Эмская, Мария Александровна

Информации о жизни Марии Эмской до 1898 года нет. Известно, что она родилась в 1881 году, предположительно в Эмске, и взяла себе фамилию или псевдоним по названию города^[1].

В 1898 году Мария вышла замуж за журналиста и эстрадного исполнителя из Херсона Дмитрия Берковича. Супружеская пара переехала в Москву. Первое время жизнь была тяжёлой, но вскоре Дмитрия услышал владелец первой московской фонографической компании Рихард Якоб. Якоб предложил ему сделать запись и заплатил первый гонорар — 8 рублей, который спас супругов от голода. Вскоре Беркович привёл в компанию грамзаписи и свою жену. Со временем каждый из супругов стал зарабатывать до 20 рублей в день (двухэтажный дом в то время стоил 450 рублей)^[2].

В 1900 году Дмитрий взял псевдоним Богемский. Наряду с пением он продолжал заниматься журналистикой. Марию приглашали и в другие звукозаписывающие компании, она стала чрезвычайно востребована. Но после революции 1905 года Богемского за его политические взгляды сослали в Кишинёв. До 1907 года информации о жизни супругов нет^[1].

В 1907 году Богемский и Эмская вернулись из ссылки и поселились в Санкт-Петербурге, где сняли большую квартиру в центре. Слава Марии за два года не померкла — её приглашают не только звукозаписывающие компании Москвы и Санкт-Петербурга, но и Берлина, Будапешта, Варшавы.

В 1910 году Дмитрий Богемский начал издавать журнал «Граммофонный мир», в котором активно рекламировали записи Марии Эмской. Она записывала на пластинки русские и цыганские романсы, народные песни, частушки, детские песенки, арии из оперетт и опер «Евгений Онегин», «Жизнь за царя», «Чародейка», «Пиковая дама», «Кармен», «Фауст», «Тоска» и других. Она пела на итальянском, немецком, польском языках. Её репертуар был самым обширным среди исполнителей-современников^[3].

В 1910 году по поручению императора Николая II певицу наградили золотыми часами. К 30 годам, спустя 10 лет после дебюта, в активе Марии Эмской были сотни граммофонных записей и сотни тысяч проданных пластинок. С ней работали все звукозаписывающие компании, существовавшие к тому времени в России. Эмская умела так подстроиться под особенности записывающей аппаратуры, что даже несмотря на шипение пластинок могла передать все вокальные нюансы произведения. Она стала первой певицей, чьи записи начали подделывать и продавать пиратские копии^[4].

Кроме сольных записей, певица записывала дуэты с Михаилом Вавичем, Николаем Большаковым, Александром Брагиным, Ольгой Лабинской и другими известными исполнителями того времени. Работала также с ансамблями — русским хором под управлением А. Леонидова и малороссийским хором под управлением А. Гайдамака^[1].

Гастрольная деятельность Марии Эмской была не такой обширной, но её концерты проходили при неизменных аншлагах.

В феврале 1912 года Марию Эмскую пригласили в Мариинскую оперу. Неизвестно, по какой причине, но дебют певицы на сцене Мариинки не состоялся^[1].

В 1912 году был организован гастрольный тур по 30 городам России по случаю выхода новой пластинки. Это был новаторский подход в рекламе новых записей, и Эмская была первой артисткой, применившей его. Для концертов она заказывала роскошные наряды в модном доме, который шил для императорского двора, и меняла платья во время концерта неоднократно. Гастрольный тур завершился концертом в Санкт-Петербурге — впервые Эмская давала концерт в столице. Он прошёл, как и все остальные её выступления, блестяще^[1].

С началом Первой мировой войны Эмская записала ряд патриотических песен. Эти записи мгновенно раскупались, тиражи допечатывали неоднократно^[5].

Последние записи Мария Эмская сделала в августе 1917 года в Киеве для студии «Экстрафон». Но у компании возникли проблемы с закупкой необходимых для производства грампластинок материалов, поэтому записи так и не были опубликованы^[5].

Революция 1917 года положила конец блестящей карьере. Новым строем Эмская не была востребована, и для неё опять, как в молодости, наступили голодные времена. Трудности возникли и в личной жизни: оказалось, что муж Дмитрий Богемский уже много лет изменяет Марии со своей помощницей по журналу Александрой Кардовской. Эмская долго не хотела давать мужу развод, но в итоге сломалась и ушла^[1].

Мария Эмская скончалась 4 мая 1925 года. Ей было всего 43 года, но по свидетельствам современников она выглядела на 60 — так тяжело не ней отразились послереволюционные годы и предательство мужа. Её похоронили на Никольском кладбище Александро-Невской лавры^[6]. Муж заказал ей памятник, на котором выбита надпись «Скоро песни умолкли твои!». Эпитафией послужили строки вальса «На сопках Маньчжурии», который исполняла Эмская^[7]: