Павлова, Анна Павловна

Анна Павлова родилась в Санкт-Петербурге 31 января (по новому стилю — 12 февраля) 1881 года, как свидетельствует метрика, в госпитале лейб-гвардии Преображенского полка на Кирочной улице. Её отцом был отставной солдат Матвей Павлович Павлов^[2], который умер через несколько лет после рождения дочери. Мать Анны, Любовь Фёдоровна Павлова, работала швеёй, прачкой, прислугой в богатых домах.

Отец Анны был родом из крестьян Тверской губернии Вышневолоцкого уезда Осеченской волости деревни Бор. Есть версия, что на самом деле отец Анны происходил из евпаторийских караимов, и его настоящее имя было Шабетай, или Шаббетай, Шамаш^[3]. Иногда утверждается, что Матвей Павлович Павлов и Шабетай Шамаш — разные люди; что настоящий отец Анны, Шабетай Шамаш из Евпатории, был владельцем прачечной в Петербурге и имел связь с матерью Анны, но затем разорился и уехал обратно в Евпаторию, где обзавёлся семьёй. Вся эта информация не подтверждается научными исследованиями.

Слухи о возможном происхождении Анны Павловой от известного еврейского банкира, коммерции советника Лазаря Соломоновича Полякова основываются на мемуарах его сына. В то же время музыкальный и театральный продюсер Сол Юрок, американский импресарио Павловой, ссылается на собственное признание балерины, сделанное ему перед её смертью. Действительно, мать Анны, Любовь Фёдоровна, одно время была в услужении у Поляковых. Иногда в источниках говорится, что Анна воспитывалась с детьми Лазаря Полякова и что Поляков помог ей с образованием. Однако эти данные также не подтверждаются.

Отчество Павловна вместо настоящего отчества Матвеевна появилось у балерины позже — как артистическое имя. Так, например, Михаил Фокин в письме к Павловой 1924 года использовал обращение Анна Павловна^[4].

В детстве Анна вместе с матерью жила в Петербурге и в дачном посёлке Лигово, где у Павловых был деревянный дом. Семья была бедной. Посмотрев балет «Спящая красавица», девочка утвердилась в желании стать балериной. В 10-летнем возрасте будущая звезда балета сделала первые шаги на пути к цели, поступив в Императорское театральное училище, где среди её педагогов были А. А. Облаков, Е. О. Вазем и П. А. Гердт. В 1899 году, после выпускного экзамена, Анну Павлову приняли в труппу Мариинского театра^[5].

Как во время учёбы, так и по её окончании, уже на сцене Мариинского театра, молодую танцовщицу называли «Павловой 2-й», чтобы отличить от однофамилицы Варвары Павловой: та была старше, но впоследствии оказалась гораздо менее известной. Мариус Петипа в мемуарах упоминает педагога Е. П. Соколову, в классе усовершенствования которой в 1902—1904 годах «учились и г-жа Павлова 2-я, и Седова, и Трефилова, и сделали под её руководством огромные успехи»^[6]. В дневнике М. И. Петипа отзывался о Павловой как об ученице Е. П. Соколовой^[7]. Павлова посещала Петипа для прохождения с ним сцен из балетов^[8], обращалась к балетмейстеру за советами для совершенствования исполнения заглавной партии в «Жизели»^[9][10] и при подготовке своей партии в «Корсаре»^[11].

Минуя кордебалет, Павлова сразу же стала получать ответственные «афишные» партии в классических балетах. Её сценический дебют в качестве артистки Императорских театров состоялся 19 сентября 1899 года в «Тщетной предосторожности», где она исполнила па-де-труа со Стасей Белинской и Георгием Кякштом^[12]. Вскоре последовали Зюльма в «Жизели», Диана в «Царе Кандавле», па-де-труа и Вариация Снега в «Камарго», Фея Кандид в «Спящей красавице».

Партнёрами Павловой выступали Михаил Обухов, Сергей Легат, Николай Легат. В самом начале творческой карьеры балерины одним из её партнёров был Михаил Фокин — их первое совместное выступление состоялось 29 декабря 1899 года в балете «Марко Бомба» и было закреплено успехом 10 сентября 1900 года в «Пробуждении Флоры»^[12][13].

