Ага-хан III

Прямой потомок пророка Мухаммеда через его двоюродного брата и зятя Али ибн Абу Талиба и его жену Фатиму. Отец — Ага-хан II. Мать — Алия Шамсуль-Мулюк, внучка Фетх Али-шаха, каджарского шахиншаха Персии.

В 1885 году стал 48-м имамом мусульман шиитов-исмаилитов-низаритов^[6][7].

В 1906 году стал одним из основателей и первым президентом Индийской Мусульманской лиги, которая позже сыграла важную роль в создании независимого государства Пакистан. Вышел из состава лиги в 1913 году.

Ага-хан путешествовал по отдалённым уголкам мира, чтобы получить почтение своих последователей, а также с целью либо урегулирования разногласий, либо повышения их благосостояния с помощью финансовой помощи и личных советов и наставлений. Звание рыцаря-командора Индийской империи (РКИИ) было присвоено ему королевой Викторией в 1897 году; и он был произведён в рыцари-гранд-командоры (GCIE) в списке коронационных почестей 1902 года^[en][8][9] и наделён этим званием королем Эдуардом VII в Букингемском дворце в 24 октября 1902 года^[10]. Георг V (1912) произвёл его в рыцари Великого командора ордена Звезды Индии (ВКЗИ), а в 1923 году назначил членом ВКГВ. Он получил аналогичное признание за свои общественные заслуги от германского императора, турецкого султана, персидского шаха и других властителей^[11].

В 1906 году Ага-хан был одним из основателей и первым президентом Всеиндийской мусульманской лиги, политической партии, которая выступала за создание независимого мусульманского государства в северо-западных регионах Индии, находившихся тогда под британским колониальным правлением, а затем основала страну Пакистан в 1947 году.

Во время трех конференций за круглым столом (Индия)^[en] в Лондоне с 1930 по 1932 год он сыграл важную роль в проведении конституционных реформ в Индии^[6].

В 1934 году он был избран членом Тайного совета и служил членом Лиги Наций, став президентом Лиги Наций в 1937 году^[7].

Под руководством сэра султана Мухаммад-шаха Ага-хана III первая половина XX века была периодом значительного развития исмаилитской общины. На Индийском субконтиненте и в Восточной Африке были созданы многочисленные институты социального и экономического развития^[12]. Исмаилиты отметили юбилеи своих имамов публичными торжествами, которые являются символическим подтверждением уз, связывающих исмаилитского имама и его последователей. Хотя Юбилеи не имеют религиозного значения, они служат подтверждением приверженности имамата во всем мире улучшению качества человеческой жизни, особенно в развивающихся странах^[12].

В Индии, а затем и в Пакистане были созданы институты социального развития, по словам Ага-хана III, «для облегчения положения человечества». Они включали такие учреждения, как Diamond Jubilee Trust и Platinum Jubilee Investments Limited, которые, в свою очередь, способствовали росту различных типов кооперативных обществ. Средняя школа для девочек «Бриллиантовый юбилей» была открыта в отдалённых северных районах нынешнего Пакистана. Кроме того, стипендиальные программы, учрежденные во время Золотого юбилея для оказания помощи нуждающимся студентам, постепенно расширялись. В Восточной Африке были созданы крупные институты социального обеспечения и экономического развития. Меры, связанные с социальным обеспечением, включали ускоренное развитие школ и общественных центров, а также современную, полностью оборудованную больницу^[en] в Найроби. Среди институтов экономического развития, созданных в Восточной Африке, были такие компании, как Diamond Jubilee Investment Trust (ныне Diamond Trust of Kenya) и Jubilee Insurance Company, которые котируются на Найробийской фондовой бирже и стали крупными игроками в национальном развитии.

Сэр Султан Мухаммад-шах также провёл организационные реформы, которые дали исмаилитским общинам средства для структурирования и регулирования своих собственных дел^[12]. Они были построены на мусульманской традиции общинной этики, с одной стороны, и ответственной индивидуальной совести со свободой обсуждать свои собственные моральные обязательства и судьбу — с другой. В 1905 году он издал первую исмаилитскую Конституцию для социального управления сообществом в Восточной Африке. Новая администрация по делам Сообщества была организована в иерархию советов на местном, национальном и региональном уровнях. Конституция также устанавливает правила в таких вопросах, как брак, развод и наследование, руководящие принципы взаимного сотрудничества и поддержки среди исмаилитов и их взаимодействия с другими общинами. Аналогичные конституции были промульгированы в Индии, и все они периодически пересматривались с учетом возникающих потребностей и обстоятельств в различных условиях^[12].

