Левша (ЕГЭ-ОГЭ)

Впервые сказ опубликован в № 49—51 газеты «Русь» в 1881 году под заглавием «Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе (Цеховая легенда)». Отдельным изданием напечатан в 1882 году^[3].

При публикации в «Руси», а также в отдельном издании произведение сопровождалось предисловием:

Впоследствии это предисловие было исключено автором, так как критика восприняла его буквально и сочла «Левшу» просто записью старинной легенды^[3].

Прототипом тульского Левши принято считать Алексея Михайловича Сурнина (1767—1811)^[4]. Он был послан в Англию для обучения и проработал на одном из лучших английских заводов несколько лет в качестве помощника владельца. По приезде домой он многое сделал для обучения ремесленников, а также разработки и внедрения новых инструментов^[5]. Однако доказательств осведомлённости Н. С. Лескова о биографии А. М. Сурнина нет^[6].

• Левша, талантливый русский мастер, оружейник.
• Платов, атаман Войска Донского, генерал от кавалерии.
• Александр I — российский император (1801—1825).
• Николай I — российский император (1825—1855).
• «Полшкипер» (искажённое «подшкипер») — моряк с английского судна.
• Чернышёв — граф, военный министр (1832—1852).
• «Мартын-Сольский» (Сольский) — доктор медицины, тайный советник.
• «Кисельвроде» (Нессельроде) — граф, государственный канцлер (1844—1862).

В сюжете произведения смешаны выдуманные и реальные исторические события. Они начинаются приблизительно в 1815 году^[a]. Император Александр I во время поездки по Европе посетил Англию, где в числе прочих диковинок ему продемонстрировали крошечную стальную блоху, которая могла танцевать. Император приобрёл блоху и привёз её домой в Петербург.

Спустя несколько лет, после смерти Александра I и восшествия на престол его брата, императора Николая I, блоху нашли среди вещей покойного государя и не могли понять, в чём смысл «нимфозории». Донской казак Платов^[b], который сопровождал Александра I в поездке по Европе, появился во дворце и объяснил, что это образец искусства английских механиков, но тут же заметил, что русские мастера своё дело знают не хуже.

Государь Николай Павлович, который был уверен в превосходстве русских, поручил Платову осуществить дипломатическую поездку на Дон и заодно посетить проездом заводы в Туле. Среди местных умельцев можно было найти тех, кто мог бы достойно ответить на вызов англичан.

Будучи в Туле, Платов вызвал троих самых известных местных оружейников, среди которых и мастеровой по прозвищу Левша, показал им блоху и попросил придумать нечто такое, что превзошло бы замысел англичан. Возвращаясь на обратном пути с Дона, Платов снова заглянул в Тулу, где троица всё продолжала работать над заказом. Забрав Левшу с неоконченной, как считал недовольный Платов, работой, он отправился прямиком в Петербург. В столице под большим увеличением «мелкоскопа» выяснилось, что туляки превзошли англичан, подковав все ноги крошечной блохи.

Государь и весь двор были восхищены, Левша получил награду. Николай I распорядился отослать подкованную блоху обратно в Англию, чтобы продемонстрировать умение русских мастеров, и также послать Левшу. В Англии Левше продемонстрировали местные заводы, организацию работы и предложили остаться в Европе и жениться, но он отказался.

На обратном пути в Россию Левша держал с «полшкипером» (помощником шкипера) пари, по которому они должны были перепить друг друга. По прибытии в Петербург моряка привели в чувство в богатой больнице для знати, а Левша, не получив должной медицинской помощи, умер в простонародной Обухвинской больнице, где «неведомого сословия всех умирать принимают». Перед смертью Левша передал доктору Мартын-Сольскому оружейный секрет чистки стволов:

— Скажите государю, что у англичан ружья кирпичом не чистят: пусть чтобы и у нас не чистили, а то, храни Бог войны, они стрелять не годятся.

Но Мартын-Сольский не смог передать поручение, помешал военный министр граф Чернышёв, заявивший доктору:

Знай своё рвотное да слабительное, а не в своё дело не мешайся.

А доведи они левшины слова в своё время до государя, — в Крыму на войне с неприятелем совсем бы другой оборот был, — заключает рассказчик.

В произведении сочетаются элементы сказки, сатиры и реализма. Автор затрагивает такие темы, как талант русского народа, отношение власти к простым людям и противостояние России и Запада.

Главный герой — Левша — олицетворение таланта, смекалки и трудолюбия простого русского человека. Несмотря на отсутствие образования, он и его товарищи смогли превзойти английских мастеров, подковав крошечную стальную блоху. Автор показывает потенциал русского народа, который часто остаётся недооценённым.

Н. С. Лесков критикует бюрократическую систему и равнодушие власти к талантам и нуждам простых людей. Левша, несмотря на свой подвиг, не получает должного признания и умирает в нищете и забвении.

Соперничество между изобретательной Россией и технологически развитой Англией, изображённое в сказе, позволяет подчеркнуть, что из-за внутренних проблем зачастую потенциал родной страны остаётся нереализованным.

Критики отмечали, что при всей внешней лубочности и гротеске в произведении Н. С. Лескова отчётливо проступает национально-патриотическая тема, призыв к осознанию роли отдельно взятого человека в делах государственного масштаба. В своих последних словах умирающий Левша обращается к императору, прося передать ему секрет чистки ружей^[7]. Левша — настоящий патриот, который хочет доказать, что русские мастера не уступают иностранным. Однако его патриотизм остаётся неоценённым, а судьба трагична.

Повесть «Левша» — пример русского сказа, традиции которого были заложены ещё Н. В. Гоголем. Повествование выглядит как устный рассказ, в котором автор, незнакомый с иностранными словами, коверкает их самым неожиданным образом. Настоящее богатство произведения — это особый язык, который пересыпан каламбурами и словами, возникшими в фантазии писателя, своеобразной народной этимологией: нимфозория, мелкоскоп, клеветон, Твердиземное море и др.^[8]

Имя Левша в русском языке стало нарицательным, обозначающим талантливого выходца из народа, мастера с золотыми руками, a выражение «подковать блоху» стало фразеологизмом.

Критики также отмечали многослойность повествования, присутствие двух точек зрения: «где рассказчик постоянно проводит одни взгляды, а автор склоняет читателя к совсем иным, часто противоположным»^[9]. «Левша» подвергся сокрушительной критике с обеих сторон. По мнению Б. Я. Бухштаба, либералы и демократы («левые») обвинили Н. С. Лескова в национализме, реакционеры («правые») сочли чрезмерно мрачным изображение жизни русского народа. Автор ответил, что «принизить русский народ или польстить ему» никак не входило в его намерения^[10].