152-мм гаубица образца 1938 года (М-10)

К началу 1930-х годов руководству РККА стало очевидно, что состоящие на её вооружении тяжёлые 152-мм гаубицы обр. 1909 и 1910 гг. периода Первой мировой войны устарели и не удовлетворяют современным требованиям к орудиям такого класса. Основными недостатками этих орудий являлись:^[1][2]

• низкая мобильность из-за отсутствия подрессоривания;
• малые углы наведения, особенно горизонтального, что обуславливалось устаревшей конструкцией однобрусного лафета;
• недостаточная дальность стрельбы по причине небольшой длины ствола и недостаточного угла возвышения.

Некоторые недостатки попытались устранить путём модернизации этих орудий (152-мм гаубица образца 1909/30 годов и 152-мм гаубица образца 1910/37 годов), однако бо́льшая часть проблем так и осталась нерешённой, вследствие устаревшей конструкции лафета и ствольной группы. В то же время РККА испытывала большу́ю потребность в мощных 152-мм гаубицах, которые в тот период входили в том числе и в состав дивизионной артиллерии. Осознавая невозможность быстрого решения задачи собственными силами (российская конструкторская школа была сильно ослаблена Революцией и Гражданской войной), советское руководство попыталось решить эту проблему, заключив в 1930 году договор с Германией о поставке современных образцов артиллерийского вооружения. Немецкая сторона, представленная обществом «БЮТАСТ» (подставной организацией фирмы «Рейнметалл (Rheinmetall)»), обязалась поставить в СССР ряд современных артиллерийских систем, лицензии на их производство и оказать содействие в освоении их серийного выпуска. Сделка была выгодна обеим сторонам — СССР получал самые современные образцы артиллерийского вооружения, а Германия, скованная рамками Версальского договора, получала возможность сохранить передовые позиции в области создания артиллерийских вооружений^[3].

В числе закупаемых артсистем были и тяжёлые гаубицы, получившие в СССР названия 152-мм мортира образца 1931 года (НМ) и 152-мм гаубица обр. 1931 года (НГ). Первое орудие представляло собой достаточно оригинальную конструкцию, одновременно сочетавшую в себе свойства пушки, гаубицы и мортиры. Вторая же артсистема являлась классической тяжёлой гаубицей достаточно современной на тот момент конструкции — орудие имело раздвижные станины, ствол длиной 25 калибров с горизонтальным клиновым затвором и дульным тормозом, подрессоренный колёсный ход с металлическими колёсами на резиновых шинах. НГ имела мощную баллистику с дальностью стрельбы порядка 13 км (аналогичный показатель советских гаубиц того периода не превышал 9 км). Орудие было принято на вооружение, его производство было поручено Мотовилихинскому механическому заводу (ММЗ). В 1932 году завод не смог сдать приёмке ни одной гаубицы, в декабре 1933 года было сдано 4 гаубицы, в 1934 году — ещё 4, на чём их производство было прекращено. Основной причиной такого решения являлась высокая технологичность орудия, не соответствовавшая уровню имевшейся производственной базы (на ММЗ гаубицы собирались полукустарным способом)^[4]. В первой половине 1930-х годов советская промышленность была ещё не вполне способной освоить в производстве современные сложные орудия — помимо гаубицы НГ не удалось наладить выпуск крайне нужных 20-мм и 37-мм немецких зенитных автоматов, а также 122-мм гаубицы «Лубок»^[5]. Кроме того, существовала ещё одна веская причина для снятия НГ с производства — орудие имело большую массу в походном положении — 5445 кг, что очень затрудняло его возку лошадьми, а механическая тяга в то время в РККА была развита очень слабо^[4]. Однако даже неудачный результат оказался полезным — советские инженеры и технологи, в ходе попытки освоения серийного производства НГ, ознакомились с конструкцией современных артсистем. Через несколько лет полученный ценный опыт был реализован на практике.