В следующие сезоны среди новых партий Павловой были па-д’эсклав, па-де-труа и Гюльнара в «Корсаре», Принцесса Флорина в «Спящей красавице», па-де-труа в «Пахите» (все — 1901), Жуанита в «Дон-Кихоте» (1902). В 1902 году получила свою первую балеринскую партию, исполнив роль Никии в «Баядерке». Затем последовали заглавная партия в «Жизели» и Рамзея в «Дочери фараона» (1903), Пахита в одноимённом балете и Медора в «Корсаре» (1904), Китри в «Дон-Кихоте» (1905), Аспиччия в «Дочери фараона» (1906), Одетта и Одиллия в «Лебедином озере» и Низия в «Царе Кандавле» (1909). Кроме классических партий, Павлова также любила выступать в хара́ктерных танцах: в её репертуаре были панадерос в «Раймонде» (1906), фанданго в «Кармен» (1908), уральская плясовая в «Коньке-Горбунке».

Став одной из ведущих танцовщиц труппы, в 1906 году Павлова получила звание балерины и блистала среди лучших исполнительниц петербургской балетной сцены начала XX века, таких как Кшесинская, Преображенская, Карсавина. Однако М. И. Петипа в интервью 2 мая 1907 года, отвечая на вопрос, кого из нынешних балерин он считает лучшей, заявил: «Выделить я никого не берусь. У Павловой 2-й свои достоинства, у Преображенской другие и т. д.»^[14].

Большое влияние на исполнительскую манеру Анны Павловой оказала совместная работа с балетмейстерами Александром Горским и особенно Михаилом Фокиным.

В личной жизни в те годы единственным человеком, которого Павлова приблизила к себе, был богатый дворянин Виктор Дандре. Он был образованным, увлекался искусством, и сумел своими ухаживаниями завоевать балерину. Павлова полюбила его и согласилась жить в съёмной квартире, предоставленной Дандре в столице. В ней находился большой танцевальный зал для репетиций балерины. Но Павлова понимала, что в жёны Дандре её не возьмёт из-за происхождения, и через некоторое время она разошлась с ним^[15].

В театральном училище Фокин учился на курс старше Павловой. Одна из первых постановок Фокина, пятая по счёту — дивертисмент «Виноградная лоза» на музыку А. Г. Рубинштейна, в которой начинающий балетмейстер танцевал па-де-де с Павловой, была удостоена поощрительной похвалы в записке Мариуса Петипа^[16]. В балете «Эвника» Фокин для Павловой в роли Актеи поставил «Танец семи покрывал»^[17]. В своих воспоминаниях о создании балета «Египетские ночи» Фокин описал историю «Танца со змеёй», поставленного для Павловой с живым гадом^[18].

22 января 1907 года на благотворительном вечере в Мариинском театре Анна Павлова впервые исполнила поставленную для неё М. Фокиным хореографическую миниатюру «Лебедь» (несколько лет спустя распространилось название «Умирающий лебедь»)^[19], ставшую впоследствии одним из символов русского балета XX века^[5]. В. М. Красовская цитировала слова одной из первый рецензий: «Если можно балерине на сцене подражать движениям благороднейшей из птиц, то это достигнуто: перед вами лебедь»^[19].

В 1909 году Фокин предполагал, что роль Хлои в несостоявшейся петербургской постановке балета «Дафнис и Хлоя» будет исполнять Павлова^[20]. В 1913 году в Берлине после ухода из антрепризы Дягилева для труппы Анны Павловой Михаил Фокин создал два балета: «Прелюды» на музыку одноимённой симфонической поэмы Ференца Листа^[21] и «Семь дочерей горного короля» на музыку Александра Спендиарова^[22][23].

Участие Павловой в премьерных постановках Фокина^[24]:

• 1906 — 8 апреля, дивертисмент «Виноградная лоза», Царица виноградных вин^[25] (или Дух виноградной лозы^[26]).
• 1907 — 10 февраля, Актея в «Эвнике» и Сильфида в «Шопениане» (главная партия в 1-й редакции). 25 ноября главная партия Армиды в «Павильоне Армиды». 22 декабря миниатюра-монолог «Лебедь».
• 1908 — 16 января, маскарад «Ночь Терпсихоры». 8 марта главная партия Вереники в «Египетских ночах»^{[К 1]}, «Балет под музыку Шопена» (2-я редакция «Шопенианы»).
• 1909 — 19 мая, Армида («Павильон Армиды»); Адажио и Вариации в па-де-де («Пир»). 2 июня, «Сильфиды» (2-я редакция «Шопенианы» с Седьмым вальсом) и Таор в «Клеопатре» (2-я редакция «Египетских ночей»), Русский балет Дягилева, Париж.
• 1913 — 31 марта, «Семь дочерей горного короля», Труппа Павловой, Берлин.

