Приезд гувернантки в купеческий дом

На полотне изображена сцена приезда молодой девушки, устраивающейся на должность гувернантки, в дом богатого купца.

Главными персонажами в картине являются девушка и хозяин дома. Купец стоит, широко расставив ноги, небрежно накинув на себя домашний халат. У него довольный и самоуверенный вид. Прибывшую гувернантку он рассматривает с высокомерием и лёгким любопытством. Тоненькая фигура девушки кажется хрупкой. Робко склонив голову, она достаёт из сумочки, вероятно, рекомендательное письмо. Весь её облик говорит о неуверенности и страхе, который она испытывает^[1]. Зритель видит девушку со спины и в профиль. Её робкая смирённая поза вызывает ассоциацию с маленькой, сложившей крылышки птицей, которая поймана, посажена в клетку и находится во власти своего хозяина^[2].

На второй план отодвинуты остальные персонажи картины. При этом их облик очень красноречив, и зритель понимает, что образованной и ранимой девушке нелегко придётся в купеческом доме. Молодой парень, сын хозяина, смотрит на гувернантку с надменной усмешкой. Сам автор охарактеризовал взгляд молодого купца как бессовестный и любопытный. Из-за спины хозяина выглядывают, вероятно, его жена и родственница. Женщины смотрят на девушку с интересом, но интерес этот недобрый. Глядя на полотно, зритель понимает, что молоденькой гувернантке не дождаться сочувствия от этих дам, которые будут следить за каждым её шагом и не преминут пустить про неё нехорошую сплетню при первом же удобном случае. Скромный багаж гувернантки стоит слева у двери, возле которой столпились слуги. На их лицах видны ухмылки, однако невозможно с определённостью сказать, чем вызвано весёлое настроение челяди. Возможно, прислуга радуется появлению в доме нового человека, а, возможно, — насмешками над её бедностью.

Взгляд зрителя не может не остановиться на девочке-подростке в белой кофточке и розовой юбочке, которая из-за спин своих родных с детским оживлением разглядывает приехавшую гувернантку. Девочка чувствует радость и удивление: ведь это именно к ней приехала такая красивая и образованная учительница^[1].

Автор, используя пластические средства, отражает на полотне контраст между изяществом, душевной хрупкостью, аристократическим воспитанием и грубым хамством, развязностью, примитивными физиологическими реакциями^[2].

Как пишет русский художник и публицист Леонид Дитерихс в библиографическом очерке «Василий Перов. Его жизнь и художественная деятельность», в картине «Приезд гувернантки в купеческий дом» Василий Перов мастерски показывает зрителю, насколько тяжёлым и унизительным является положение людей, которые обречены на унизительный наёмный труд.

Вся купеческая семья высыпала навстречу бедной женщине. «Сам» так торопился познакомиться с будущей воспитательницей своих чад, что даже не потрудился одеться приличнее: как был в халате, так и вышел в переднюю. Бесконечная тупость и самодурство разлиты во всей его фигуре; «моему нраву не препятствуй» — чувствуется в этом ожирелом теле, в этих скотских, бессмысленно устремлённых на приезжую глазах. А что за фрукт его сынок, стоящий у притолоки, можно догадаться по выражению, с которым он смотрит на гувернантку. Тяжело придётся ей в этой семейке, и не много нужно прозорливости, чтобы решить, что она, промаявшись с сорванцами некоторое время, сбежит от них куда глаза глядят, — так описывает картину Дитерихс^[3].

После отмены крепостного права в России многие девушки из обедневших дворянских семейств были вынуждены устраиваться в дома богатых купцов и помещиков, чтобы обучать их детей. Произошедшее в результате государственных и земельных реформ разорение большого количества дворянских семей привело к тому, что образованные и интеллигентные женщины из дворянского сословия пошли на службу к нуворишам, большей частью, к купцам и помещикам. Новые хозяева жизни часто не отказывали себе в удовольствии покуражиться и поиздеваться над обедневшими аристократками^[2].

… Картина: «Приезд гувернантки в купеческий дом» (1866) — не трагедия покуда, но настоящий пролог к трагедии. Вся купеческая семья высыпала встречать новоприезжую барышню из столицы: впереди всех — разжиревший отец-самодур; он стоит тумбой в своём плисовом халате и упёр заплывшие глаза на оробевшую девушку, которая поспешно шарит рекомендательное письмо; позади него — мужичка-жена, только прибежавшая с кухни и подозрительно глазеющая на гувернантку; бесцветная дочь-девочка уже огрубевшая; сын — будущий кутила трактиров, теперь покуда жадно глядящий на гувернантку, — целая семья из «тёмного царства». Какая трагедия ожидает эту свежую приезжую из столицы девушку! — пишет известный художественный критик Владимир Стасов в своей статье «Двадцать пять лет русского искусства»^[4].

За свои полотна «Приезд гувернантки в купеческий дом» и «Тройка» Василий Перов в 1866 году получил звание академика.

Очевидно, основных персонажей Перов писал с натуры, со всей тщательностью и законченностью. Лица и руки превосходно нарисованы и написаны такими, какими их видел художник в рассеянном свете дня. В его живописной практике это не было новостью. … Если в картине «Приезд гувернантки…» художник сохраняет в изображении одежды строго локальный цвет, то лица и руки он лепит с учётом сложности форм и разнообразия оттенков цвета в зависимости от окружающей среды. Интересно, что это разнообразие оттенков цвета Перов внёс и в изображение зеленоватого коврика, части пола и сиреневой панели стены, в то время как белые обои и занавес их лишены, вследствие чего стена потеряла материальность и воспринимается как кулиса. Фигуры слева в дверях условно завуалированы. В общем, в живописном отношении картина написана своеобразно и сложно. Вероятно, были ещё сильны воспоминания о живописи прогрессивных французских художников, — такую оценку дала произведению советский искусствовед Ольга Лясковская в своей монографии «В. Г. Перов. Особенности творческого пути художника»^[5].