В 1937 году на заводе № 172 в Мотовилихе (бывший ММЗ) в КБ под руководством Ф. Ф. Петрова начинается проектирование новой гаубицы современной конструкции. Технический проект нового орудия был отправлен в Артиллерийское управление 1 августа 1937 года, первый опытный образец был готов 2 ноября 1937 года, после чего начались его заводские испытания. На полигонные испытания 25 июля 1938 года были поданы уже два опытных образца, имевших между собой существенные отличия — гаубица № 303 имела ствол длиной 20 калибров с нарезкой прогрессивной крутизны, а гаубица № 302 — ствол длиной 25 калибров с нарезкой постоянной крутизны. Проводившиеся с 19 по 23 октября 1938 года полигонные испытания выявили преимущество гаубицы с длиной ствола 20 калибров, имевшей лучшую кучность при той же дальности стрельбы. В то же время полигонные испытания гаубица не выдержала, поскольку были выявлены недостаточная прочность верхнего станка, ненадёжность подрессоривания, течь тормоза отката, низкое качество колёс. Разработчику было предложено исправить недостатки и отправить орудие на войсковые испытания. На войсковые испытания, проходившие дважды (в начале 1939 года и с 22 декабря 1939 года по 10 января 1940 года), был подан доработанный вариант М-10 с удлинённым на 2,3 калибра стволом, что обеспечило полное сгорание заряда. Также в 1939 году был создан опытный образец М-10 с картузным заряжанием, однако дальше заводских испытаний этого образца дело не пошло. В итоге, ещё до полного завершения войсковых испытаний, 29 сентября 1939 года М-10 была принята на вооружение под официальным наименованием «152-мм дивизионная гаубица обр. 1938 г.». Впоследствии прилагательное «дивизионная» было опущено из официального наименования орудия^[6][7].

В 1930-х гг. правительство СССР ввело буквенные индексы для каждого машиностроительного производства. Мотовилихинский механический завод (г. Пермь) получил индекс «М». Изделия, разработанные этим заводом, имеют наименование с этим индексом — М-10, М-30 и т. д.^[8]

Серийное производство М-10 велось с декабря 1939 года на заводах № 172 в Молотове и № 235 в Воткинске.

В связи с исключением 152-мм гаубиц из состава дивизионной артиллерии и упразднением стрелковых корпусов летом — осенью 1941 года производство орудия было завершено «за отсутствием надобности».

Кроме того было произведено 204 орудия М-10Т для вооружения танков КВ-2 (1939 — 4, 1940—100, 1941—100).

Гаубица М-10 являлась весьма совершенным для своего времени орудием. К основным конструктивным особенностям ствольной группы гаубицы М-10 относятся переменная длина отката, затвор поршневого типа, гидравлический тормоз отката и гидропневматический накатник. Заряжание раздельное гильзовое, всего для орудия предусматривалось 8 различных метательных зарядов (по состоянию на 1957 год^[9]). Орудие оснащалось подъёмным и поворотным механизмами секторного типа. В походном положении ствол оттягивался. Лафет с раздвижными клёпаными станинами коробчатого типа комплектовался колёсами от грузового автомобиля ЗИС-5. Для защиты расчёта от пуль и осколков имелось щитовое прикрытие^[6].

Отдельно необходимо отметить отсутствие у гаубицы М-10 дульного тормоза. Для изначальной ориентации орудия на его использование в дивизионной артиллерии это было большим плюсом — боевые порядки дивизионной артиллерии располагаются достаточно близко к передовой, и при наличии дульного тормоза поднятая с поверхности земли пороховыми газами пыль сильно демаскирует орудие. С другой стороны, при использовании М-10 в роли более удалённого от передовой корпусного орудия этот недостаток уже не играл значительной роли^[6].

Орудие могло перемещаться как конной (имелся передок массой около 400 кг), так и механической тягой.

Помимо стандартного буксируемого варианта, в 1940—1941 годах под названием 152-мм танковая гаубица обр. 1938/40 гг. (М-10Т, индекс ГАУ — 52-ПТ-536) выпускалась модификация орудия, предназначенная для установки в башню тяжёлого танка КВ-2. От базовой конструкции ствольной группы М-10 это орудие отличалось меньшей длиной ствола, более слабой баллистикой с целью уменьшения отдачи и длины отката, а также рядом других изменений. По своим характеристикам орудие М-10Т фактически уже не было гаубицей, поскольку его угол возвышения не превышал 12°^[10]. Первоначально танк КВ-2 предполагалось вооружить устаревшей короткоствольной гаубицей обр.1909/30, но впоследствии для самой современной на тот момент машины решили использовать самую современную и мощную 152-мм гаубичную артсистему, которой и была М-10^[11].

