Ответ на вопрос
Гренада (стихотворение)
Начало стихотворения
«Грена́да» — известное стихотворение Михаила Светлова, написанное в 1926 году.
Общие сведения
Что важно знать
| Гренада | |
|---|---|
| Жанр | стихотворение |
| Автор | Михаил Светлов |
| Язык оригинала | русский |
| Дата написания | 1926 |
| Дата первой публикации | 29.8.1926 |
История создания
Как рассказывал сам Михаил Светлов, стихотворение родилось в полемике с Леопольдом Авербахом, одним из идеологов РАППа, по поводу правомочности романтики в пролетарской поэзии: в посрамление РАППу, назло Авербаху он и решил написать нечто иностранно-романтическое; поначалу предполагалась даже «серенада из жизни испанских грандов»[1][2].
Опубликованная в «Комсомольской правде» 29 августа 1926 года, «Гренада» Светлова сразу стала знаменитой; 31 декабря 1926 года Марина Цветаева писала Борису Пастернаку: «Передай Светлову (Молодая Гвардия), что его Гренада — мой любимый — чуть не сказала: мой лучший — стих за все эти годы. У Есенина ни одного такого не было. Этого, впрочем, не говори, — пусть Есенину мирно спится»[3]. Л. Ю. Брик вспоминала, что В. В. Маяковский одобрительно приветствовал появление новых хороших стихов и положительно относился к творчеству Светлова: «„Гренаду“ он читал дома и на улице, пел, козырял ею на выступлениях, хвастал больше, чем если бы сам написал её![4]».
«Однажды, — вспоминал поэт, — Маяковский, улыбаясь, сказал мне: „Светлов! Что бы я ни написал, все равно все возвращаются к моему „Облаку в штанах“. Боюсь, что с вами и с вашей „Гренадой“ произойдёт то же самое“. Это были пророческие слова. Кто бы со мной ни познакомился, обязательно скажет: „А, Светлов! “Гренада!““ Становится несколько обидно: выходит, что за сорок лет своей литературной деятельности я написал только одно стихотворение»[5].
Худжественные особенности
В своё время Василий Жуковский создал, специально для переводов немецкой романтической поэзии, стихотворный размер — четырёхстопный амфибрахий с мужской рифмой; этим размером, как считали многие литературоведы, написана и «Гренада»[1]. Хотя стихотворение Светлова на самом деле написано двухстопным амфибрахием и стихов в его строфе не четыре, а восемь (во всех авторских публикациях воспроизводится именно такая разбивка, известная в русской поэзии, например, по «Цыганским песням» А. К. Толстого), у современников размер «Гренады» вызывал ассоциации именно с немецкой романтической поэзией. И, поскольку в литературных кругах было хорошо известно увлечение Светлова поэзией Г. Гейне, его «Гренада» воспринималась как заявка на роль «красного Гейне»[1].
Между тем литературоведы отмечают в светловской «Гренаде» обращение с ритмом, характерное как для модернистской поэзии, так и для русского песенного фольклора. В годы Первой мировой войны была широко распространена солдатская песня с такими словами:
Прощайте, родные,
Прощайте, друзья,
Прощай, дорогая
Невеста моя
Песня эта могла быть известна и автору «Гренады», и почти дословное совпадение с первыми двумя строками светловского «Прощайте, родные / Прощайте семья» могло быть намеренным — попыткой создать новую солдатскую песню, герой которой не оторван от родного дома, от привычной жизни и возлюбленной силой обстоятельств, а уходит сам, чтобы осуществить свою заветную мечту[1].
Поскольку в стихотворении Светлова речь идёт о «Гренадской волости в Испании», имеется в виду провинция Гранада на юге Испании (а не островное государство в Карибском бассейне Гренада), но в XIX веке нормативным названием и этой провинции, и одноимённого города было именно «Гренада»[К 2]. С начала XX века эта транскрипция понемногу вытеснялась вариантом «Гранада»; в «Энциклопедическом словаре» Павленкова 1918 года основным вариантом названия указана «Гранада», допустимым — «Гренада».
Отражение в культуре
Как прямое, но отчасти полемическое подражание «Гренаде» написана «Боевая песня» И. Н. Молчанова (1927): её герой теряет в бою ногу, но, в отличие от героя «Гренады», остаётся жив.
К стихотворению Светлова в разное время обращались многие композиторы, в том числе Юрий Чичков, Константин Листов, Микаэл Таривердиев, Абрам Кабаков. Одно из переложений этого стихотворения на музыку принадлежит Виктору Берковскому.
В 1952 году Ольга Берггольц посвятила светловской «Гренаде» стихотворение «Побратимы», начинавшееся словами: «Мы шли Сталинградом…» Безымянного героя Светлова Берггольц отождествила с лётчиком Виктором Хользуновым, — в 1918 году, 13-летним подростком, он ушёл вместе с отцом на фронт, но не погиб, стал кадровым военным и в 1936—1937 годах участвовал в гражданской войне в Испании:
Но только, наверно, ошибся поэт:
тот хлопец — он белыми не был убит.
Прошло девятнадцать немыслимых лет —
он всё-таки дрался за город Мадрид.[1]
Несколько десятилетий спустя поэт Наум Олев написал стихотворение (положенное на музыку Борисом Савельевым) «Бессмертная Гренада», которое начиналось такими словами:
Зачитанный томик светловских стихов,
Бессмертные строки острее клинков[6].
Популярность «Гренады» в советскую эпоху и в дальнейшем порождала немало аллюзий и прямых цитирований. Так, Денис Новиков в стихотворении «Россия» перефразирует первые строки: «Мы ехали шагом, мы мчались в боях, // Мы ровно полмира держали в зубах». Первое четверостишье «Мы ехали шагом…» Олег Медведев использовал в качестве эпиграфа к своей песне «Алые крылья». В песне Бориса Гребенщикова «Туман над Янцзы» содержится аллюзия на четверостишие «Ответь, Александровск…»[7]. Строка «Отряд не заметил потери бойца» дала название песне Егора Летова (альбом «Прыг-скок»); каждый из трёх куплетов песни завершается этой строкой[8]. Эта же строка цитируется в песне Бориса Гребенщикова «Электрический пёс»[9].
В 2015 году вышла книга Дмитрия Строцева «Шаг», одно из стихотворений которой монтирует аллюзию к стихотворению Светлова с аллюзией к Ветхому Завету: