Мальсагов, Дзияудин Габисович
Дзияуди́н Габи́сович Мальса́гов (1913, Чечня, Россия — 5 апреля 1994, Грозный, Россия) — советский и российский юрист, историк, правозащитник, общественный деятель.
Общие сведения
| Дзияудин Габисович Мальсагов | |
|---|---|
| Дата рождения | 1913 |
| Место рождения | Старый Ачхой, Ачхой-Мартановский район, Терская область, Российская империя |
| Дата смерти | 5 апреля 1994 |
| Место смерти | Грозный, Российская Федерация |
| Страна | |
| Род деятельности | юрист, историк, общественный деятель, правозащитник |
| Отец | Габис |
| Супруга | Валентина Петровна |
| Дети |
|
Биография
Ранние годы
Чеченец. Родился в 1913 году в селе Старый Ачхой. В 1915 году его отец был арестован за революционную деятельность[1].
После окончания школы Дзияудин Мальсагов стал учителем начальных классов. Впоследствии был назначен директором неполной средней школы Сунженского, а затем — Старопромысловского района[1].
Получил юридическое образование. С 1931 по 1937 годы работал прокурором, следователем, народным судьёй Курчалоевского и Шалинского районов. В 1937 году стал первым заместителем наркома юстиции Чечено-Ингушской АССР[1][2] .
Депортация
27 февраля 1944 года, по собственным словам, стал свидетелем убийства мирных жителей в Хайбахе. В депортации получил должность первого заместителя председателя Талды-Курганского областного суда. В январе 1945 года Дзияудин Мальсагов написал письмо о Хайбахских событиях Сталину. В конце февраля того же года его за это письмо уволили с работы[1].
Восстановление республики
В 1956 году, после разоблачения культа личности Сталина, Мальсагов получил разрешение заняться адвокатской деятельностью. Менее чем через год стал заместителем председателя Алма-Атинского суда[1].
В июле 1956 года в Алма-Ату приехал Н. С. Хрущёв. Мальсагов добился встречи с Хрущёвым и передал ему письмо, в котором была описана трагедия в Хайбахе. (До этого в 1953 году он писал письмо аналогичного содержания Маленкову[3].) Началось негласное расследование. Была создана комиссия, в которую вошли работники ЦК КПСС, прокуратуры и Совета Министров СССР[4]. Были найдены документы и свидетели событий. Комиссия выехала в Хайбах и нашла документальные подтверждения произошедшего. Однако результаты расследования были засекречены и никогда не публиковались[1].
Из протокола допроса Д. Г. Мальсагова:
С Н. С. Хрущёвым я встретился в июле 1956 года, когда он приезжал в Алма-Ату. Хрущёв проводил совещание партактива в оперном театре. Я участвовал в работе этого совещания. Мне представилась возможность лично вручить ему заявление о геноциде чеченского народа в Хайбахе, Малхесты и других селах… Хрущёв пригласил в свою комнату, внимательно прочитал заявление и спросил у меня, знаю ли я, какая ответственность ложится на меня, если не подтвердятся изложенные в заявлении факты… Я сказал: “Нужно спросить Председателя КГБ СССР Серова и министра МВД СССР Круглова…”… После этой встречи с Н. С. Хрущёвым была создана комиссия по расследованию Хайбахского преступления во главе с ответственным работником ЦК КПСС Тикуновым… Тикунов приезжал в Казахстан, где я жил. Это было после моей встречи с Н. С. Хрущёвым… В 1956 году эта комиссия выехала в с. Хайбах, в бывшую Чечено-Ингушетию. При осмотре этого места участие принимал и я. При раскопках на месте бывшей конюшни сразу же обнаружили останки людей. Нашли много пуль и гильз от оружия, которым расстреливали чеченцев. Это расследование длилось свыше 6 месяцев. После была составлена справка по результатам расследования… Была проведена огромная работа, допрошены более ста человек.
В это время обсуждался вопрос о возвращении чеченцев и ингушей на родину[1].
Во время поездки по делу Хайбаха Мальсагов посетил своё село. Свой дом он нашёл разрушенным[1].
В декабре 1956 года был создан оргкомитет по восстановлению Чечено-Ингушетии. В его состав были включены, кроме Мальсагова, Муслим Гайрбеков, Тангиев, Яндиев, Тепсаев и другие видные представители чеченского и ингушского народов. Гайрбеков был руководителем организационного комитета, а Мальсагов его заместителем[5]. 16 января 1957 года на его имя пришла правительственная телеграмма, в которой ему предлагалось вернуться в Грозный и начать работу по восстановлению Чечено-Ингушетии[1].
Его жена вспоминала:
Он ездил по районам, помогал возвращенцам с жильём, заботился об их трудоустройстве. Его редко можно было увидеть дома[1].
Чтобы нейтрализовать деятельность Дзияудина Мальсагова, его направили на учёбу в Москву слушателем в Высшую партийную школу при ЦК КПСС. Там Мальсагов познакомился с диссидентами Алексеем Костериным и Сергеем Писаревым, сестрой и братьями революционера Николая Фёдоровича Гикало[1].
Во время пребывания в Москве занимался наукой — изучал в архивах и библиотеках документы по истории Гражданской войны на Тереке[1].
