Эмоциональная память

Эмоциональное усиление памяти имеет глубокие эволюционные корни. На ранних этапах развития человека адаптивное поведение формировалось методом проб и ошибок в ответ на важные события, связанные с окружающей средой. Выживание зависело от закрепления поведенческих паттернов, прошедших проверку в ситуациях, связанных с угрозой для жизни. В процессе эволюции данный механизм научения стал генетически закреплённым элементом психики человека и животных, реализуясь в форме инстинкта «бей или беги»^[3][4].

Искусственная активация данного инстинкта через травматические физические или эмоциональные стимулы создаёт физиологическое состояние, способствующее усилению консолидации памяти. Это происходит за счёт активации нейрохимических процессов, воздействующих на:

• гиппокамп и связанные с ним структуры, ответственные за кодирование информации;
• миндалевидное тело как ключевой центр эмоциональной обработки;
• префронтальную кору, участвующую в извлечении воспоминаний.

Лабораторные исследования с использованием различных стимулов (вербальных, визуальных, аудиовизуальных) подтверждают мнемонический эффект эмоционального возбуждения. Однако, как показывают исследования, эмоциональная окраска не всегда приводит к улучшению памяти — её эффект зависит от сложного взаимодействия множества факторов, включая интенсивность эмоции, индивидуальные особенности и контекст кодирования информации^[5][6].

Дименсиональная модель эмоций — преобладающая концептуальная модель в аффективной науке, постулирующая существование двух фундаментальных измерений эмоционального опыта: валентности и возбуждения. Валентность характеризует качество эмоции по оси «позитивная–негативная», тогда как возбуждение отражает степень физиологической активации по континууму «успокаивающее–возбуждающее»^[7][8].

Подавляющее большинство ранних исследований фокусировалось на измерении возбуждения как ключевого фактора, опосредующего усиление памяти. Нейровизуализационные исследования с применением позитронно-эмиссионной томографии демонстрируют: значительное увеличение активности миндалевидного тела вызвано изображениями с «эмоциональным стимулом». В исследовании с использованием фтор-2-дезоксиглюкозы для изучения работы мозга во время просмотра нейтральных и вызывающих отвращение фильмов была выявлена положительная корреляция между уровнем глюкозы в мозге и скоростью метаболизма в миндалевидном теле. Активность миндалевидного тела является частью эпизодической памяти, которая формируется под воздействием неблагоприятных стимулов. Исследование с использованием интракраниальной ЭЭГ показало, что миндалевидное тело вызывает более выраженные ритмы острых волн в гиппокампе после кодирования более ярких переживаний, которые играют решающую роль в консолидации памяти^[9][10][11].

Исследования расширяют традиционную парадигму, акцентируя значение валентности как независимого фактора, который влияет на память. Исследования, в которых изучался этот аспект, показали, что эмоциональная валентность сама по себе может улучшать память, то есть нейтральные элементы с положительной или отрицательной валентностью запоминаются лучше, чем нейтральные элементы^[12][13]. Интеграция исследований валентности и возбуждения рассматривается как необходимое условие для построения целостной модели эмоциональной модуляции мнемических процессов.

С точки зрения обработки информации, кодирование относится к процессу интерпретации поступающих стимулов и объединения обработанной информации. На уровне кодирования в качестве посредников воздействия эмоций на память были предложены следующие механизмы:

Теория использования сигналов Д. Истербрука (англ. Easterbrook J.) гласит, что высокий уровень эмоционального возбуждения индуцирует сужение внимания — то есть уменьшение диапазона сигналов от стимула и окружающей среды, к которым чувствителен организм. Согласно этой гипотезе, внимание будет сосредоточено в первую очередь на возбуждающих деталях (сигналах) стимула, так что информация, относящаяся к источнику эмоционального возбуждения, будет закодирована, а второстепенные детали — нет^[14].

