаков покинул корабль в составе группы старших офицеров вслед за командиром^[11][12]), чём вызвали возмущение как экипажа, так и руководства флотом. По приговору военного трибунала Северного флота от 13 декабря 1942 года Курилех и командир БЧ-2 Исаенко за проявленные во время гибели корабля нарушение воинской дисциплины, трусость и малодушие были расстреляны; Калмыков был осуждён на 10 лет; командир БЧ-4 Анисимов, командир БЧ-1 Григорьев и командир БЧ-5 Сухарев были направлены в штрафной батальон на фронт^[13]. Данные о первоначальном приговоре О. И. Рудакову противоречивы: по одним сведениям, он изначально был приговорён к 10 годам лишения свободы^[14][15][16], по другим — к расстрелу, который благодаря вмешательству вице-адмирала А. Г. Головко был заменён лишением воинского звания капитан-лейтенанта, исключением из членов ВКП(б) и 10-летним заключением в исправительно-трудовых лагерях, с отсрочкой его исполнения до окончания военных действий и направлением на фронт^[4]. Решением Президиума Верховного Совета СССР в марте 1943 года эта мера наказания была заменена пребыванием его на фронте в штрафных частях на три месяца^[4][17].

Принимал участие в боевых действиях обороны полуострова Рыбачий с марта до июля 1943 года как рядовой миномётного взвода 50-й отдельной штрафной роты 19-й армии^[18] Карельского фронта. Во время одной из атак бойцам удалось захватить немецкую миномётную батарею; Рудаков развернул орудия против противника и обеспечил успешное наступление своей роты^[1]. В ходе следующего боя он получил осколочные ранения. Решением военного трибунала армии судимость с него была снята, и в июне 1943 года он был восстановлен в звании капитан-лейтенанта^[1][15]. Затем Рудаков — помощник командира миномётного взвода, командир огневого взвода истребительной противотанковой батареи 45-мм орудий 420-го стрелкового полка 122-й дивизии 19-й армии того же фронта. В бою получил второе ранение. В феврале 1944 года был возвращён на Северный флот и до сентября того же года был помощником командира эсминца «Громкий».

С октября 1944 года командовал эсминцем «Доблестный» (бывший USS Maddox (DD-168) / HMS Georgetown (I-40) британского флота), принятым в 1944 году от союзников в счёт репараций с Италии и включённых в состав Северного флота. Под его командованием эсминец принимал участие в эскортировании внутреннего конвоя КБ-1 в январе 1945 года и конвоя из Лиинахамари в апреле 1945 года^[19]. Окончил войну в звании капитана 3-го ранга и кавалером трёх боевых орденов.

С июля 1945 до декабря 1947 года — старший помощник командира линкора «Архангельск» (бывший «Royal Sovereign» британского флота), затем — командиром крейсера «Мурманск» (бывший «Milwaukee» ВМС США). Весной 1949 года Рудаков совершил на нём трансокеанский переход и передал этот корабль командованию американского флота. Перед назначением на крейсер «Свердлов», в мае 1949 — августе 1951 года, был командиром крейсера «Керчь» Черноморского флота (бывший «Emanuele Filiberto duca d’Aosta» итальянского флота).

В июне 1953 года капитан 1-го ранга Олимпий Рудаков снова привёл в Портсмут другой военный корабль — крейсер «Свердлов» — для участия в военно-морском параде по случаю восшествия на престол Елизаветы II. В ознаменование похода советского крейсера «Свердлов» в Англию, в 1954 году был выпущен знак «За поход в Англию» тиражом 1500 экземпляров^[20][21], которым были награждены все члены экипажа крейсера. Постановка крейсера «Свердлов» на два якоря (способом «фертоинг») в Портсмуте была выполнена командой всего за 12 минут, тогда как по британским нормативам на это отводилось полтора часа. Этот результат стал настоящей сенсацией и вызвал огромный интерес к советскому кораблю^[22].

По словам участника похода в Англию на крейсере «Свердлов», бывшего на корабле штурманом: «После похода начали рождаться легенды. Например, что, наблюдая за постановкой крейсера фертоинг, молодая королева пришла в восторг и наградила командира специально выпущенной медалью. Напомню, что королева прибыла в Портсмут за день до парада и поэтому не могла видеть нашего прихода. Не было и никакой медали. Межгосударственные награждения производятся иным порядком. Не танцевала королева первый вальс с нашим командиром, так как бала с участием королевы для иностранных моряков не было да и быть не могло. Был за 3 дня до прибытия королевы традиционный обед и бал для иностранных и британских офицеров, который давал командующий Портсмутской базой. Там присутствовали все гости.»

Рудаков дважды посещал английский город Портсмут для коронации правителей Великобритании — Георга VI и Елизаветы II. В русскоязычных публицистических источниках широко тиражируется история о том, что во время последней церемонии он преподнёс новоиспечённой королеве подарок от Советского правительства — горностаевую мантию и был удостоен приглашения на танец с её стороны^[23]. Однако эти утверждения носят спорный характер и не подтверждаются британскими архивами или официальными отчётами^[24][25].

О. И. Рудакову в августе 1953 года было присвоено очередное воинское звание контр-адмирала и он был назначен начальником штаба эскадры кораблей 4-го ВМФ. В этой должности в 1953—1955 годах вновь ходил в Англию на кораблях эскадры. Затем был направлен на учёбу слушателем военно-морского факультета Высшей военной академии им. К. Е. Ворошилова, которую окончил с отличием в 1957 году.

С ноября 1957 по март 1958 находился в распоряжении Главного разведывательного управления Генштаба Министерства обороны, после чего был направлен на научно-педагогическую работу в Военно-морскую академию. Там служил до сентября 1959 года в должности заместителя начальника кафедры организации оперативной и боевой подготовки ВМФ, потом был начальником этой кафедры, затем — до октября 1973 года — кафедры управления силами ВМФ. Получил учёное звание доцента (1962), стал кандидатом военно-морских наук (1969).

В связи с болезнью (рак почки, которую удалили в 1961 году) находился в распоряжении главкома ВМФ.

Умер 2 июня 1974 года в Ленинграде, похоронен на Серафимовском кладбище.

Его сын — Юрий Олимпиевич (род. 1939)^[26] — в звании капитана 2-го ранга был командиром сторожевого корабля «Доблестный»^[27] Затем руководил в 5-м НИЦ Отделом противолодочной борьбы Военно-морского флота..