Чилтон, Нола

Силия с детства любила читать, а поучаствовав в школьной театральной постановке, решила стать актрисой^[2]. Вышла замуж в 17 лет. Училась драматическому искусству у режиссёра Ли Страсберга. Играла многочисленные роли в театре и кино, работала также моделью^[1], но в определённый момент пришла к выводу, что хочет быть не актрисой — «рабыней» и «игрушкой» в чужих руках, — а режиссёром, принимающим самостоятельные решения^[2].

Тругер начала работу в Актёрской студии Страсберга, где занималась постановкой спектаклей и наставнической работой с молодыми актёрами. В это время она взяла себе сценический псевдоним Нола Чилтон, впоследствии превратившийся в повседневное имя. В 1953 году основала с режиссёром Ли Немецем школу сценического искусства.

Среди начинающих актёров, с которыми работала Чилтон, были Майкл Кейн и Дастин Хоффман, сыгравший в её офф-офф-бродвейской постановке «Тупик» в 1960 году. Первый театр, в котором готовилась постановка этой пьесы о страдающих от нищеты молодых людях, счёл её слишком радикальной, и с помощью автора пьесы, драматурга Сидни Кингсли, её удалось перенести на другую сцену^[2].

Хотя Чилтон восхищалась умением Страсберга помогать актёрам раскрывать свой внутренний мир, она не была полностью согласна с его педагогическим методом. Она считала подход Страсберга слишком холодным, жёстким и подавляющим, поскольку он требовал от студентов обнажать болезненные факты личной жизни и мог прямо заявить ученику об отсутствии таланта, посоветовав уйти из профессии. В противовес этому Чилтон сформировала более мягкий и поддерживающий подход к обучению актёров, считая недопустимым говорить студентам, что они никогда не станут хорошими актёрами.

Постабсурдистскую театральную постановочную технику Чилтон позже, в 1963—1973 годах, её ученики воплотили в виде открытого театра — экспериментальной театральной студии, в спектаклях которой затрагивались проблемы искусства, общества и политики. В начале 1960 годов она также впервые обратилась к идее документального театра, однако воплотить её смогла лишь позднее^[1].

Посетив в 1961 году с туристическим визитом Израиль, Чилтон в 1963 году переехала в эту страну на постоянное место жительства, поселившись в Кирьят-Гате. Некоторое время она сотрудничала с тель-авивским театром «Камери» (уже в 1963 году поставив там «Лето семнадцатой куклы» Рэя Лоулера^[1]), но вскоре разочаровалась в тель-авивских театральных кругах^[2], в дальнейшем предпочитая работать в стороне от сценического мейнстрима, в маленьких городах и посёлках.

В Израиле Чилтон вторично вышла замуж за писателя Джона Ауэрбаха, удочерила двухлетнюю девочку, а затем переехала на север страны — вначале в кибуц Ясур, затем в Мааган-Михаэль и наконец в Сдот-Ям^[2].

С первых лет в Израиле активно занималась преподаванием сценического искусства, в 1965 году основала студию актёрского мастерства при театре «Цавта», вела занятия в театре «Камери», Кибуцном педагогическом колледже, театральной школе «Бейт-Цви», создавала региональные группы в кибуцах и мошавах.

В 1970-е годы участвовала в создании отделения сценического искусства в Тель-Авивском университете (с 1988 года профессор). Среди её учеников и коллег — Мони Мошонов, Лиора Ривлин, Сандра Саде, Сальва Наккара, режиссёры Ицик Вайнгартен и Даниэла Михаэли и другие^[1][4]. В Тель-Авивском университете она разработала подход «редуцированного документального театра», ключевой особенностью которого стала «обнажённая актёрская игра».

Одновременно с преподавательской деятельностью работала над давно задуманным масштабным проектом документального театра, с конца 1960-х годов сотрудничая с молодыми драматургами Иехошуа Соболем, Одедом Котлером, Ициком Вайнгартеном^[5].

В 1970 году Котлер, перебравшийся из Тель-Авива в Хайфу со своей студией «Актёрская сцена», организовал постоянное сотрудничество между этой студией, театром Хайфы и Чилтон^[1]. В спектаклях Чилтон, поставленных в этот период, поднимались проблемы положения израильских арабов («Сосуществование», 1970), пожилых людей («Грядущие дни», 1971), женщин в военное время («Что я думаю о войне», 1971) и межэтнических отношений внутри еврейского большинства в Израиле («Нервы», 1976).

В рамках концепции документального театра она развивала идеи американского Живого театра и режиссёров Ричарда Шехнера и Джозефа Чайкина, используя выразительные средства театра (жест, движение, грим, костюмы, декорации, музыку) для усиления социальных заявлений. Хотя это направление называлось документальным театром, режиссёр прибегала к приёмам «разрушения реализма»: развитие сюжета «Нервов», построенный по канонам телевизионного репортажа, перемежали танцы и хореографические номера на традиционную восточную и современную музыку, а на сцене отсутствовали декорации^[5].

В 1970-е годы, после расставания с театром Хайфы, Чилтон создала театральную группу в Эйн-Ходе. В конце 1970-х годов она перенесла свою режиссёрскую деятельность с группой актёров в Кирьят-Шмону, где при участии местной молодёжи поставила спектакль «Велосипед на год»; в дальнейшем эта постановка легла в основу экранизации режиссёра Рама Леви^[4][6].

В Кирьят-Шмоне были поставлены также спектакли «Наим» (по роману А. Б. Иехошуа «Любовник») и «Эндшпиль в Кирьят-Гате» (по одноимённому рассказу Джона Ауэрбаха, мужа Чилтон). В 1980 году она начала работу с театральной группой «Неве-Цедек»^[4][6], где ставила спектакли «Пуримская вечеринка Адама» (по роману Йорама Канюка), «Избитые женщины» и «Пять» (о женщинах — заключённых концлагеря)^[2].

Экспериментальные постановки и сценические обработки творчества современных израильских писателей чередовались с успешными спектаклями в репертуарных театрах по классическим произведениям — «Дачники», «Наш городок», «О мышах и людях», «Конец игры».

Скончалась в октябре 2021 года у себя дома в кибуце Сдот-Ям, оставив после себя дочь и внучек.