Несколько исследований показали, что предъявление эмоционально возбуждающих стимулов (по сравнению с нейтральными стимулами) приводит к улучшению запоминания центральных деталей (деталей, имеющих ключевое значение для внешнего вида или смысла эмоциональных стимулов) и ухудшению запоминания периферийных деталей; феномен «фокусировки на оружии» (англ. weapon focus effect) — селективное запоминание угрожающих объектов при снижении идентификации второстепенных деталей (одежда, транспорт). Снижение способности к запоминанию второстепенных деталей при воздействии эмоционально окрашенных стимулов по сравнению с нейтральными. Лабораторные исследования выявили обратную корреляцию между временем фиксации на оружии и последующей идентификацией преступника. К. Окснер (англ. Ochsner K. N.) обобщил различные результаты исследований и предположил, что возбуждающие стимулы лучше запоминаются, поскольку влияют на избирательность внимания и время его удержания, что приводит к более точному запоминанию этих стимулов^[13].

В то время как предыдущие исследования были сосредоточены на том, как эмоции влияют на память в отношении эмоционально возбуждающих стимулов, М. Мазер (англ. Mara Mather) и М. Сазерленд (англ. Matthew R. Sutherland) в своей теории конкуренции, обусловленной возбуждением, утверждают, что влияние возбуждения на память в отношении неэмоциональных стимулов зависит от приоритета этих стимулов в момент возбуждения. Возбуждение улучшает восприятие и запоминание высокоприоритетных стимулов, но ухудшает восприятие и запоминание низкоприоритетных стимулов. Приоритет может определяться значимостью, восходящей снизу вверх, или целями, нисходящими сверху вниз^[15][16][17]. В современных моделях учитывается влияние эмоционального возбуждения на избирательную концентрацию внимания. Это позволяет расширить классические представления, принимая во внимание факторы, определяющие приоритетность стимулов.

Приоритетная обработка эмоциональной информации — психофизиологический феномен, проявляющийся в облегчённом восприятии эмоционально значимых стимулов в условиях ограниченных ресурсов. Данный эффект демонстрирует эволюционно сформировавшийся механизм селективного внимания, обеспечивающий оперативное реагирование на значимые сигналы^[18][17].

Эффект «внимательного моргания» (англ. Attentional Blink) заключается в следующем: в ходе применения метода быстрой последовательной визуализации (RSVP) с двумя ключевыми объектами отмечается игнорирование второго целевого стимула, который находится в непосредственной близости к первому. Также наблюдается значительное снижение эффекта «моргания» при предъявлении эмоционально-возбуждающих стимулов и сохранение способности к идентификации эмоциональных стимулов даже в период «внимательного моргания»^[18].

Исследования, посвящённые изучению дефицита зрительного восприятия (зрительное игнорирование), предоставили дополнительные аргументы в пользу гипотезы о приоритетной обработке данных. Люди с дефицитом зрительного восприятия могут воспринимать стимул в любом боковом поле зрения, если он представлен отдельно. Но если в поле зрения, которое находится на противоположной стороне от повреждённого участка, появляется другой раздражитель, то человек может не заметить первый раздражитель. Выяснилось, что чувства воздействуют на то, как люди воспринимают раздражители. Например, объекты, которые вызывают эмоциональные реакции (например, пауки), с большей вероятностью будут замечены в присутствии отвлекающих факторов, чем объекты, не вызывающие эмоций (например, цветы)^[19][20].

Помимо влияния на процесс кодирования, эмоциональное возбуждение способствует более надёжному сохранению информации в памяти. Исследования показывают, что со временем воспоминания о нейтральных стимулах становятся менее чёткими, в то время как воспоминания о возбуждающих стимулах остаются яркими или даже улучшаются. Учёные обнаружили, что запоминание эмоциональной информации улучшается с увеличением времени. Этот эффект проявляется не сразу, а через некоторое время после получения информации. Это подтверждает гипотезу о том, что эмоционально значимые воспоминания с большей вероятностью преобразуются в устойчивые следы памяти, в то время как воспоминания о менее значимых событиях могут быть легко забыты^{[21][22][23][24][25]}.