Ага-хан находился под глубоким влиянием взглядов сэра Саида Ахмад-хана^[13]. Наряду с сэром Саидом Ага-хан был одним из спонсоров и основателей Алигархского Университета^[en], для которого он неустанно собирал средства и которому пожертвовал большие суммы своих собственных денег^[14]. Самого Ага-хана можно считать исламским модернистом^[en] и интеллектуалом движения Алигарх^[en][15].

С религиозной точки зрения Ага-хан придерживался модернистского подхода к исламу^[15]. Он верил, что между религией и современностью нет противоречия, и призывал мусульман принять современность^[16]. Хотя Ага-хан выступал против массового копирования мусульманами западного общества, он верил, что расширение контактов с Западом в целом пойдёт на пользу мусульманскому обществу^[17]. Он был интеллектуально открыт для западной философии и идей и верил, что взаимодействие с ними может привести к возрождению исламской мысли^[17].

Как и многие другие исламские модернисты, Ага-хан был невысокого мнения о традиционном религиозном истеблишменте (улемах), а также о том, что он считал их жёстким формализмом, законничеством и буквализмом^[18]. Вместо этого он выступал за возобновление иджтихада (независимого рассуждения) и иджма (консенсуса), последнее из которых он понимал в модернистском ключе как достижение консенсуса^[19]. По его словам, мусульмане должны вернуться к первоисточникам, особенно к Корану, чтобы открыть для себя истинную сущность и дух ислама^[19]. Как только принципы веры будут открыты, они будут рассматриваться как универсальные и современные^[20]. Ислам, по его мнению, обладал основополагающим либеральным и демократическим духом^[21]. Он также призвал к полным гражданским и религиозным свободам^[22], миру и разоружению, а также прекращению всех войн^[23].

Ага-хан выступал против сектантства, которое, по его мнению, подрывало силу и единство мусульманской общины^[24]. В частности, он призвал к сближению суннизма и шиизма^[25]. Это не означало, что он думал, что религиозные различия исчезнут, и он сам наставлял своих последователей-исмаилитов быть преданными своему собственному учению^[26]. Однако он верил в единство через принятие разнообразия и уважение различий во мнениях^[26][27].

Ага-хан призвал к социальным реформам в мусульманском обществе, и он смог осуществить их в своей собственной исмаилитской общине^[28]. Поскольку он считал ислам по сути гуманитарной религией, Ага-хан призвал к сокращению и искоренению бедности^[29]. Как и сэр Саид, Ага-хан был обеспокоен тем, что мусульмане отстали от индуистской общины в плане образования^[30]. По его словам, образование было путём к прогрессу^[31]. Он был неутомимым сторонником обязательного и всеобщего начального образования^[32], а также создания высших учебных заведений^[33].

Что касается прав женщин, Ага-хан был более прогрессивен в своих взглядах, чем сэр Саид и многие другие исламские модернисты своего времени^[34]. Ага-хан сформулировал своё стремление к правам женщин не просто в контексте того, что женщины являются лучшими матерями или жёнами, а скорее для собственного блага женщин^[35]. Он поддержал духовное равенство мужчин и женщин в исламе, а также призвал к полному политическому равенству. Это включало право голоса^[36][37] и право на образование^[38]. Что касается последнего вопроса, то он одобрил обязательное начальное образование для девочек^[32]. Он также поощрял женщин получать высшее университетское образование^[32] и не видел ничего плохого в совместных учебных заведениях^[39]. В то время как сэр Саид отдавал приоритет образованию мальчиков, а не девочек, Ага-хан наставлял своих последователей, что если у них есть сын и дочь, и если они могут позволить себе отправить в школу только одного из них, они должны отправить дочь, а не мальчика^[32].

Ага-хан проводил кампанию против институтов пурда и зенана^[en], которые, по его мнению, были репрессивными и неисламскими институтами^[40]. Он полностью запретил пурду и покрывало для лица своим последователям-исмаилитам^[41]. Ага-хан также ограничил многожёнство, поощрял браки с вдовами и запретил детские браки^[40]. Он также сделал законы о браке и разводе более справедливыми по отношению к женщинам^[40]. В целом, он призвал женщин принимать участие во всех национальных мероприятиях и агитировать за их полные религиозные, социальные и политические права^[36].

Сегодня, во многом благодаря реформам Ага-хана, исмаилитская община является одной из самых прогрессивных, мирных и процветающих ветвей ислама^[42].

Он написал ряд книг и статей, две из которых имеют огромное значение, а именно:

1. «Индия в переходный период» (англ. India in Transition), о политике подготовки Индии
2. «Мемуары Ага-хана: Мир достаточно и время» (англ. The Memoirs of Aga Khan: World Enough and Time), его автобиография.

Ага-хан III предложил «Южноазиатскую федерацию» в «Индии в переходный период», чтобы Индия могла быть реорганизована в несколько штатов, и эти штаты должны иметь собственные автономии. Он был первым человеком, который разработал подробный план такой федерации Индии.