Павлова танцевала партию Армиды в премьерном спектакле «Павильон Армиды» 19 мая 1909 года в «Русских сезонах» Сергея Дягилева в Париже^[27][28], а 2 июня выступала на парижских премьерах балетов «Сильфиды» и «Клеопатра» (название 2-й редакции «Египетских ночей»)^[28]. В воспоминаниях о дягилевском сезоне 1909 года С. Л. Григорьев писал: «Анна Павлова была на высоте. Она воплощала саму сущность романтического, воздушного, неземного, была олицетворением сильфиды, и если Нижинского сопоставляли с Вестрисом, то Павлову — с Марией Тальони»^[29]. Участие в антрепризе Дягилева положило начало мировой известности балерины^[5]. Так, присутствовавший на выступлениях Павловой директор Метрополитен-оперы Отто Кан подписал с ней месячный контракт^[30]. Афиша работы В. Серова с замершей в арабеске Павловой стала одной из эмблем «Русских сезонов».

После первого Русского сезона в Париже А. П. Павлова, М. М. Фокин, В. Ф. Нижинский и С. Л. Григорьев были удостоены степени командора Ордена Академических пальм^[31].

По различным причинам Павлова ушла из труппы Дягилева, но согласилась исполнить заглавную роль в «Жизели» на гастролях Русского балета в Лондоне. Об этом выступлении в октябре 1911 года С. Л. Григорьев писал следующее: «В последние годы Павлова появлялась на крупных музыкальных площадках по большей части в концертных номерах, и все ждали увидеть великую артистку в достойной её роли. Публика не разочаровалась. Было трудно определить, в котором из актов она лучше. В первом проявился её огромный драматический дар, во втором — бесподобное слияние с музыкой. Это было редчайшее сочетание, обусловившее огромный успех. Главную мужскую роль великолепно исполнил Нижинский. Благодаря искусству этих двух мастеров „Жизель“ прочно вошла в наш репертуар»^[32].

В 1907 году Анна Павлова и Адольф Больм возглавили небольшую труппу из 20 артистов для гастролей за границей, в которую в частности вошли Э. И. Вилль, М. Н. Горшкова, И. С. Неслуховская, Е. Д. Полякова, Е. П. Эдуардова, И. Н. Кусов, М. К. Обухов, А. В. Ширяев. Первые гастроли прошли в городах Европы весной 1908 года. Тогда партнёром Павловой выступал Больм. В репертуар вошли балеты «Жизель», «Пахита», «Волшебная флейта», «Привал кавалерии», второй акт «Лебединого озера» и дивертисмент. Партнёр — Больм^[33]. Ф. В. Лопухов вошёл в состав труппы не без протекции А. В. Ширяева и напоминал, что эти гастроли начались до организации Русских сезонов А. Н. Бенуа и С. П. Дягилева, а репертуар состоял из балетов «Тщетная предосторожность», «Очарованный лес» и номеров дивертисмента^[34].

На гастролях других годов Павлова выступала с разными партнёрами. Танец «Вакханалия» из балета «Времена года» Глазунова с Михаилом Мордкиным обрёл мировую известность^[35].

Павлова гастролировала во многих странах мира вместе со своей собственной труппой, имела огромный концертный репертуар и напряжённый график выступлений. С 1909 года Павлова начала сочинять собственные лирические миниатюры, вдохновлённые «Лебедем» Фокина. Гастроли способствовали созданию балериной собственного жанра, который Ю. Д. Беляев назвал «хореографической мелодекламацией»^[36]. К таким номерам относятся «Стрекоза» на музыку Крейслера, «Бабочка» на музыку Дриго, «Ночь», «Калифорнийский мак». В 1910-х годах возвращение на родину уже могло расцениваться как «русские гастроли». Последнее выступление балерины в Мариинском театре состоялось в 1913 году, а в России — в 1914 году: 31 мая в Петербурге, 3 июня в Москве, 7 июня в Павловском вокзале^[37], когда своим партнёром Павлова избрала А. Н. Обухова^[38]. С началом Первой мировой войны обосновалась в Англии и в Россию больше не возвращалась.

В 1921—1925 годах организатором гастролей Анны Павловой в США был американский импресарио российского происхождения Соломон Юрок. В 1921 году Анна Павлова также выступала в Индии, завоевав внимание публики в Дели, Бомбее и Калькутте^[39]. Имя Павловой ещё при жизни балерины стало легендарным^[5].

