Бронте, Элизабет

Элизабет Бронте родилась 8 февраля 1815 года^[4] и была названа в честь тёти со стороны матери, как было принято в то время^[5]. Девочке было всего пару месяцев, когда её семья переехала из Харстхеда в Тортон, где было проведено крещение. Элизабет была крещена 26 августа 1815 года Дж. Феннеллом, священником прихода Торнтон и часовни Торнтона^[6].

К 1820 году у Патрика и Марии Бронте родилось ещё четверо детей, и они приняли решение перевезти семью в Хоэрт, где главе семейства предстояло стать пастором в Церкви Святого Михаила и Всех Ангелов^[7].

В 1821 году Мария Бронте скончалась, из-за чего Элизабет Бренуэлл переехала к семье сестры, чтобы воспитывать её детей. Служанка семьи Бронте, Нэнси Гаррс, вспоминала, как юная Элизабет брала за руки своих младших сестёр на прогулках по йоркширским болотам, утверждая, что она «очень заботливо» относилась к ним. Когда Патрик Бронте спросил Элизабет, какое образование лучше всего подходит для женщины, она ответила: «то, которое поможет ей хорошо управлять домом»^[8].

В 1823 году Элизабет и её старшая сестра Мария были отправлены в «Крофтон Холл» — модную в начале XIX века Йоркширскую школу-интернат^[9][8]. Но вскоре Патрик Бронте, которому нужно было обеспечить хорошее образование и трём младшим дочерям, осознал, что плата за обучение была слишком высока^[10]. По этой причине Мария и Элизабет были переведены в недавно открывшуюся школу-интернат в Кован-Бридж для дочерей священников^[6]. Позже именно эта школа стала прототипом школы Ловуд в романе «Джейн Эйр». Директор и основатель «Кован-Бридж», преподобный Уильям Карус Уилсон^[9], был священником, на которого ровнялся сам Патрик Бронте^[7]. Младшие сестры, Шарлотта и Эмили, прибыли в это же заведение двумя месяцами позже. В школе отсутствовали всякие условия, которые соответствовали бы санитарным нормам^[11][11][12]: еда была часто плохо приготовлена и только вредила здоровью, а поваров описывали как небрежных, нечистоплотных и расточительных^[13][6]. Как Мария, так и Элизабет, недавно восстановившиеся после кори и коклюша, даже испытывая сильный голод, не могли поесть^[12][6].

Элизабет не считали образованной девочкой, отец описывал её как практичную и здравомыслящую. «Экономка» — так в школьных записях указывалась будущая профессия Элизабет. Возможно именно из-за этого Патрик не платил дополнительные три фунта стерлингов в год, чтобы Элизабет могла изучать французский язык, музыку и рисование, хотя три другие дочери обучались этому^[5].

В школьном реестре Элизабет описывали так^[11][14]:

В феврале 1825 года Марии диагностировали туберкулез и отправили её домой. Из-за плохих условий в школе ранней весной того же года произошла вспышка сыпного тифа^[15][11]. Может быть, именно по этой причине симптомы туберкулеза у Элизабет не заметили вовремя. В течение следующих шести месяцев в школе умерла одна девочка, а ещё 20 были отосланы домой по болезни, ещё шесть умерли после этого. Элизабет отправили больной 31 мая, к тому времени старшая сестра Мария была уже мертва. Через несколько дней Шарлотту и Эмили привезли домой в добром здравии, и никто из членов семьи больше никогда не вернулся в школу Коуэн-Бридж^[7]. Элизабет умерла от туберкулеза 15 июня 1825 года^[14][11]. Элизабет была похоронена в склепе Бронте в Церкви Святого Михаила и Всех Ангелов. На её надгробии начертано следующее послание, взятое из Евангелия от Матфея 18:3^[16]:

Единственная вещь, оставшаяся как память об Элизабет, это её законченная вышивка, которая находится в Музее Бронте Хоэрте^[17].