Звегинцев, Владимир Андреевич

Окончил Среднеазиатский государственный университет по специальности «немецкий язык». В 1930—1940-х годах работал в Среднеазиатском государственном университете и в Ташкентском институте иностранных языков. В 1937—1941 годах был заведующим кафедрой и ректором Среднеазиатского государственного университета^[2].^[3]

Участник Великой Отечественной войны, переводчик 7 отдела политуправления 1-го Прибалтийского фронта. Участвовал в штурме Кёнигсберга, получил ранение, участвовал в допросах немецких генералов (включая О. фон Ляша) и прослушивании стенограмм речей Гитлера и Геббельса^[2]. В августе 1945 года награждён медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.»^[4][5], позже к 40-летнему юбилею Победы — орденом Отечественной войны II степени^[6].

В 1945—1950 годах работал в Среднеазиатском государственном университете, заведовал кафедрой романо-германской филологии^[3], заместитель директора (1948—1950). После официального осуждения «марризма» получил от академика В. В. Виноградова предложение работать в Москве^[7].

С 1950 года работал в Московском государственном университете, заведующий кафедрой германского языкознания (1950—1952), общего и сравнительно-исторического языкознания (1952—1962) филологического факультета МГУ.

В 1960 году Звегинцев возглавил созданное на филологическом факультете МГУ отделение Теоретической и прикладной лингвистики, а впоследствии — кафедру структурной и прикладной лингвистики, которой заведовал более двух десятилетий. Наряду с руководством кафедрой преподавал на отделении историю и теорию лингвистики и руководил аспирантами (в числе которых были А. И. Кузнецова и Т. М. Николаева). Основал серию изданий «Новое в лингвистике» (позднее — «Новое в зарубежной лингвистике»), а также серию «Публикации отделения структурной и прикладной лингвистики».

Работа в условиях застоя нелегко давалась Звегинцеву. Заведующему кафедрой (который не был членом КПСС) приходилось нести ответственность и за сотрудников, вступавших в конфликт с советской властью. После одного из разбирательств в августе 1974 года у Звегинцева случился инфаркт, и учёный временно отошёл от работы. В 1982 году он по соглашению с ректором МГУ А. А. Логуновым оставил пост, договорившись о назначении своим преемником Б. Ю. Городецкого^[8]. Однако осенью 1982 года кафедра СиПЛ была ликвидирована и слита с кафедрой общего и сравнительно-исторического языкознания (в 1988 году воссоздана под названием Кафедра теоретической и прикладной лингвистики).

Супруга — Инна Георгиевна Звегинцева (1925—2011), доцент кафедры немецкого языка МГУ.

Звегинцев скончался в Москве 13 апреля 1988 года. Похоронен на Николо-Архангельском кладбище^[9].

Помимо многолетнего руководства Отделением структурной и прикладной лингвистики, Звегинцев организовал переводы на русский язык ряда важнейших лингвистических сочинений XX века — трудов Ельмслева, Якобсона, Мартине, Гринберга, Хомского, Чейфа, Филлмора и др. По инициативе Звегинцева на русском языке были изданы в новых переводах и с подробными комментариями основные труды Соссюра и собрание сочинений Вильгельма фон Гумбольдта.

Сохраняет своё значение двухтомный труд Звегинцева по истории языкознания XIX—XX веков; он представляет собой хрестоматию, в которую включены специально подобранные отрывки из работ лингвистов разных научных школ, иллюстрирующие их взгляды на ключевые проблемы теории языка (определение языка, функции языка, задачи лингвистического описания и т. п.). Эти тексты сопровождаются краткими комментариями составителя.

В своих теоретических трудах В. А. Звегинцев выдвинул ряд ключевых идей, касающихся природы языка. Он выступал за строгое разграничение системы и структуры языка, подчёркивая, что описание динамических качеств языка исключительно статическими формулами искажает его подлинную природу. Учёный полагал, что движущие силы развития языка обусловлены не самой его структурой, а реальными свойствами языковых элементов, которые оцениваются через их функциональную значимость — способность служить средством общения и орудием мысли. При этом структура языка рассматривалась им как механизм, обеспечивающий его деятельность. Звегинцев также критиковал теорию «чистых отношений», отвергая понимание структуры языка как совокупности связей, лишённых лексического значения. На примере искусственной фразы Л. В. Щербы («Глокая куздра») он доказывал, что подобные образования не являются реальными фактами языка, поскольку они ничего не сообщают и имеют нулевую функциональную значимость^[10].

• Семасиология. — М.: Изд-во МГУ, 1957.
• Звегинцев В. А. История арабского языкознания: Краткий очерк. — М.: Изд-во МГУ, 1958. — 80 с. — 3000 экз.
• Очерки по общему языкознанию. — М.: Изд-во МГУ, 1962.
• История языкознания XIX и XX веков в очерках и извлечениях: В 2-х чч. — М.: Гос. учеб.-пед. изд-во м-ва просвещения РСФСР, 1964 (ч. 1); 1965 (ч. 2) (составитель).
• Теоретическая и прикладная лингвистика. М.: Просвещение, 1968.
• Звегинцев В. А. Язык и лингвистическая теория. — М.: Изд-во МГУ, 1973. — 248 с. — 6100 экз. (в пер.)
• Звегинцев В. А. Предложение и его отношение к языку и речи. — М.: Изд-во МГУ, 1976. — 308 с. — 5720 экз. (в пер.)
• Звегинцев В. А. Мысли о лингвистике. — М.: Изд-во МГУ, 1996. — 336 с. — 1000 экз. — ISBN 5-211-03478-3.

Переиздания после 2000 года:

• Язык и лингвистическая теория. — 2001, 2008^[11][12].
• Зарубежная лингвистика. Т. 2, 3. — 2002^[11].
• История арабского языкознания. Краткий очерк. — 2006, 2007^[11][12].
• Предложение и его отношение к языку и речи. — 2007^[11][12].
• Теоретическая и прикладная лингвистика. — 2007^[11][12].
• Мысли о лингвистике. — 2-е изд. — М.: ЛКИ, 2008. — ISBN 978-5-382-00641-3^[11][12][13]
• Очерки по общему языкознанию. — 2009^[11][12].

• На филологическом факультете МГУ открыта именная аудитория В. А. Звегинцева^[14].
• В его честь на ОТиПЛ с 1988 года регулярно проводятся «Звегинцевские чтения»^[14].
• В 2010 году состоялась Международная юбилейная научная конференция «Теоретическая и прикладная лингвистика: пути развития», приуроченная к 100-летию со дня рождения учёного^[15].