• 1908 — весна, первые зарубежные гастроли Павловой. Европа: Гельсингфорс, Стокгольм, Копенгаген, Прага, Берлин. Партнёр — Адольф Больм^[33]
• 1909 — с 22 апреля по 7 мая, Берлин. Партнёр — Николай Легат^[33]. Затем концерты в Праге и Париже^[40]
• 1910 — 16 февраля дебют в Нью-Йорке, за которым последовали выступления в Бостоне, Филадельфии и Балтиморе. Апрель — май в Лондоне. Партнёр — Михаил Мордкин^[40].
• 1911 — лето в Лондоне, где, как писала В. М. Красовская, «Павлова выступала в мюзик-холльной программе, но её собственные номера представляли высокую художественную ценность»^[41]. В репертуар вошла «Вакханалия» в постановке Михаила Мордкина^[42]. В ноябре состоялось турне по городам Англии, Ирландии и Шотландии. Партнёр — московский танцовщик Л. Л. Новиков^[42]
• 1922 — Япония, Китай, Манила, острова Малайзии, Индия, Египет^[43]
• 1925—1926 — Южная Америка, Австралия, Новая Зеландия^[43]
• 1928 — Египет, Индия, Бирма, Сингапур, Ява^[43]
• 1929 — Австралия^[44]

В 1925 году Анна Павлова посетила школу Ольги Преображенской и для участия в гала-концерте 8 июня 1925 года во дворце Трокадеро отобрала среди учениц Ирину Гржебину, Нину Тихонову, Нину Юшкевич. Дебют у Анны Павловой самой юной из воспитанниц Преображенской — Тамары Тумановой — стал тогда для подающей большие надежды танцовщицы путёвкой в жизнь^[3].

После распада Русского романтического театра в 1926 году балетмейстером в труппе А. П. Павловой был Б. Г. Романов^[45]. Балетмейстером антрепризы также был И. П. Хлюстин.

Последние годы Павлова мечтала вернуться на родину, но её желание не было осуществлено^[15].

В январе 1931 Павлова поехала в Гаагу на гастроли и там почувствовала себя плохо. Она простудилась, репетируя в холодном неотапливаемом зале. Вызванный доктор обнаружил, что лёгкие балерины наполнены жидкостью, и предложил немедленную операцию, но ему не поверили. Позже доктора поставили Павловой дренажную трубку, однако время было упущено^[15].

Павлова скончалась в Гааге от гнойного плеврита 23 января 1931 года. Согласно биографам, перед смертью балерина произнесла: «Приготовьте мой костюм лебедя!».

Павлова хотела, чтобы её кремировали согласно древнеиндейскому обряду, и её гражданский муж и импресарио Виктор Дандре, бывший с ней в Гааге, выполнил её завещание^[15]. Урна с прахом Анны Павловой находится в закрытом колумбарии крематория Голдерс-Грин в Лондоне. Рядом с ней покоится прах Виктора Дандре.

В. Я. Светлов присутствовал на первом появлении воспитанницы Павловой перед публикой на сцене Михайловского театра и поставил воздушной и эфемерной, хрупкой и изящной, как севрская статуэтка, молодой дриаде «с наивным личиком южной испанки», в аттитюдах и позах которой «чувствовалось что-то классическое», высший балл: двенадцать, тут же прибавив плюс. Уже тогда критик писал, что нечто давало возможность «предугадывать в этой хрупкой танцовщице будущую большую артистку»^[46].

Павлова была одарена «редкой тайной нарушать законы земного тяготения и с необычайной лёгкостью порхать в воздухе», общее же впечатление от классических танцев артистки — обаятельность^[47]. Не распространяясь о незначительных и мелких недочётах в не совсем отчётливо исполненных пируэтах разных ролей, Светлов о Павловой в «Баядерке» писал следующее: «Это — сама муза Терпсихора, воплотившаяся в лице нашей молодой танцовщицы. Каждый её танец, каждый костюм, каждая линия её поз, каждое её движение и каждая остановка — шедевры лёгкости, красоты и скульптурной пластики; я уже говорил о её элевации, воздушности и полётах — всё это вне конкурса. Мимика её в этом балете полна настроения и выразительности. В её игре и танцах — несомненный feu sacré [священный огонь], та священная искра искусства, которая согревает и освещает произведение настоящего художника. В ней есть что-то своё, оригинальное, её одной принадлежащее, и полное отсутствие рутины, банальщины и шаблона». Первый же выход Павловой в «Баядерке» на сцене Мариинского театра был удостоен «бурных и восторженных оваций»^[48].

