Теория матери-холодильника

В своей статье 1943 года, где впервые был описан аутизм, Лео Каннер обратил внимание на то, что аутичные дети испытывают недостаток эмоциональной связи с родителями, особенно с матерями^[3]. В статье, опубликованной в 1949 году, Каннер высказал предположение, что аутизм может быть связан с «недостатком подлинного материнского тепла». Он отметил, что отцы редко отказываются от участия в детских играх, и заметил, что дети «с самого начала подвергаются родительской холодности, навязчивости и механическому вниманию к материальным потребностям». По его мнению, детей можно сравнить с вещами, которые аккуратно разложены в холодильниках, но не размораживаются. Их уход, вероятно, является попыткой избежать подобной ситуации и найти утешение в одиночестве^[4]. В интервью 1960 года Каннер прямо заявил: «Просто так получилось, что они разморозились настолько, что смогли произвести на свет ребёнка»^[5].

Бруно Беттельгейм из Чикагского университета оказал значительное влияние на то, чтобы аутизм стал широко известен как в обществе, так и среди медицинских специалистов. В 1944 году Беттельгейм был назначен директором Ортогенной школы для трудных детей при Чикагском университете. Эта школа служила стационарным лечебным учреждением для детей, которые, по мнению Беттельгейма, могли бы извлечь пользу из «родительской резекции». Это стало кульминацией восприятия аутизма как расстройства, связанного с проблемами воспитания^[6][7].

В учебном заведении одновременно обучалось от тридцати до шестидесяти детей, имеющих серьёзные проблемы в поведении. Каждый ребёнок проводил в школе несколько лет, пока не приобретал навыки позитивного общения и не становился способным учиться в обычном классе, соответствующем его возрасту. Даже если ребёнок поступал в школу с тяжёлыми нарушениями, рано или поздно он покидал её, получив необходимые навыки. Беттельгейм не забывал о своих учениках и после их выпуска из школы и продолжал поддерживать с ними связь. Если это было необходимо, он оказывал помощь своим воспитанникам вплоть до достижения ими двадцатипятилетнего возраста. Деятельность педагогов в Ортогенной школе была направлена на то, чтобы помочь ребёнку в гармонизации его отношений с окружающими, в формировании его самоидентификации и обретении им чувства собственной значимости. Для того чтобы произошли личностные изменения и произошло «освобождение личности», необходимо было сформировать у ребёнка позитивное отношение к жизни, развить его эмоциональные и интеллектуальные способности. Учёный считал, что развитие у детей навыков межличностного общения является ключевой задачей воспитательной системы школы, и педагоги играют в этом процессе важную роль^[7].

Позже Беттельгейм подробно изложил свои идеи об аутизме в книге «Пустая крепость: детский аутизм и рождение Я», опубликованной в 1967 году^[8]. В своём выступлении он сравнил аутизм с жизнью заключённых в концентрационном лагере.

В 1950-х и 1960-х годах, когда не существовало биомедицинского объяснения причин аутизма, а учёные только начали описывать его характерные симптомы, Беттельгейм и некоторые психоаналитики предположили, что это состояние возникает из-за того, что матери были холодными, отстранёнными и отвергающими своих детей. Таким образом, они не давали своим детям возможности нормально развиваться и общаться с окружающими^[9].

Эта теория была широко принята медицинским сообществом и почти не подвергалась сомнению вплоть до середины 1960-х годов. Однако её влияние прослеживается и в XXI веке. Во многих статьях и книгах того времени аутизм объяснялся как результат недостаточной материнской привязанности. Однако в 1964 году психолог Бернард Римланд (англ. Bernard R.), у которого был сын-аутист, опубликовал книгу, которая стала отправной точкой для разработки альтернативных взглядов на причины этого расстройства. В своей книге «Детский аутизм: синдром и его значение для нейронной теории поведения» он открыто критиковал гипотезу «матери-холодильника»^[10].

