Эсьмоны

Деревня расположена на реке Осливка, притоке реки Друть в 15 км от г. Белыничи, 59 км от Могилёва, 40 км от железнодорожной станции Славное.

Ближайшие населённые пункты д. Мокровичи, д. Алешковичи, д. Стёхово, д. Смогиловка, д. Кармановка, д. Заозерье, д. Майск, д. Хватовка.

• 2003 год — около 400 жителей, 138 дворов;
• 2010 год — 230 жителей

Близ Эсьмон находится докурганный могильник конца X-нач. XIII вв. 44 холмика высотой 0,8—1,5 м, диаметром 4—8 м, вершина некоторых обложена камнями. Могильник обследовали в 1889—1890 гг. Н. П. Авенариус, в 1969 году — Л. В. Алексеев и Я. Г. Риер. Исследовано 6 холмиков. Захоронения одиночные и парные, в горизонтальном и сидячем положении. Обнаружена глиняная посуда, бронзовые и посеребрённые кольца.

Уроженец здешних мест, белорусский литератор Микола Телеш в своё время писал:

Местные жители считают, что здесь похоронены солдаты наполеоновской армии, а под большим крестом — могила французского генерала. Видно, что здесь уже побывали «чёрные копатели».

Согласно могильнику, люди здесь жили уже в X в., если не раньше. До революции это было местечко, центр волости Борисовского уезда. В основном проживали евреи. В музее эсьмонской школы есть запись еврейской легенды о происхождении местечка. Будто бы в этих местах жили два еврейских рода, враждовавших между собой. Границей (осью) их владений была река, получившая название Ослик. Подобно Ромео и Джульетте, полюбили друг друга юноша Мина и девушка Эся. Стали они тайком встречаться ночью, и как-то, там, где Ослик суживался, построили мост, украсив его цветами. Тогда роды примирились и разрешили им пожениться. Тогда и стало называться местечко Эсьмоны.

Но, скорее всего, название произошло от фамилии владельцев усадьбы, которая здесь некогда была. Ближайшие местечки Белыничи и Головчин, заселённые евреями наравне с православными и католиками, принадлежали помещикам. Так что, вероятнее всего, Эсьмоны тоже.

Эсьмоны в начале XIX в. имели 60 дворов и 6 торговых лавок. К концу XIX в. население местечка выросло, изменился национальный состав, и на 305 православных жителей приходилось 214 евреев.

В Эсьмонах земледелием не занимались. Здесь жили кузнецы, столяры, кожевенники, портные, бондари, извозчики, угольщики, торговцы. Еврейские ремесленники имели скорняжные и швейные мастерские, смолокуренные и винокуренные промыслы, делали верёвку из пеньки, сбрую для лошадей, занимались лесными промыслами, разводили рыбу в пруду. А сапожные изделия эсьмонских мастеров можно было встретить на рынках Смоленска и Москвы.

В 1897 г. эсьмонские евреи Ш. Эдель, М. Рабинович и Л. Фельдман открыли фабрику по изготовлению деревянных колодок для обуви под названием «Лер», которая потом стала называться товарищество «Осливка», по названию реки. Там работали 13 человек, имелся паровой двигатель. По сведениям за 1900 г. фабрика выпустила продукции на 7,2 тыс. рублей, а количество рабочих увеличилось до 23. Среди них были 8 женщин. В местечке появились четыре водяные мельницы, а в соседней деревне Заозерье — паровая мельница^[3].

В начале XX в. некоторые семьи и, прежде всего, еврейская молодёжь стали уезжать в Санкт-Петербург и Москву, в Германию и США.

В 1929 г. в Эсьмонах был организован колхоз им. Калинина. Евреи, которые не хотели вступать в него, организовали свой «Еврейский колхоз», располагавшийся в лесном массиве Хромыщино между деревнями Заозерье и Эсьмоны. У них там были хозпостройки, колодец, кони, и коровы. В субботу и на еврейские праздники колхозники не работали. Этот колхоз был ликвидирован в 1938 г.

В 1930-х гг. в старой деревянной синагоге открыли школу, где учились вместе еврейские и православные дети. На Песах еврейские дети приносили в школу мацу, а белорусы на свою Пасху угощали их крашеными яйцами и куличами. Но смешанных браков тогда в местечке не было. Еврейского кладбища в местечке тоже не было, хоронить возили в Белыничи и до революции, и после.

Из воспоминаний Татьяны Блинковой (Устинович):

В деревне в январе—июле 1944 года находился штаб партизанского соединения «Тринадцать», под командованием Героя Советского Союза С. В. Гришина^[4].

Перед войной в Эсьмонах было 58 дворов, проживали 255 человек. Больше половины из них были евреями.

Практически все еврейское население местечка погибло в 1941—1942 годах. Выжили немногие, призванные в армию и выехавшие из Эсьмон ещё до войны. Уехать на восток в первые дни войны, по воспоминаниям, смогли лишь несколько человек. В 1941 году Эсьмоны оказались под немцами. В сентябре всех евреев Эсьмон погнали в Белыничи, где с евреями других местечек загнали в один квартал-лагерь (в прямоугольнике нынешних улиц им. Энгельса и Кирова), где содержались под охраной украинцев-полицаев, а позже немцев с овчарками. Ограды вокруг гетто не было, но выходить за территорию запрещалось.

«12 декабря 1941 года всё еврейское население, находившееся в квартале-лагере, построили в колонну под предлогом переселения на жительство в Эсьмоны. Операцией занималась специальная команда немцев около 60 человек с собаками. Впереди колонны шли полицейские и заставляли всех занавешивать окна под угрозой стрельбы по ним. В трёх км от Белынич в лесу в урочище Мхи (в 1,5 км на юго-запад от бывшей деревни Задрудская Слобода) заранее были вырыты две ямы размером каждая 40 х 30 × 3 м. Здесь колонна была остановлена. Каждого человека поодиночке заставляли раздеваться до нижнего белья, зайти в яму и лечь лицом вниз, после заполнения ряда их расстреливали из автоматов. Здесь было уничтожено более 1,6 тыс. человек. После этого вся одежда и обувь были на подводах доставлены в Белыничи, откуда часть вещей и ценностей карательным отрядом увезли в трёх машинах в г. Могилёв, а остальное роздано…»^[5][6].