Также в единственном экземпляре был построен опытный вариант гаубицы М-10 с картузным заряжанием. Его заводские испытания прошли в 1939 году, но дальнейшего развития эти работы не получили^[6].

По штату 1939 года в стрелковой дивизии имелся гаубичный полк с дивизионом 152-мм гаубиц (12 шт.). В июле 1941 года гаубичный полк из состава дивизии был исключён. Также до лета 1941 года дивизион 152-мм гаубиц имелся в моторизованной и танковой дивизиях. В корпусной артиллерии в 1941 году 152-мм гаубиц по штату не было (их заменяли гаубицы-пушки МЛ-20). В составе стрелковых корпусов в 1944 году имелись артиллерийские полки пятибатарейного состава (20 орудий), в состав которых наряду с другими орудиями входили и 152-мм гаубицы. В составе артиллерии резерва Верховного Главного Командования (РВГК) в течение всей войны были гаубичные полки (48 гаубиц) и тяжёлые гаубичные бригады (32 гаубицы). Полки и бригады могли объединяться в артиллерийские дивизии^[12].

На 1 января 1941 года на балансе ГАУ КА находилось 596 гаубиц, из которых 1 требовала текущего ремонта и 1 заводского.

На 1 июня 1941 года в войсках находилось 960 орудий.

На 22 июня 1941 года 152-мм гаубиц обр. 1938 г. имелось около 1000 штук. С первых же дней Великой Отечественной войны это орудие вступило в бой. Гаубица использовалась для стрельбы с закрытых позиций по окопанной и открыто расположенной живой силе противника, его фортификациям и заграждениям, важным объектам в его ближнем тылу. Большой угол горизонтальной наводки и достаточно мощная баллистика позволяли орудию успешно бороться с танками. Однако в ходе летних боёв 1941 года гаубицы М-10 понесли большие потери (в западных военных округах перед войной было 773 таких орудия, практически все они были потеряны), и в том же году их серийное производство было прекращено^[6]. Уцелевшие М-10 использовались в течение всей войны^[7].

Значительное количество орудий этого типа было захвачено вермахтом в 1941 году. Гаубица была принята на вооружение немецкой армии под индексом 15,2 cm s.F.H.443(r). Финская армия с 1941 года захватила 45 гаубиц M-10 и ещё 57 купила в Германии в 1944 году. В финской армии ими комплектовались 5 тяжёлых артиллерийских батальонов, активно участвовавших в боях (боевые потери летом 1944 года составили 7 орудий). Финны весьма высоко оценили это орудие, отметив как недостаток лишь достаточно большую массу. После окончания войны гаубица М-10 продолжала состоять на вооружении финской армии до 2000 года, когда все орудия этого типа были изъяты со складов. В 1980-х годах финны даже рассматривали возможность модернизации орудия, но в итоге отказались от этой идеи в пользу приобретения в объединённой Германии 152-мм пушек-гаубиц Д-20 из запасов бывшей армии ГДР^[13].

На момент принятия на вооружение орудие М-10 было современным образцом, отвечающим всем предъявляемым РККА требованиям к тяжёлым гаубицам. При сравнении с зарубежными аналогами М-10 как минимум не уступает лучшим мировым образцам. Для сравнения, наиболее массовая немецкая 150-мм тяжёлая полевая гаубица s.F.H.18 имела максимальную дальность стрельбы 13 325 м, превосходя М-10 почти на километр, но одновременно была на тонну тяжелее (походная масса 5510 кг), что сильно ограничивало её подвижность^[14]. Обладающую отличными характеристиками (дальность стрельбы 12 500 м, масса в походном положении 3500 кг) более совершенную гаубицу s.F.H.36 с немцам в крупносерийное производство запустить не удалось^[15] из-за широкого использования дефицитных лёгких сплавов в конструкции лафета^[16]. Японская 150-мм полевая гаубица при аналогичной массе, дальнобойности и подвижности имела более лёгкий снаряд. Чехословацкая 150-мм гаубица K4 (немецкое название s.F.H.37[t]) имела дальность стрельбы 15 750 м и массу 5730 кг, существенно превосходя М-10 по дальности стрельбы, но при этом сильно уступая в мобильности (это орудие ближе к мощным гаубицам-пушкам)^[17]. То же самое можно сказать про 149-мм итальянскую гаубицу фирмы «Ансальдо» (14 250 м, 5500 кг)^[18] и американскую 155-мм гаубицу M1 (14 600 м, 5800 кг). Французские 155-мм гаубицы Шнейдера обр. 1917 г. уступали М-10 как по дальности стрельбы (11 200 м), так и по массе (4300 кг) и к началу Второй мировой войны явно устарели^[19], как и британские 6-дюймовые гаубицы Виккерса, созданные в 1915 году^[20]. Сравнение с более поздней 152-мм гаубицей Д-1 показывает, что оба орудия имели свои преимущества и недостатки — при одинаковой баллистике Д-1 была на тонну легче, но имела на 15° меньший угол горизонтальной наводки, а также была снабжена дульным тормозом, сильно демаскирующим орудие при стрельбе^[21].

