Ответ на вопрос
Тест Салли-Энн
Тест Са́лли — Энн (англ. Sally–Anne test) — экспериментальная методика в области психологии развития и когнитивной психологии, предназначенная для оценки способности испытуемого приписывать ложные убеждения другому лицу. Тест был разработан Саймоном Барон-Коэном, Аланом Лесли и Утой Фрит на основе более ранней парадигмы Хайнца Виммера и Йозефа Пернера и впервые применён в исследовании 1985 года, опубликованном в журнале Cognition[1]. Тест стал одним из наиболее широко используемых инструментов для изучения теории разума у детей и применяется как в типично развивающихся популяциях, так и при исследовании расстройств аутистического спектра (РАС)[2].
Общие сведения
Что важно знать
| Тест Салли-Энн | |
|---|---|
| англ. Sally–Anne test | |
| Область использования | Когнитивная психология, Психология развития |
| Дата появления | 1985 |
| Автор понятия | Саймон Барон-Коэн, Алан М. Лесли, Ута Фрит |
История создания
Понятие «теория разума» было введено в психологию Дэвидом Премаком и Гаем Вудраффом в 1978 году в работе, посвящённой изучению когнитивных способностей шимпанзе. Под теорией разума авторы понимали способность индивида приписывать ментальные состояния, убеждения, желания, намерения, себе и другим и на этой основе предсказывать поведение[3].
В 1983 году Хайнц Виммер и Йозеф Пернер разработали парадигму ложного убеждения для изучения развития теории разума у детей. В их задании ребёнку рассказывали историю о мальчике Макси, который прячет шоколад в определённом месте, а затем, в его отсутствие, шоколад перекладывается. Ребёнка спрашивали, где Макси будет искать шоколад по возвращении. Исследование показало, что дети младше четырёх лет, как правило, не способны правильно решить эту задачу, указывая на фактическое местоположение предмета, а не на то, где Макси полагал его найти[4].
В 1985 году Барон-Коэн, Лесли и Фрит модифицировали парадигму Виммера и Пернера, упростив её для применения к детям с аутизмом. В тесте Салли — Энн требования к языковому пониманию снижались за счёт того, что вместо устного рассказа использовали демонстрацию: историю разыгрывали с помощью кукол (Салли и Энн), корзины, коробки и шарика. Так ребёнку не нужно было целиком полагаться на понимание слов — он мог следить за сюжетом по действиям и предметам[1].
Процедура тестирования
Процедура тестирования начинается с того, что экспериментатор знакомит ребёнка с куклами. Важно, чтобы ребёнок запомнил имена кукол. Далее разыгрывается сюжетная сцена: кукла Салли кладёт шарик в свою корзину, после чего «уходит гулять». Пока её нет, кукла Энн перекладывает шарик из корзины в свою коробку, а затем Салли возвращается. На следующем этапе ребёнку задают ключевой вопрос на убеждение: «Где Салли будет искать свой шарик?». В качестве контрольных задают вопросы о реальном местонахождении предмета («Где шарик находится на самом деле?») и вопросы, связанные с запоминанием («Где Салли положила шарик в начале?»). Такая последовательность вопросов позволяет определить, способен ли ребёнок принимать в расчёт чужое мнение, а не руководствоваться исключительно собственными знаниями о местоположении предмета.
Правильный ответ на вопрос об убеждении — указать на корзину Салли, поскольку именно туда она положила шарик и не знает о его перемещении. Если ребёнок указывает на коробку Энн (фактическое местоположение), это рассматривается как неспособность разграничить собственное мнение и представление другого человека о ситуации. Контрольные вопросы служат для проверки того, что ребёнок помнит ход событий и исходное местоположение предмета. Заключение о способности к пониманию ложного убеждения делается только в том случае, если ребёнок правильно отвечает и на ключевой, и на оба контрольных вопроса[1][4].
Результаты оригинального исследования
В исследовании Барон-Коэна, Лесли и Фрит (1985) приняли участие 61 ребёнок в трёх группах. 20 детей с диагнозом «аутизм» (по критериям DSM-III и классификации Каннера); 14 детей с синдромом Дауна (контрольная группа с интеллектуальными нарушениями); 27 клинически здоровых детей (нормативная контрольная группа). Возраст детей с аутизмом был больше, чем у детей из двух других групп. При этом их уровень умственного развития превосходил детей с синдромом Дауна. Это позволяло учёным учитывать фактор интеллектуального развития и убедиться, что различия в результатах теста обусловлены не общим уровнем когнитивных способностей, а специфическими особенностями, связанными с аутизмом. Все дети правильно ответили на контрольные вопросы. В ходе исследования с тестом Салли — Энн правильные ответы дали 85 % клинически здоровых детей (23 из 27), а также 86 % детей с синдромом Дауна (12 из 14). В группе детей с аутизмом доля успешно справившихся с заданием оказалась существенно ниже — лишь 20 % (4 из 20). Авторы пришли к выводу, что у детей с аутизмом наблюдается специфический дефицит способности понимать ложные убеждения других людей. Этот дефицит нельзя объяснить общим снижением интеллектуальных способностей: дети с синдромом Дауна, чьи интеллектуальные способности были ниже, успешно справлялись с заданием[1].