В ходе некоторых исследований было выявлено, что эмоционально насыщенные стимулы способствуют улучшению памяти, но только спустя некоторое время. Наиболее известным из таких исследований является работа Л. Кляйнсмита (англ. Kleinsmith L. J.) и С. Каплана (англ. Kaplan S. ), проведённая в 1963 году. В ходе этого исследования было обнаружено, что пары чисел, связанные с эмоционально насыщенными словами, лучше запоминаются, чем пары чисел, связанные с нейтральными словами^[23].

Существует гипотеза, которая объясняет обнаруженный эффект отсроченного эмоционального возбуждения. Гипотеза утверждает что, после события человек начинает анализировать причины своего возбуждения.

Согласно гипотезе постстимульной проработки (PSE)^[5], сильное эмоциональное переживание может потребовать дополнительных усилий для его осмысления и обработки. В результате этого процесса переживание будет обработано на более глубоком уровне, чем нейтральное переживание. Разработка этой гипотезы связана с процессом установления связей между новой информацией и ранее сохранённой информацией^{[26][27][28][29]}.

В процессе улучшения памяти могут быть задействованы механизмы, отличные от тех, которые обеспечивают запоминание предметов, вызывающих яркие воспоминания. Предполагается, что в отличие от относительно автоматической модуляции внимания при запоминании информации, память о стимулах, не вызывающих сильных эмоций, может улучшаться благодаря осознанным стратегиям кодирования, таким как проработка^[12].

Поиск информации — это процесс реконструкции прошлого опыта; на этот феномен влияет ряд различных переменных:

Контекстуальные эффекты возникают в результате степени сходства между контекстом кодирования и контекстом извлечения эмоционального аспекта. Основные выводы заключаются в том, что текущее настроение, в котором находится человек, влияет на то, что воспринимается, кодируется и в конечном итоге извлекается. Исследования показали, что позитивные кодирующие контексты были связаны с активностью правой веретенообразной извилины. Негативные кодирующие контексты были связаны с активностью правой миндалины^{[30][31][32][33]}.

Ещё одним задокументированным феноменом является извлечение информации в зависимости от эмоционального состояния, разновидность контекстно-зависимой памяти. Извлечение информации происходит эффективнее, когда эмоциональное состояние в момент извлечения информации совпадает с эмоциональным состоянием в момент её кодирования^[34][35].

Таким образом, вероятность того, что человек запомнит какое-то событие, можно повысить, вызвав в памяти эмоциональное состояние, которое он испытывал во время его первоначальной обработки. При воспроизведении воспоминаний, независимо от того, вспоминает ли человек событие один или в группе людей, эмоции, которые он испытывает, могут меняться. Совместное вспоминание приводит к ослаблению сильных эмоций. Эмоциональный тон также меняется в зависимости от того, идёт ли речь об индивидуальном или коллективном воспоминании^[36][37][38].

В исследовании было проведено разграничение между тематическим и внезапным появлением эмоционально возбуждающего события. Это позволяет предположить, что возникновение нарушений памяти зависит от того, как именно воздействуют эмоциональные стимулы.

В исследовании С. Лэйни (англ. Cara Laney) и других авторов (2003) было отмечено, что когда возбуждение вызывается тематически, улучшается запоминание деталей, важных для события. При этом эмоциональный стимул не обязательно приводит к ухудшению памяти о второстепенных деталях. Исследователи использовали аудиозаписи, чтобы придать слайдам нейтральный или эмоциональный оттенок вместо того, чтобы использовать шокирующие визуальные стимулы^[39][40].

Нейронный механизм, лежащий в основе улучшения эмоциональной памяти, включает взаимодействие между миндалевидным телом и гиппокампом, а также ряд других факторов, которые определяют приоритетность кодирования эмоциональных переживаний. Когда происходит эмоциональное переживание, миндалевидное тело активизируется, подавая сигнал гиппокампу усилить кодирование и консолидацию воспоминаний. Этому процессу способствует высвобождение гормонов стресса и нейромедиаторов, которые модулируют синаптическую пластичность и усиливают нейронные связи. Исследования внутричерепной ЭЭГ показали, что миндалевидное тело вызывает выраженную резковолновую рябь в гиппокампе после кодирования эмоциональных переживаний, что ещё больше усиливает закрепление этих воспоминаний. Эта скоординированная активность миндалевидного тела и гиппокампа обеспечивает приоритетность эмоционально значимых событий в долговременной памяти, используя как немедленные нейрохимические изменения, так и длительную структурную адаптацию в нейронных цепях^[41][42][43].