В 1969 году Каннер впервые поднял тему «матери-холодильника» на первом ежегодном собрании Американского общества аутизма. Он сказал:

В книге «В другом ключе: история аутизма», опубликованной в 2016 году, приводятся слова Лео Каннера из его оригинальной статьи 1943 года. В этой статье он писал о том, что «одиночество ребёнка» становится очевидным «с самого начала жизни». Также он провёл различие между аутизмом и шизофренией, утверждая, что аутизм является частью конституции ребёнка, в то время как шизофрения развивается позднее^[12].

Эта первая статья была лишь слегка упомянута в медицинской литературе. О состоянии, которое он описал, не было ни одной публикации в газетах или журналах. Более того, клиницисты в других частях света не смогли подтвердить то, что наблюдал Каннер, поэтому примерно в 1950 году почти все случаи аутизма были диагностированы самим Каннером^[12].

Каннер вступил в длительную переписку по электронной почте с Луизой Десперт (англ. Louise Despert), известным психиатром из Нью-Йорка, которую он высоко ценил. В своих письмах Каннер отстаивал свои теории, в то время как Десперт утверждала, что не наблюдала ничего, кроме детской шизофрении. Когда Каннер в следующий раз пересмотрел свой учебник, он поместил аутизм в категорию шизофрении, хотя и выделил его в отдельный подзаголовок^[12].

В 2016 году был опубликован документ под названием «Исправление записи: Лео Каннер и аутизм», в котором доктора Джеймс Харрис (англ. James Harris) и Джозеф Пивни (англ. Joseph Piven) утверждали, что Лео Каннер не был полностью последователен в своих обвинениях в адрес родителей. Вместо этого Каннер описывал характеристики родителей, которые позже были признаны частью более широкого фенотипа аутизма. Например, в статье 1956 года Каннер и его соавтор писали: «Если рассмотреть личности родителей, которые были описаны как страдающие аутизмом, то напрашивается мысль о том, что они могут демонстрировать более мягкие проявления, в то время как дети демонстрируют полное проявление скрытой структуры». Кроме того, начало 1940-х годов было периодом, когда евгеника пользовалась уважением, и в Соединённых Штатах стерилизация людей с умственной отсталостью была законной. В то время психоанализ с его акцентом на раннем жизненном опыте был доминирующей точкой зрения среди клинических и научных кругов, и если причиной аутизма действительно стало негативное отношение родителей, это, вероятно, открывало больше возможностей для лечения ребёнка и/или семьи^[13].

В 1949 году Каннер опубликовал свою третью крупную статью об аутизме, озаглавленную «В другом ключе». В этой статье он начал обвинять в развитии аутизма холодное отношение матери. Обвинения, выдвинутые в адрес родителей, особенно матерей, нашли отклик в обществе в целом. Например, после того как Каннер обвинил матерей, журнал Time захотел написать об аутизме. Каннер считал 1951 год поворотным моментом для более глубокого понимания аутизма. За последующие десять лет было опубликовано около пятидесяти двух статей и одна книга. Аутизм также начали диагностировать за границей, сначала в Голландии, а затем и в других странах^[12].

В 1969 году Каннер, выступая на съезде родителей детей с аутизмом в США, произнёс: «Настоящим я официально оправдываю вас как родителей». Однако в издании своего учебника «Детская психиатрия», опубликованном в 1979 году, он утверждал, что детская шизофрения — термин, который часто использовался для описания аутизма до 1970-х годов — была больше связана с отношением родителей к ребёнку, чем с его генетическим происхождением^[14][15].

Для Сильвано Ариети (итал. Arieti S.), который писал свои главные работы с 1950-х по 1970-е годы, термины «аутистическое мышление» и «палеологическое мышление» (палеомышление) описывают одно и то же явление. Палеологическое мышление — это особый тип мышления, который характерен как для современных людей, страдающих шизофренией, так и для первобытных людей. Этот тип мышления основывается на неаристотелевской логике. Аутичный ребёнок говорит о себе как о «ты» и нередко о матери как о «я». «Ты» остаётся «ты» и не трансформируется в «я»^[16].