Репликации и модификации
Использование живых актёров
В 1988 году Лесли и Фрит повторили эксперимент с использованием людей вместо кукол, чтобы свести к минимуму влияние навыков символической игры, в частности, умения наделять кукол ролями и «оживлять» их в воображении. Результаты подтвердили выводы: дети с аутизмом по-прежнему отставали от контрольных групп. Исследование также включало проверку понимания детьми концепций «видеть», «знать» и «думать», и показало, что дети с аутизмом испытывают специфические трудности с пониманием связи между восприятием и знанием[5].
Задача на «ложную фотографию»
В 1990 году Дебби Зайчик разработала контрольную задачу — историю о «ложной фотографии». В этом задании персонаж делает фотографию объекта в одном месте, после чего объект перемещается. Ребёнка спрашивают, где объект будет изображён на фотографии. Задача сопоставима с тестом Салли — Энн по сложности и структуре. В этом задании не нужно интерпретировать чьи‑либо мысли или намерения. Исследования, проведённые Барон-Коэном и Лесли, показали, что дети с аутизмом справляются с задачей на ложную фотографию, но не справляются с задачей на ложное убеждение, что подтвердило специфичность дефицита теории разума[6].
Модификации с третьим местоположением
В некоторых исследованиях в сценарий добавлялось третье возможное местоположение предмета (например, карман экспериментатора), чтобы исключить эффект угадывания (50 % случайности при двух вариантах). Результаты в целом подтвердили исходные выводы, хотя и выявили вариативность в зависимости от процедуры[1].
Метаанализ Уэллмана, Кросса и Уотсона
В 2001 году Генри Уэллман, Дэвид Кросс и Джуланн Уотсон провели мета-анализ 178 исследований (591 условие), посвящённых задачам на ложное убеждение. Результаты показали устойчивую возрастную динамику. У трёхлетних детей ответы были наугад — правильных решений оказывалось мало. К 4-5 годам ситуация заметно улучшалась: дети всё чаще давали верные ответы, что свидетельствовало о развитии необходимой способности. Эта закономерность сохранялась в разных странах и при различных модификациях задачи. Мета-анализ подтвердил, что понимание ложного убеждения претерпевает подлинные концептуальные изменения в дошкольном возрасте, а не является артефактом конкретной методики[7].
Применение в исследованиях аутизма
Тест Салли — Энн стал ключевым инструментом в формировании гипотезы о дефиците теории разума при аутизме. Эта гипотеза, предложенная Барон-Коэном с коллегами, гласила, что трудности в социальном взаимодействии, характерные для РАС, можно объяснить тем, что у ребёнка нарушена способность понимать собственные и чужие мысли, намерения и чувства[1].
В то же время дальнейшие исследования выявили ограничения этой гипотезы. Хелен Тажер-Флусберг в обзорной статье 2007 года отметила, что часть детей с аутизмом всё же справляется с задачами на ложное убеждение, и что дефициты при аутизме затрагивают не только теорию разума, но и более широкие аспекты социально-аффективной обработки информации. Было показано, что для успешного выполнения задач на ложное убеждение детям с аутизмом требуется более высокий уровень вербального развития по сравнению с типично развивающимися детьми, что ставит вопрос о роли языковых способностей в формировании теории разума[8].
Исследование спонтанного понимания ментальных состояний
В исследовании 2009 года Ацуши Сенджу, Виктория Саутгейт, Сара Уайт и Ута Фрит использовали методику айтрекинга для оценки спонтанной способности приписывать ложные убеждения у взрослых с синдромом Аспергера. Участники с синдромом Аспергера успешно решали вербальные задания, проверяющие понимание чужих мыслей и убеждений. Однако при наблюдении за их взглядом выяснилось, что они не предсказывали поведение персонажа, исходя из его ложных представлений — в отличие от нейротипичных взрослых, которые делали это спонтанно. Это указывает на различие между явной (вербальной) и неявной (имплицитной) формами понимания ментальных состояний и на то, что при аутизме может страдать именно неявная форма[9].
