Раба любви

Осень 1918 года. В России полыхает Гражданская война. Москва занята большевиками. На пока ещё белом Юге страны спешно доснимается салонный фильм-мелодрама под названием «Раба любви» с участием звезды немого кино Ольги Вознесенской (прототип — Вера Холодная).

В большинстве своём члены съёмочной группы стараются не интересоваться врывающейся в их жизнь политикой и жить так, как давно привыкли. Продолжение их привычной жизни видится им в Париже. Разве что оператор Потоцкий — революционер-подпольщик — сознательно участвует в вооружённом противостоянии красных и белых. Ссылаясь на «лабораторный брак», он списывает киноплёнку, которую потом использует для нелегальных съёмок бесчинств белых в целях красной пропаганды.

Вознесенская — кинодива, которую буквально носят на руках, — так же далека от политики, как и остальные члены съёмочной группы. В силу различных причин она заинтересовывается по-своему неравнодушным к ней оператором Потоцким, а впоследствии — и его подпольной деятельностью, представляющейся ей романтично прекрасной.

В результате Вознесенская становится свидетельницей страшных сцен расстрела красноармейцев и убийства Потоцкого, которого успела полюбить.

В финале Вознесенская оказывается вовлечённой в подпольную деятельность. Желая спасти её, большевики сажают Вознесенскую в трамвай и приказывают вагоновожатому доставить её в центр города. Но водитель сбегает к белым казакам, сообщает им, что в вагоне — революционерка, и за уходящим трамваем начинается погоня, исход которой предопределён.

Впервые за сценарий о Вере Холодной взялись Андрей Кончаловский и Геннадий Шпаликов. Главную роль писали для актрисы Инны Гулая — внешне похожей на Холодную. Сценарий немой черно-белой «ретро-картины», комедии по жанру, назывался «Нечаянные радости». Но совместная работа двух сценаристов не сложилась и новым соавтором Кончаловского стал Фридрих Горенштейн^[3]. По созданному ими сценарию фильм о Вере Холодной в 1974 году начал снимать Рустам Хамдамов, но съёмки были прерваны (вследствие несогласия Хамдамова с утверждённым вариантом сценария). Михалкову предложили закончить фильм, но тот, отчасти из уважения к работе Хамдамова решил полностью переснять картину, но уже по другому сценарию.