По мнению Маргарет Малер и её коллег, аутизм является защитным механизмом, который развивается у детей, не способных воспринимать мать как живой объект. Они считают, что аутизм представляет собой попытку дедифференцировки. Симбиотический аутистический синдром, который характеризуется тем, что ребёнок не в состоянии отличить себя от матери^[17].

Ариети предупреждал, что склонность к аутизму может быть признаком некоторого нарушения в процессе социализации. Он также утверждал, что если у ребёнка появляются аутичные проявления, это может быть связано с трудностями в отношениях с родителями, особенно с матерью, которая отличается шизоидностью. По мнению Ариети, дети, использующие аутичные выражения, испытывают трудности в установлении социальных связей. В своей работе «Интерпретация шизофрении» (1955) Ариети утверждал, что для успешного процесса социализации важно, чтобы отношения между родителями и детьми были гармоничными. Если родители проявляют любовь и не вызывают беспокойства — это способствует благоприятному развитию ребёнка. Ариети считал, что отношения между родителями и детьми не только становятся первым шагом к социализации, но и определяют, будет ли ребёнок принимать или отвергать общество. С этой точки зрения, личность ребёнка отражает чувства, мысли и отношение родителей к нему^[17][18].

Аутичные дети демонстрируют крайнюю степень нарушения социализации и не стремятся к общению с окружающими. Они как будто «вычёркивают» людей из своей жизни. По мнению Ариети страх перед родителями распространяется и на других взрослых, что приводит к стремлению ограничить контакты с окружающими^[17].

В 1991 году Питер Бреггин опубликовал книгу «Токсическая психиатрия», в которой утверждал, что психогенная теория аутизма была отвергнута не по научным, а по политическим причинам — из-за давления со стороны родительских организаций. Например, некоторые случаи показывают, что серьёзные лишения, связанные с институционализацией, могут вызывать симптомы, напоминающие аутизм^[19]. Клиницист Фрэнсис Тастин (англ. Frances Tustin) посвятила свою жизнь этой теории. Она написала:

Элис Миллер утверждала что аутизм имеет психогенное происхождение. По её мнению, страх перед раскрытием правды о жестоком обращении с детьми лежит в основе почти всех известных ей подходов к лечению аутизма. После посещения нескольких центров по лечению аутизма в США Миллер пришла к выводу, что истории детей, с которыми она сталкивалась, вызывают беспокойство как у врачей, так и у матерей^[21][22].

Как Ариети и Тастин, Миллер считала, что только чуткое родительское отношение приводит к полному расцвету личности ребёнка.

Согласно современным представлениям, аутизм в значительной степени обусловлен генетикой, однако этот аспект данного заболевания остаётся сложным и малоизученным^[24]. Кроме того, предполагается, что причиной возникновения синдрома может быть воздействие пестицидов, вирусов и бытовой химии на развивающийся плод и младенцев^[25].

Хотя исследования показали, что теплота, похвала и качественные взаимоотношения в семье связаны с уменьшением проблем с поведением у подростков и взрослых с аутизмом, а критика со стороны родителей может провоцировать неадаптивное поведение^[26].

В раннем возрасте дети с аутизмом в целом не отличаются от других детей в плане привязанности. У некоторых аутичных детей наблюдается «дезорганизованная привязанность», что может быть связано с умственной отсталостью, а не с особенностями поведения родителей^[27].

Тот факт, что аутизм является генетическим заболеванием, позволяет предположить, что наблюдения Беттельгейма могли быть верными, а его выводы — нет. У детей с аутизмом один или оба родителя чаще страдают этим заболеванием, чем у обычных детей. Некоторые черты, характерные для аутичных людей, которые необходимы для постановки диагноза, несовместимы с ролью заботливого родителя, который заинтересован в потребностях своего ребёнка^[28].