Поэзия и Боги

Рассказ начинается в гостиной английского дома, апрельским вечером «сразу после Великой войны». Марсия, молодая женщина ощущает «неизмеримую пропасть, которая отделяет ее душу» от скучного окружения: жизни 20-го века и её дома, которые чужды ей. Она задается вопросом в том ли веке она родилась. Марсия читает стихи о прежней эпохе и повторяет слова про себя, засыпая. Во сне ей явился Гермес и сказал, что наступает новый век, и что боги пробуждаются от сна, в котором они пребывали, и собираются принять определенные меры. Гермес ведет ее ко двору Зевса, где находятся Аполлон, Дионис, Музы и Вакханки.

Давно мы… говорим только во сне, но приближается время, когда наши голоса не будут безмолвными. Это время пробуждения и перемен. Боги выбрали поэта, чтобы соединить воедино красоту, что мир знал прежде, и мудрость прошлого. Этот непревзойденный поэт должен быть предвестником пробуждения богов.

Марсию, как поэта, выбрали не только боги, но и избранные поэты, которым Зевс и Аполлон даровали бессмертие и честь. В свою очередь, эти шесть поэтов выступают со строками стихов: Гомер, Данте, Гёте, Шекспир, Мильтон и Китс. Так продолжается до самого рассвета, а затем Гермес возвращает Марсию в её дом.

Спустя годы, Марсия написала стихи «достойные богов». Услышав их Зевс сказал, что: «Эти слова приведут тебя к счастью и в мечтах о красоте твой дух найдет все, чего он жаждет».

Рассказ написан после «Зеленый луг» и перед «Крадущийся хаос» — двух рассказов, написанных Лавкрафтом в соавторстве с Уинифред Джексон, которые основаны на Древнегреческой мифологии^[2]. Что Анна Хелен Крофтс внесла в «Поэзию и боги», — неизвестно^[3]. С. Т. Джоши говорил, что она «время от времени появлялась в любительской прессе и, возможно, была представлена ​​[Лавкрафту] Уинифред Джексон». В сохранившихся письмах Лавкрафта не упоминается «Поэзия и боги»^[3].

В своем эссе 1955 года о «Мифах Ктулху» Джордж Ветцель, исследователь творчества Лавкрафта, сравнивает бога-посланника Гермеса из «Поэзии и боги» с Ньярлатхотепом, «посланником Азатота». Ветцель считает, что общение во сне с Гермесом, является «тем же самым психическим устройством, которое позже использовал Ньярлатхотеп или Ктулху для контакта со своими последователями и сектантами»^[4]. Однако, в рассказах «Белый корабль», «Храм», «Селефаис», «Иные Боги», «Гипнос» герои тоже говорят необычным образом с богами.