Хаютина, Евгения Соломоновна

Родилась в Гомеле, была младшим ребёнком в многодетной купеческой семье Соломона (Залмана) Лейбовича Фейгенберга^[8] и Эсфири Михайловны^[9] (Мейлаховны), урождённой Крымской^[10].

Первый раз вышла замуж за Лазаря Хаютина ()^[11][9], с которым переехала в 1921 году в Одессу, где работала в редакции местного журнала. В этот период она познакомилась с одесскими писателями Валентином Катаевым, Юрием Олешей, Исааком Бабелем^[12]. Вероятно, они и помогли ей позже уже в Москве найти работу в газете «Гудок».

Второй раз была замужем за бывшим красным командиром, редактором издательства «Экономическая жизнь» Александром Фёдоровичем Гладуном^[13], с которым переехала в 1924 году в Москву. С ним познакомилась во время его командировки в Одессу (когда он занимал должность директора московского издательства «Экономическая жизнь»). В 1927 году Гладун был направлен на дипломатическую работу в Лондон вторым секретарём полпредства СССР в Великобритании.

В 1926—1927 годах жила в Лондоне вместе с мужем, затем из-за шпионского скандала Гладун был отозван в Москву, а Евгения командирована в Берлин, где работала машинисткой в советском торгпредстве; в Москву вернулась в конце 1928 года.

Ей было свойственно легкомыслие^[14], её любимым танцем был фокстрот^[15].

В сентябре 1929 года в возрасте двадцати пяти лет в Сочи в ведомственном санатории познакомилась с Николаем Ежовым. В этот период Ежов занимал посты завкадрами ВСНХ и заведующего распредотделом ЦК ВКП(б)^[12]. В 1931 году вышла за него замуж. Именно на московской квартире и даче к тому времени наркома Ежова Евгения Соломоновна вела литературные и музыкальные вечера, который посещали известные писатели и деятели культуры: Исаак Бабель, Михаил Шолохов, Михаил Кольцов, Сергей Эйзенштейн, Леонид Утёсов, редактор «Крестьянской газеты» Семён Урицкий^[17] и другие. Частыми гостями на этих вечерах были и представители советской номенклатуры^[6][18].

Некоторое время работала в газете «Гудок», «Крестьянской газете», затем по май 1938 года работала редактором журнала «СССР на стройке». К этому периоду относится её роман с Михаилом Шолоховым^[16]. Связи и увлечения Евгении Соломоновны не остались без внимания Сталина, который дважды говорил Ежову о необходимости развода с женой^[16]. Сталина насторожила её связь с заместителем председателя правления Госбанка СССР Григорием Аркусом (1896—1936)^[19], репрессированным по делу «троцкистов»^[16]. В последние годы брак с Ежовым был лишь номинальным.

Ещё в мае 1938 года психическое здоровье Евгении Ежовой ухудшилось настолько, что она была вынуждена оставить свой пост в журнале «СССР на стройке». Вместе с Зинаидой Гликиной, своей подругой, она поехала в Крым. Их отдых был прерван звонком Ежова, который приказал им срочно вернуться в Москву. Ежов поселил жену вместе с Зинаидой Гликиной на даче. 29 октября 1938 года с диагнозом «астено-депрессивное состояние» (циклотимия)^[18] Евгения была помещена в санаторий им. Воровского для больных с тяжёлыми формами психоневрозов на окраине Москвы^[20].

Однако не неурядицы в отношениях с мужем привели Евгению Ежову к трагическому концу. Осенью 1938 года один за другим были арестованы многие люди из её окружения, в том числе 15 ноября 1938 года — две её ближайшие подруги — Зинаида Гликина (1901—25.01.1940)^[21][22], сотрудница Иностранной комиссии Союза писателей (референт по США) и Зинаида Кориман (1899—25.01.1940)^[23], работавшая техническим редактором в журнале «СССР на стройке»^[6]. Сама Евгения, как позже рассказывала сестра Ежова — Евдокия^[24], получила анонимное письмо с обвинениями в шпионаже. Евгения написала второе письмо к Сталину, которое, как и первое, осталось без ответа. Тогда она написала мужу и в ответ 8 ноября 1938 года получила снотворное, которым регулярно пользовалась уже некоторое время^[25], а также безделушку. В начале 2000-х годов было высказано мнение, что именно эта странная безделушка была условным знаком — «это конец»^[18], но документальных подтверждений оно не получило. умерла по причине отравления психотропным веществом люминалом^[9]

Похоронена на Донском кладбище Москвы. Муж на похоронах не присутствовал^[25], он был расстрелян годом позже.

Своих детей у четы Ежовых не было, и в 1933 году они взяли на воспитание пятимесячную девочку Наталью из детского дома^[26]. После ареста отца 6-летняя Наталья в 1939 году была помещена в детский дом № 1 в Пензе и получила фамилию матери — Хаютина, под которой и жила в дальнейшем^[9]. В Пензе Наталья Хаютина прожила около 19 лет. По окончании в 1958 году Пензенского музыкального училища она была направлена по распределению в Магаданскую область, где и проживала до распада СССР в посёлке Ола. В годы Перестройки безуспешно пыталась добиться реабилитации своего приёмного отца^[27]. Умерла Н. Н. Хаютина в январе 2016 года.

У Евгении Фейгенберг были братья Илья Соломонович (Элиас Залманович, 1893—1940, расстрелян), Исаак и Моисей Залманович (Соломонович, 1890—1965)^[5][9], автор трудов по бухгалтерскому учёту, в том числе «Сборника действующих постановлений и распоряжений по работе потребительской кооперации» (М.: Красная звезда, 1948)^[28]. Племянник — психиатр и психофизиолог Иосиф Моисеевич Фейгенберг (1922—2016), доктор медицинских наук, профессор Центрального института усовершенствования врачей^[8][29]. Двоюродный брат — Лев Меерович Фейгенберг (Leo Feigenberg, 1887—1961), юрист, был женат на дочери писателя Шолом-Алейхема Эмме Соломоновне Рабинович (1889—1955); их сыновья — датский театральный режиссёр и театровед Меир Фейгенберг (дат. Meïr Feigenberg, 1923—2006) и шведский психиатр Лома (Шолом-Герц) Фейгенберг (швед. Loma Feigenberg, 1918—1988), автор научных трудов в области психоонкологии и танатологии, профессор Каролинского института^[30][31].

Племянница первого мужа, Лазаря Хаютина — искусствовед Виктория Борисовна Вольпина (мать Хаютина-Писак Фаина Владимировна, отец Писак Борис Яковлевич), в 1962—1972 годах была замужем за математиком и правозащитником Александром Сергеевичем Есениным-Вольпиным^[1].

• Дело следователя Никитина (2012)
• Василий Гроссман, рассказ «Мама»