Дедушка! Девицы раз мне говорили

Стихотворение было написано Антоном Дельвигом в 1820 году и в том же году опубликовано в томе № 12 журнала «Соревнователь просвещения и благотворения»^[1].

По воспоминаниям композитора Михаила Глинки, летом 1828 года «композитор известных русских романсов и хорошо певший баритоном» Михаил Яковлев познакомил его с поэтом Антоном Дельвигом. Впоследствии композитор часто навещал его: «зимою бывала там девица Лигле, мы игрывали в 4 руки». Во время этих визитов Глинка и Дельвиг написали песню «Ах ты, ночь ли, ноченька», и тогда же композитор сочинил музыку на слова стихотворения «Дедушка, девицы раз мне говорили»^[2].

Первым исполнителем стал Михаил Яковлев^[3].

Стихотворение написано хореем, в нём используется песенное просторечие: «девицы», «сказки!», «неймётся».

«Дедушка! — девицы…» представляет собой традиционный для «лёгкой поэзии» игривый разговор о любви между старшим и младшими. При первой публикации стихотворение было отнесено к жанру «романс». По мнению критиков, «эту жанровую нишу диктовал его французский генезис — по-видимому, песня является вольным переложением „Бабушки“ Беранже („Ma grand’mère, un soir à sa fête…“)»^[4].

Современники и друзья Дельвига выделяли в его творчестве особую форму — так называемые «русские песни». Песня «Дедушка! — девицы…», по их мнению, к этому жанру не относилась. Когда в 1829 году в рецензии на сборник произведений Антона Дельвига литературный критик Ксенофонт Полевой перечислил в числе лучших «народных песен» популярные произведения поэта, Орест Сомов, издававший вместе с Дельвигом альманахи «Северные цветы» и «Подснежник», писал:

Критик восхищается народными русскими песнями барона Дельвига, досадует, что поэт сей не пишет только этих песен; и, сказать ли? Сам критик худо понимает, в чём состоит сущность собственно-русской народной песни. Указывая на следующие песни барона Дельвига: «На яву и в сладком сне», и «Дедушка! девицы», он совершенно оправдывает мои слова: эти песни столько же народные русские, сколько народные итальянские, немецкие или шотландские.

В ответ на обвинения Сомова, Полевой во «Взгляде на два обозрения русской литературы 1829 года» отметил, что «о песнях барона Дельвига сказано было в критике, что в них видна русская душа. Господин Сомов упирается на слова и почитает русскими только те песни, где более слов простонародных. Скажем на это: у всякого свой вкус; но мы привыкли дорожить более душою, нежели словами, и предоставляем г-ну Сомову восхищаться одними формами»^[4].

Литературный критик Виссарион Белинский также относил произведения Дельвига к романсам, но из-за дворянского происхождения поэта. По его мнению, поэт писал «решительные романсы». В статье 1944 года критик отметил: «песни Дельвига были песнями барина, пропетыми будто на мужицкий лад»^[4].

Наиболее известен романс в исполнении Георгия Виноградова.

Также среди исполнителей — Сергей Лемешев и Алексей Мартынов.