Точность воспоминаний об эмоциях — методологическая проблема в психологических исследованиях, связанная с реконструктивным характером эмоциональной памяти. Эмпирические данные свидетельствуют о систематических искажениях при воспоминании прошлых эмоциональных состояний. В одном исследовании было обнаружено, что воспоминания людей о негативных эмоциях, вызванных терактами 11 сентября, со временем менялись. Оказалось, что воспоминания о прошлых эмоциональных реакциях не всегда точны и могут быть частично восстановлены на основе их текущей оценки событий. Исследования показали, что по мере того, как воспоминания эпизодической памяти становятся менее доступными (забываются), люди всё больше полагаются на семантическую память для запоминания прошлых эмоций^[34][35].

Регуляция эмоций и мнемические процессы — область исследований, изучающая влияние экспрессивного подавления на когнитивные функции, в частности на формирование воспоминаний. Эмпирические данные свидетельствуют о значительных когнитивных затратах, связанных с произвольным подавлением эмоциональных реакций.

Исследования продемонстрировали, что участники, подавлявшие эмоциональную экспрессию при просмотре аверсивных изображений, демонстрировали значительное ухудшение вербальной памяти по сравнению с контрольной группой. В другом исследовании изучалось, приводит ли подавление экспрессии (то есть сдерживание эмоций) к когнитивным нарушениям. Исследователи измеряли уровень подавления экспрессии, когда оно происходило спонтанно во время просмотра фильма об операциях. После просмотра фильма участники прошли тест на проверку памяти, и выяснилось, что чем выше был уровень подавления, тем хуже была память^[33].

Подавление эмоций требует значительных ресурсов, что ограничивает возможности кодирования информации^[31][33].

В ходе экспериментов с использованием списков слов или изображений было обнаружено, что эмоционально насыщенные стимулы могут вызывать потерю памяти, связанную с событиями, которые произошли до или после насыщенных стимулов. Это явление было продемонстрировано в лабораторных условиях^[44][45].

Воспоминания обычно отражают текущее эмоциональное состояние человека. Люди, находящиеся в депрессии, чаще вспоминают неприятные события из прошлого. Кроме того, депрессия часто связана с ухудшением памяти в целом. В таком состоянии люди склонны забывать важные детали и события^[46].

Ряд исследований показал, что у людей, страдающих болезнью Альцгеймера, наблюдается улучшение эмоциональной памяти. Это позволяет предположить, что работа над эмоциональной памятью может стать частью ежедневной терапии для таких пациентов. В одном из исследований было обнаружено, что пациенты с болезнью Альцгеймера лучше запоминают предметы, которые были подарены им на день рождения или другие памятные дни^{[47][48][49][50]}.

Взаимосвязь между эмоциональной памятью и сном хорошо исследована. Во время сна эмоциональные воспоминания закрепляются в большей степени, чем нейтральные. В процессе исследования были рассмотрены слова, которые несут в себе ярко выраженный эмоциональный заряд, а также слова, способные вызвать сильные эмоции, в сравнении с нейтральными словами. Сон способствует закреплению слов с выраженной эмоциональной окраской и слов, вызывающих сильные эмоции, поэтому они лучше запоминаются после сна. Эта концепция была подтверждена в многочисленных исследованиях с использованием различных медиаформатов, таких как изображения, фрагменты фильмов и слова^[49][50][51].

Концепция эмоциональной памяти и сна может быть применена в жизни, например, для разработки более эффективных методов обучения. Перед сном можно объединить запоминание информации, которая имеет высокую эмоциональную значимость, с информацией, которая имеет низкую эмоциональную значимость^[52].