Тем не менее, в 1941 году, после начала войны, серийное производство М-10 было прекращено. Обычно причинами этого называется следующее:

• Больша́я масса гаубицы М-10, которая затрудняла её использование в дивизионной артиллерии;
• Сложившееся к 1941 году мнение, что для корпусной артиллерии мощность М-10 недостаточна;
• Неотлаженный технологический процесс выпуска М-10 и её трудное освоение в войсках;
• Отсутствие надобности в таком орудии при оборонительных боях 1941 года.

Однако эти аргументы уязвимы для критики. Безусловно, для дивизионного орудия М-10 была тяжела, но летом 1941 года все 152-мм гаубицы были исключены из дивизионной и корпусной артиллерии. Ссылки на недостаточную мощность М-10 также не очень убедительны — принятая на вооружение в 1943 году гаубица Д-1 имела аналогичную с М-10 баллистику, и её мощность для корпусной артиллерии считалась вполне достаточной^[22]. Более того, в корпусной артиллерии состояли и существенно менее мощные орудия — например, 107-мм пушки обр. 1910/30 гг.^[23] К 1941 году М-10 уже почти два года выпускалась крупной серией и, соответственно, была отлажена в производстве. В обороне тяжёлые гаубицы вполне могут использоваться для контрбатарейной стрельбы, постановки заградительного огня; огневой мощи М-10 даже при стрельбе осколочно-фугасными снарядами или шрапнелью «на удар» (не говоря уже о бетонобойных снарядах) было достаточно против любого образца бронетехники вермахта в 1941 году. Также надо учитывать, что в 1941 году РККА не вставала в глухую оборону, а при каждом удобном случае пыталась перейти в наступление либо контратаковать.

Известный российский военный историк М. Свирин предлагает следующие причины снятия этого орудия с производства:

• дефицит мощных тягачей, способных эффективно осуществлять буксировку М-10;
• высокая металлоёмкость и сложность в производстве лафета;
• сложность ремонта и обслуживания орудия;
• занятость заводов № 9 и № 172 мобилизационными заданиями по массовому производству других орудий — гаубиц М-30 и гаубиц-пушек МЛ-20, потеря завода № 352; в результате М-10 стало негде выпускать.

Также стоит отметить, что после исключения летом 1941 года 152-мм гаубиц из состава дивизионной артиллерии и упразднения корпусной артиллерии (вместе с корпусами) М-10 фактически потеряла назначение. Тяжёлые орудия в тот период концентрировались в частях РВГК, где уже находилась гаубица-пушка МЛ-20, с которой М-10 конкурировать не могла. Однако в 1943 году, с формированием корпусной артиллерии, вновь возникла потребность в 152-мм гаубицах, которую пришлось удовлетворять разворачиванием производства нового орудия — гаубицы Д-1, представляющей собой «гибрид» ствольной группы М-10 и лафета М-30. Однако производство Д-1 началось лишь в конце 1943 года и носило мелкосерийный характер — за 1943—1944 годы было произведено всего 342 орудия. В результате корпусная артиллерия РККА столкнулась с острым дефицитом орудий, который пришлось удовлетворять (да и то далеко не полностью) в основном за счёт 107-мм пушек обр. 1910/30 гг., существенно менее мощных, чем Д-1 и М-10^[24]. Учитывая это, прекращение производства М-10 стоит признать в целом негативным обстоятельством для Красной армии, хотя освободившиеся производственные мощности после сворачивания её выпуска внесли большой вклад в оснащение дивизионной артиллерии РККА современной отличной гаубицей М-30.