Тамара Карсавина высказывалась о невозможности сравнения двух великих танцовщиц — Матильды Кшесинской и Анны Павловой — в «священном» балете «Баядерка»: «Лишь настоящие балерины допускались к исполнению заглавной роли. <…> Обе они были несравненны и вместе с тем несравнимы друг с другом, настолько разнились они по своему дарованию. В то время как сила Кшесинской заключалась в драматичности исполнения сцены, где она гибнет от руки соперницы, Павлова в акте теней поражала своей воздушностью — плоти в ней казалось не более, чем в снежинке»^[49].

По мнению Ф. В. Лопухова, Анна Павлова была кумиром и балетным идеалом как старшего, так и младшего поколений: «Она и в самом деле стояла первой в списке мастеров русского балета»^[50]. В своих воспоминаниях балетмейстер попытался опровергнуть ранее разделяемое им распространённое мнение «будто Павлова — артистка тальониевского типа», причисляя балерину не к наследницам французского романтизма 30-х годов XIX века, а скорее к представительницам русской романтики, расценивая её как зачинательницу балетной романтики XX века^[50]. Ф. В. Лопухов писал: «У неё был мягкий, хотя и не очень большой прыжок. Павловские développés, арабески и аттитюды прекрасны по форме. Она не злоупотребляла вращениями, но делала все пируэты и вращения, вплоть до фуэте, окрашивая их русской романтикой и лирикой. Внешний облик Павловой не имел ничего общего со славянским, но её лицо скорее напоминало еврейку. А душа Павловой была славянская»^[51]. Согласно Лопухову, напрасно балерину отождествляют с «Умирающим лебедем», так как «Павлова воспевала радость больше, чем горе; тема счастья, а не страдания, была её главной темой»^[51].

Классик латиноамериканской поэзии Рамон Лопес Веларде посвятил балерине стихотворение «Анна Павлова», заканчивающееся словами: «Говорит с нами Бог на языке твоих ног!» (перевод В. Андреева)^[52].

• Орден Академических пальм — степень командора^[31]
• Медаль «Ingenio et Arti» (1927, Дания)
• Медаль Литературы и искусств (1930, Швеция)

• Во время турне по Австралии и Новой Зеландии Анна Павлова произвела на публику такое впечатление, что её именем назвали торт, который стал в этих странах традиционным праздничным десертом.
• В честь Анны Павловой названа группа гаптофитовых водорослей Pavlovophyceae.
• Именем «Анна Павлова» назван один из самолетов MD-11 (регистрационный номер PH-KCH) национальной авиакомпании Нидерландов KLM Royal Dutch Airlines.
• В её честь назван венец Павловой на Венере.
• Музыкальный эпизод «Умирающий лебедь» фигурировал в моноспектакле Андрея Денникова «Исповедь хулигана» (Театр имени Образцова, 2002—2011), символизируя как образ самой Анны Павловой, так и судьбу послереволюционной русской эмиграции.
• В лондонском «Пэлас-театре» до сих пор есть два места, на которые не продаются билеты: они предназначены для призраков Анны Павловой и актёра Айвора Новелло.
• 31 мая 1988 года в честь А. П. Павловой назван астероид 3055 Annapavlova, открытый в 1978 году советским астрономом Т. М. Смирновой.
• В 2002 году на стене дома № 5 по Итальянской улице Санкт-Петербурга по недоразумению была установлена мемориальная доска (скульптор В. И. Трояновский, архитектор Т. Н. Милорадович), хотя там была съёмная квартира её мужа Виктора Дандре, а в списке документально подтверждённых адресов Павловой этот дом никогда не значился.
• В 2009 году в Ломоносове (Санкт-Петербург) появилась улица Анны Павловой.

• 1901—1902 — Надеждинская улица, 3;
• 1902—1905 — Свечной переулок, 1;
• 1905—1906 — Коломенская улица, 26;
• 1906—1912 — «Дом-сказка» (не сохранился), Английский проспект, 21 / Офицерская улица, 60.

• С 1912 — «Айви-хаус», неподалёку от Хэмпстедской пустоши. С 2005 года особняк занимает Лондонский еврейский культурный центр.

• В 1983 году режиссёр Эмиль Лотяну снял фильм «Анна Павлова», заглавную роль исполнила Галина Беляева.
• В российском мини-сериале «Звезда Империи» (2007) роль А. Павловой исполнила Ева Авеева.
• В британском сериале «Мистер Селфридж» (2013) роль А. Павловой исполнила Наталья Кремен.