Сутягин, Игорь Вячеславович

Игорь Сутягин родился 17 января 1965 года в Москве в семье научных сотрудников Обнинского филиала Научно-исследовательского физико-химического Института (НИФХИ) имени Л. Я. Карпова. С 1972 по 1982 год Игорь учился в средней школе № 9 города Обнинска. Школу окончил с золотой медалью, причём был первым медалистом за 10 лет существования школы. В 1982 году поступил на физический факультет Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова. В 1988 году окончил его по специальности «Радиофизика и электроника, включая квантовую электронику» (кафедра общей физики и волновых процессов). С 1988 по 1991 год проходил обучение в аспирантуре при Институте США и Канады Академии наук СССР по специальности «история международных отношений». В 1995 году успешно защитил диссертацию на тему «Изменения в США взглядов на роль военно-морских сил в решении задач внешней политики (1975-1990 гг.)» и получил учёную степень кандидата исторических наук.

С 1989 года — сотрудник Института США и Канады: 1989-1992 — старший лаборант, 1992-1993 — младший научный сотрудник, 1993-1997 — научный сотрудник, 1997—1998 — старший научный сотрудник, с 1998 года — заведующий сектором военно-технической и военно-экономической политики.

В 1999 году Сутягин арестован по обвинению в государственной измене. В 2004 году осуждён к 15 годам лишения свободы^[1].

18 января 2008 года был избран почётным членом Русского ПЕН-центра.

В 2010 году помилован президентом РФ и в составе группы из четырёх человек был обменян на группу российских граждан, арестованных в США по обвинению в шпионаже.

С 2010 года проживает в Великобритании. Работал в Королевском объединённом институте оборонных исследований (RUSI) в должности старшего научного сотрудника до 2018 года.

Работая заведующим сектором военно-технического сотрудничества Института США и Канады (военное направление института возглавлял генерал-лейтенант ГРУ М. Мильштейн, затем генерал-майор военной разведки В. Сизов^[2]), Сутягин параллельно читал лекции в Обнинске на курсах повышения квалификации для экипажей атомных подводных лодок и посещал ряд секретных объектов. Помимо этого он читал лекции и проводил консультации в Военной академии ракетных войск стратегического назначения имени Петра Великого, Морском научном комитете Главного штаба ВМФ. У Сутягина не было оформленного в установленном порядке допуска к гостайне, но у него были личные контакты среди секретоносителей. Компетентность его в среде профессионалов спецслужб не вызывала сомнений: один из своих докладов в качестве военного аналитика Сутягин писал для ФСБ. Обладая широким военно-техническим кругозором и не имея служебных ограничений на выезд за границу, Сутягин на конференции в Бирмингеме в мае 1998 года согласился с предложением о сотрудничестве без контракта с Шоном Киддом и Надей Локк, первый из которых представился главой фирмы Alternative Futures^[3]. По словам Сутягина, его вознаграждение должно было составлять сначала 700 фунтов стерлингов в месяц, а затем должно было увеличиться до 1000 фунтов. О сотрудничестве с иностранной фирмой своё руководство в Институте США и Канады Сутягин не уведомил^[3].

Когда осенью 1999 года в отношении Сутягина начались следственные действия, фирма Alternative Futures внезапно пропала, а оба её учредителя, с которыми общался Сутягин — Шон Кидд и Надя Локк — бесследно исчезли. В прессе упоминалось, что российские журналисты вместе с английскими коллегами исследовали в Лондоне все возможные справочники, но не нашли никаких упоминаний о Шоне Кидде и Наде Локк. По лондонскому адресу фирмы, указанному Сутягиным, журналисты обнаружили офисный центр, где Alternative Futures арендовала помещение. К уже закрытому офису, по сведениям Сутягина, наведывались также сотрудники СВР и ГРУ. Однако побеседовать ни с кем не удалось. Сама фирма Alternative Futures к тому времени съехала, а телефоны были выключены. Дом в окрестностях Лондона по адресу (имеется в материалах следствия): Little Paddock, Mill Lane, Copthorne — Crawley, West Sussex, RH10 3HW9A UK, где происходили конспиративные встречи Сутягина с Шоном Киддом и Надей Локк, как выяснила пресса, не принадлежал Кидду, а лишь арендовался им на время встреч с Сутягиным^[4].