М-10 могла стрелять всем ассортиментом 152-мм гаубичных снарядов, за исключением мортирной фугасной гранаты 53-Ф-521, стрельба которой из гаубиц М-10, Д-1 и гаубицы-пушки МЛ-20 была категорически запрещена^[25]. Как и у других орудий калибра 152 мм, работа заряжающего и подносчика в расчёте была очень тяжёлой — требовалось в одиночку переносить снаряды массой свыше 40 кг^[26].

При установке взрывателя осколочно-фугасной гаубичной гранаты 53-ОФ-530 на осколочное действие её осколки разлетаются на площади 2100 м²: 70 м по фронту и до 30 м в глубину. Если взрыватель установлен на фугасное действие, то при взрыве гранаты в грунте средней плотности образуется воронка диаметром 3,5 м и глубиной около 1,2 м. Кумулятивный снаряд 53-БП-540 пробивал под углом 90° — 250 мм, 60° — 220 мм, 30° — 120 мм^[26].

Бетонобойный снаряд 53-Г-530 с начальной скоростью 457 м/с на первом заряде проникал в удалённую на 1 км железобетонную стенку при попадании по нормали (окончательная скорость 398 м/с) на 80 см и разрывался внутри неё, обеспечивая пробитие 114 см железобетона. Метод изготовления бетонобойных снарядов для гаубицы М-10 влиял на их боевые характеристики: снарядом 53-Г-530Ш можно было стрелять на полном (самом мощном) заряде, а снарядом 53-Г-530 — категорически запрещалось, во избежание его разрыва в канале ствола орудия. Максимально дозволенным для 53-Г-530 зарядом был первый, соответственно, начальная скорость и глубина углубления в бетон у него были меньше, чем у 53-Г-530Ш^[9].

Для стрельбы из гаубицы предусматривалось 8 видов метательных зарядов. Для осколочных, осколочно-фугасных и бетонобойных снарядов предназначались 7 зарядов, получаемых из полного заряда 54-Ж-536 последовательным удалением равновесных пучков пороха. Таким образом в порядке убывания мощности получались первый, второй, третий, четвёртый, пятый и шестой заряды. Для стрельбы кумулятивным снарядом 53-БП-540 предназначался «специальный» заряд^[9].

К концу 1950-х годов из боекомплекта гаубицы М-10 были изъяты все снаряды старых типов, и в нём остались только осколочная граната 53-О-530, осколочно-фугасная граната 53-ОФ-530, кумулятивный снаряд 53-БП-540 и бетонобойные снаряды 53-Г-530 и Г-530Ш (также не исключено и наличие химических боеприпасов, но по соображениям секретности они не фигурируют в обычных таблицах стрельбы)^[9].

По баллистике, обслуживанию и номенклатуре боеприпасов гаубица М-10 считалась совершенно равноценной более поздней гаубице Д-1, и все необходимые сведения о специфике М-10 приводились во вкладке к таблицам стрельбы гаубицы Д-1. В издании таблиц стрельбы 1957 года эта вкладка ещё присутствовала, однако в следующем издании 1968 года она была изъята. Таким образом, официальное снятие гаубицы М-10 с вооружения Советской армии имело место между 1957 и 1968 годами^[9].

152-мм гаубица М-10 экспонируется в музеях и мемориалах России и Финляндии, в частности, её имеют в своих экспозициях:

• Музей артиллерии и инженерных войск, Санкт-Петербург;
• Петропавловская Крепость, Санкт-Петербург (до 2002 года эти орудия использовали для производства полуденного выстрела; после израсходования запаса подходящих зарядов их сменили сначала гаубицы-пушки МЛ-20, а затем гаубицы Д-30);
• Музей отечественной военной истории в деревне Падиково Московской области;
• Памятник с гаубицей М-10 установлен в 2010 году в посёлке Локоть Брянской области, орудие было найдено местным поисковым отрядом^[34];
• Военный музей Хельсинки;
• Артиллерийский музей в г. Хямеэнлинна;
• Собрание артиллерии у гостиницы Herttua в Финляндии.
• Холм славы г. Ровно (Украина).
• Музей военной техники УГМК, г. Верхняя Пышма Свердловской области.*Владикавказ.Барбашово поле.