В то же время Мальсагов следил за происходящим на родине. Мальсагов написал письмо в ЦК КПСС, где изложил факты, свидетельствующие о действиях местных органов власти. Из ЦК приехала комиссия. В кабинете Яковлева состоялось заседание, на котором присутствовал и Мальсагов. В результате обсуждения была признана справедливость его критики местных властей[1].
После беспорядков в Грозном Яковлев был снят с должности. Мальсагов готовился к защите кандидатской диссертации, которая должна была состояться в мае 1959 года[1].
Годы заключения
25 марта 1959 года Мальсагов был арестован по обвинению в антисоветской агитации и пропаганде. Он был объявлен организатором беспорядков, и Верховный суд Чечено-Ингушской АССР 30 сентября 1959 года приговорил его к 5 годам исправительно-трудовых лагерей[1].
После суда был отправлен в Тайшет, а оттуда в Мордовию. К нему, как к опытному юристу, за помощью обращались другие заключённые. Он написал за время пребывания в Мордовии более 300 заявлений от имени других заключённых. Пользовался авторитетом среди заключённых. Его единогласно избрали председателем Совета коллектива колонии[1].
В тюрьме с ним случился сердечный приступ и он три месяца после него пролежал в больнице. Жена хотела добиться помилования для него, но он отказался:
Помилование — это признание моей вины. Я никакого преступления против партии и государства не совершал, мне нечего подавать ходатайство о помиловании. Я добиваюсь своей законной реабилитации[1].
Его семья осталась без средств к существованию. Его жена купила в комиссионном магазине печатную машинку и подрабатывала, набирая тексты. Семье Мальсаговых помогали Алексей Костерин, писатель Саидбей Арсанов и другие. После письма Костерина в ЦК КПСС Валентину Петровну (супругу) взяли на завод лаборанткой[1].
Супруга Мальсагова окончила вечернее отделение историко-филологического факультета Чечено-Ингушского педагогического института и стала работать учительницей истории[1].
После освобождения
Мальсагов был освобождён и реабилитирован в декабре 1963-го года. После освобождения у него были проблемы с устройством на работу. Директор «Культторга» Мунаев взял его на работу[1].
В 1970—1980-х годах Мальсагов работал юрисконсультом, а затем — начальником управления мелиорации сельского хозяйства Чечено-Ингушетии. Заочно окончил сельскохозяйственный институт в Орджоникидзе[1].
В годы перестройки
В феврале 1990 года он написал о событиях в Хайбахе. Эту статью опубликовал редактор газеты «Комсомольское племя» Руслан Сагаев. Но после того, как о статье узнали в обкоме партии, тираж был изъят из киосков. Те номера, что люди успели купить, они передавали из рук в руки, снимали копии и переписывали[1].
Последние годы Мальсагов долго и тяжело болел. Несколько раз имел беседы с Джохаром Дудаевым, выражая несогласие с его политическим курсом. Скончался 5 апреля 1994 года[1].
Память
Память о Д. Г. Мальсагове связана с его деятельностью по восстановлению ЧИАССР[6][7][8][9]. В 2010 году в Грозном на Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 65-летию Победы в Великой Отечественной войне, был сделан доклад, посвящённый роли Д. Г. Мальсагова в восстановлении ЧИАССР[10].
В 1998 году на фасаде так называемого «Барского дома», в котором жил Дзияудин Мальсагов, была установлена мемориальная доска в его честь. В годы второй чеченской войны она была уничтожена. Усилиями его вдовы 7 августа 2012 года мемориальная доска была установлена вновь. Новую доску сделал сын мастера, сделавшего первую мемориальную доску[11].
До начала боевых действий в Грозном была улица имени Мальсагова (ныне Дагестанская)[12].
Дзияудин Мальсагов является одним из действующих лиц фильма «Приказано забыть».
Семья
От первого брака у Мальсагова была дочь Зоя, которая стала впоследствии врачом. Второй женой была Мальсагова Нура, в браке с которой родилась дочь Любовь. Третья жена Валентина Петровна. В этом браке у них родились два сына — Замбек и Алик. В августе 1996 года младший сын стал жертвой боевых действий в Грозном. Валентина Петровна проживает в Грозном, в «Барском доме», в котором жила с мужем с 1957 года. Дети Зоя и Замбек живут за рубежом[1]. Дочь Люба проживает в городе Грозном.
Примечания
Литература
- Берсанова Залпа. Судьбы учёных: сборник документальных очерков. — Элиста: ЗАОр «НПП Джангар», 2014. — Т. 1. — С. 201—238. — 464 с. — ISBN 9785945875692.
- Инуркаева Л. Д., Гадаев У. Ш., Орсаханов А. Р., Ченчиева М. Х. Восстановление Чечено-Ингушской АССР (1953-1962): сборник документов и материалов / Музаев М. Н.. — Нальчик: Эль-Фа, 2013. — Т. 1. — 491 с. — 1000 экз. — ISBN 978-5-905770-32-6.
Ссылки
- Адуев Валит. Адвокат чеченского народа. Информационное агентство «Грозный-Информ» (26 февраля 2010). Дата обращения: 24 января 2015.
- Вазаев А. Второе рождение мемориала. Министерство культуры Чеченской Республики (10 августа 2012). Дата обращения: 24 января 2015.