Спустя 5 лет, в 2004 году представители фирмы Alternative Futures связались с адвокатами Сутягина в ходе процесса в Мосгорсуде и выразили готовность прибыть в Москву для того, чтобы дать показания. В качестве единственного предварительного условия представители фирмы просили от российских судебных властей гарантий их личной безопасности. Однако при рассмотрении данного ходатайства в суде прокурор официально предупредил, что как только представители фирмы появятся на российской территории, то сразу же будут арестованы.

В подтверждение выдвинутой следствием шпионской версии инцидента ФСБ распространило запись одного из первых допросов Сутягина, фрагмент видеозаписи которого был распечатан в «Российской газете». На записи Сутягин рассказывает о знакомстве с Киддом: «Я предложил Интернет как способ передачи моих материалов. На что Шон Кидд сказал, что он заинтересован в эксклюзивной информации и не хотел бы, чтобы ею мог воспользоваться кто-то другой». Подобный метод общения, а также консультации, которых потребовала Alternative Futures, сильно насторожили Сутягина^[3].

В 2001 году журналист «Российской газеты» Владимир Александров сообщил, что управление ФСБ по Калужской области познакомило его с видеозаписью рассказа Сутягина^[3]. Журналист цитирует воспоминание Сутягина о своих сильных подозрениях в отношении Нади Локк, что та является сотрудником спецслужбы, и о его мыслях отказаться от сотрудничества^[3]. Встречи Сутягина с Локк проходили в Бельгии, Венгрии, Великобритании, что, по оценкам экспертов, является стандартной практикой спецслужб. Локк задавала Сутягину вопросы об успехах российских подводников в обнаружении иностранных судов, о неакустических методах обнаружения целей, о вооружении российских атомных подводных лодок нового поколения, о преимуществах новых субмарин перед прежними модификациями, о возможных направлениях развития российских управляемых ракет класса «воздух-воздух», о модернизации истребителя МиГ-29 и другие специфические вопросы, для обсуждения которых собеседник должен обладать специальной подготовкой^[3]. Несмотря на возникшие сомнения в отношении контрагентов и чувство дискомфорта, Сутягин передумал отказываться. «Слишком велик был соблазн заработать», — пояснил на допросе Сутягин^[2]. Однако о том, что в действительности рассказал таинственным собеседникам Сутягин, какой именно ущерб чему и кому нанесён, достоверных данных нет^[3].

27 октября 1999 года в обнинской квартире Сутягина, накануне его планируемого вылета в Италию, был проведён обыск, в ходе которого у него было найдено 25 тыс. долларов. После этого он был допрошен в качестве свидетеля. Затем был проведён обыск в офисе Сутягина в Институте США и Канады.

29 октября 1999 года в отношении Сутягина было возбуждено уголовное дело по ст. 275 УК РФ и в тот же день к нему была применена мера пресечения в виде заключения под стражу. 5 ноября 1999 года Сутягину было предъявлено обвинение по ст. 275 УК РФ.

После окончания предварительного следствия уголовное дело поступило для рассмотрения в Калужский областной суд, по определению которого от 27 декабря 2001 года оно было возвращено прокурору для производства дополнительного расследования «в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, допущенным органом предварительного следствия, что привело к стеснению гарантированного законом права обвиняемого Сутягина И. В. на защиту».

В 2003 году начался новый судебный процесс, на этот раз в Московском городском суде.

5 апреля 2004 года коллегия присяжных единогласно признала Сутягина виновным в том, что он в конце 1990-х годов за вознаграждение передавал секретные сведения предполагаемым разведчикам США Шону Кидд и Наде Локк, работавшим под прикрытием английской фирмы «Альтернатив фьючерс»^[5]. В частности, присяжные утвердительно ответили на вопрос судьи: «Передавал ли Сутягин иностранцам сведения за деньги?»^[6].