Критика и ограничения
Тест Салли — Энн подвергался критике по ряду оснований:
- Требования к языку и исполнительным функциям. Для успешного выполнения задания ребёнку необходимо следить за развитием сюжета с двумя персонажами, понимать точное значение вопроса, обладать достаточным объёмом рабочей памяти. Также задача состоит в том, чтобы подавить автоматическую реакцию — не выдать знание о фактическом местоположении предмета. Пол Блум и Тамсин Джерман в статье 2000 года высказали два возражения против использования задачи на ложное убеждение как теста теории разума: во-первых, успешное выполнение требует способностей, не связанных с теорией разума; во-вторых, теория разума не обязательно включает способность рассуждать о ложных убеждениях[10].
- Взаимодействие экспериментатора и ребёнка. Исследование с применением видеозаписи и конверсационного анализа, проведённое Терхи Коркиакангас с коллегами, показало, что на результаты теста могут влиять особенности взаимодействия между экспериментатором и ребёнком. Дети с аутизмом иногда давали ответы в нестандартной форме (например, показывая на коробку или обращаясь с предметами), которая не признавалась экспериментатором как полноценный ответ, что приводило к повторению вопросов и потенциально влияло на итоговый результат. Это ставит вопрос о внутренней валидности процедуры[11].
- Репликация на клинических выборках. Некоторые попытки репликации оригинальных результатов Барон-Коэна с коллегами на выборках детей с аутизмом не выявили значимых различий между группами или показали менее выраженный эффект[12].
- Неспецифичность для аутизма. Тажер-Флусберг отметила, что трудности с пониманием ложных убеждений не исчерпывают социальные нарушения при аутизме и не объясняют весь спектр характерных для РАС особенностей. Некоторые высокофункциональные люди с аутизмом справляются с задачами на ложное убеждение, но при этом сохраняют трудности в социальном взаимодействии[8].
Кросскультурные исследования
Тест Салли — Энн и его модификации применялись в различных культурах. Мета-анализ Х. Уэллмана, Д. Кросса и Дж. Уотсона (2001) включил исследования из нескольких стран и выявил, что возрастная динамика развития понимания ложного убеждения в целом сходна в разных культурах, хотя конкретный возраст овладения этим понятием может варьировать. В некоторых кросскультурных исследованиях обнаружены различия в последовательности овладения отдельными компонентами теории разума у детей из социально неблагополучных условий по сравнению с детьми из более обеспеченных семей[7][13].
Применение в исследованиях животных и искусственного интеллекта
Исследования на животных
С применением айтрекинга было показано, что шимпанзе, бонобо и орангутаны демонстрируют предвосхищение ложных убеждений персонажа в задаче, структурно аналогичной тесту Салли — Энн. Результаты исследований на приматах остаются предметом дискуссии, поскольку альтернативные объяснения, основанные на ассоциативном обучении, не исключены[14].
Исследования искусственного интеллекта
В 2023 году исследователи Microsoft опубликовали работу, в которой модель GPT-4 успешно справлялась с рядом задач на понимание ложных убеждений. Авторы отметили, что результаты могут свидетельствовать о наличии у модели «очень продвинутого уровня теории разума», однако вопрос о том, отражает ли это подлинное понимание ментальных состояний или использование статистических закономерностей в данных, остаётся дискуссионным[15].
В русскоязычной литературе
В русскоязычной научной литературе тест Салли — Энн упоминается преимущественно в контексте исследований модели психического (русский эквивалент термина «theory of mind», предложенный Е. А. Сергиенко и И. В. Лебедевой). В статье Н. Д. Медведовской и И. В. Лебедевой (2011), опубликованной в журнале «Аутизм и нарушения развития», приводится описание теста и обсуждение его применения для изучения дефицита модели психического при аутизме. Авторы отмечают, что около 80 % детей с аутизмом не способны понять ошибочность ожиданий Салли, в то время как типично развивающиеся дети справляются с заданием начиная с четырёх лет[16].
В исследовании Л. М. Манелис и Н. Д. Медведовской (2007), также опубликованном в журнале «Аутизм и нарушения развития», изучались факторы, влияющие на понимание ментальных состояний у детей с аутизмом, задержкой психического развития и типично развивающихся детей. Было выявлено, что успешность выполнения заданий на понимание ментальных состояний связана с уровнем развития вербальных функций во всех группах, а у детей с аутизмом — также со специфической когнитивной стратегией восприятия, при которой фрагмент изображения преобладает над целостной ситуацией[17].
Примечания
Литература
- Медведовская Н. Д., Лебедева И. В. Как мы понимаем поведение других людей, или «модель психического» // Аутизм и нарушения развития. — 2011. — № 2. — С. 1—15.
- Манелис Л. М., Медведовская Н. Д. Факторы, влияющие на понимание детьми ментальных состояний // Аутизм и нарушения развития. — 2007. — № 2. — С. 1—20.