7 апреля 2004 года Московский городской суд на основании вердикта коллегии присяжных приговорил Сутягина к 15 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима^[7][8].

С 2004 по 2010 год Сутягин отбывал наказание в колониях строгого режима в Архангельской области — ИК-1 (Пирсы) и ИК-12 (д. Данилово в Верхних Матигорах).

В августе 2011 года, председатель Верховного суда РФ инициировал процедуру возобновления производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств. 21 сентября 2012 года была начата процедура пересмотра приговора Президиумом Верховного суда^[9]. 26 сентября 2012 года Президиум Верховного суда РФ признал незаконным содержание Сутягина под стражей в период предварительного и судебного следствия с 1999 по 2004 годы, однако сам приговор к 15 годам лишения свободы за государственную измену суд признал законным и не подлежащим отмене^[1].

9 июля 2010 года президент России Д. А. Медведев подписал указы о помиловании четырёх граждан России, в том числе и Сутягина^[10], удовлетворив их прошения о помиловании^[11]. Администрация президента РФ мотивировала принятие решения о помиловании тем, что все осуждённые признали свою вину^[11] и уже понесли суровое наказание (так, Сутягин к моменту помилования находился в местах лишения свободы около 11 лет)^[12]. Помилование произведено в рамках операции по обмену четырёх граждан России, осуждённых за шпионаж в пользу США и Великобритании и отбывающих наказание в России, на десятерых граждан России, задержанных в США в июне 2010 года^[13]. Список российских заключённых для обмена был предложен американскими властями, причём обмен Сутягина назывался обязательным условием сделки^[14]. В прессе отмечалось, что глава ФСБ А. Бортников обратил внимание на то, что США хлопотали за Сутягина: «Американцы попросту спалили Сутягина, и все узнали, что он действительно предатель», сообщил информагентствам представитель администрации президента РФ^[15].

В то же время сам Сутягин и его адвокат Анна Ставицкая заявляли, что в тексте подписанного прошения не содержалось признания вины, а сам он продолжает считать себя невиновным. Ситуацию с подписанием документов Сутягин описывал как моральную дилемму^[16].

Сама операция «обмена шпионами», в результате которой Сутягин обрёл свободу, состоялась 9 июля 2010 года в аэропорту Вены, куда все лица, подлежащие обмену, были доставлены самолётами из США и России. Согласно заявлению Министерства иностранных дел России, Служба внешней разведки и Центральное разведывательное управление США при достижении соглашения об обмене действовали «исходя из соображений гуманитарного характера и развития конструктивного партнёрства». Из Вены Сутягин вылетел в Лондон. Британского гражданства, равно как и гражданства других государств, Сутягин не приобретал^[17][18].

С 2010 года Игорь Сутягин живёт в Великобритании в дальнем пригороде Лондона на съёмной квартире. До 2018 года работал старшим научным сотрудником Королевского института оборонных исследований в Лондоне. Родители Сутягина, жена Ирина Мананникова и две дочери, Оксана и Анастасия, живут в России. Члены семьи периодически навещают его в Великобритании. У Игоря также есть младший брат Дмитрий (р.1970)^[17].

У Сутягина осталось российское гражданство, и юридических препятствий для его возвращения в Россию не существует. Сам он намеревался приехать на родину, однако выражал опасения, что ступив на российскую землю, при определённых обстоятельствах вновь может стать обвиняемым. В 2017 году Сутягин являлся единственным публично известным гражданином России, легально и гласно работавшим в оборонном учреждении НАТО, чья деятельность, согласно российскому законодательству, могла рассматриваться как «наносящая ущерб внешней безопасности России». В июне 2016 года в Госдуму был внесён законопроект, известный как «пакет Яровой», позволяющий лишать российского гражданства не только осуждённых по «террористическим и экстремистcким» статьям, но и тех россиян, кто станет служить в иностранных силовых или судебных органах, а также сотрудников международных организаций, в которых не представлена Россия^[19].

В ноябре 2018 года в СМИ появилась информация, что Сутягин участвовал в работе проекта Института государственного управления Integrity Initiative, направленного на борьбу с российским информационным влиянием^[20].