Паннвиц, Гельмут фон

Родился 14 октября 1898 года в семейном имении Боцановиц в Силезии (ныне польское село Бодзановице). Отец, Вильгельм фон Паннвиц (1854—1931) — лейтенант 14-го Гессенского гусарского полка^[3], из древнего дворянского рода Паннвиц. Мать Герта (в девичестве Реттер, 1876—1963) не была знатного происхождения^[4].

Начальное образование получил в подготовительной школе для мальчиков, по окончании которой поступил в Прусский кадетский корпус. С началом Первой мировой войны прямиком из кадетского корпуса отправился добровольцем на Западный фронт. Служил в 1-м уланском Императора Александра III полку (нем. Ulanen-Regiment Kaiser Alexander III. von Russland). 22 марта 1915 года получил звание лейтенанта «за храбрость на поле боя»^[3] в возрасте 16 с половиной лет. Награждён Железными крестами второго (в 1915 г.) и первого (в 1917 г.) классов.

По окончании войны служил в Добровольческом корпусе. В 1920 году из-за сокращения немецких вооружённых сил по Версальскому договору вышел в отставку в звании обер-лейтенант. Учился в фермерской школе и с 1926 по 1933 годы нанимался управителем в сельскохозяйственные поместья в Польше, в частности управлял поместьем княгини Радзивилл в Михове^[3].

1 ноября 1933 года был восстановлен на военной службе в должности командира 2-го эскадрона 2-го рейтарского полка в Ангербурге. В 1938—1939 годах начальник отделения личного состава 11-й кавалерийской дивизии. Участвовал в звании майора (1938), командира разведбатальона 45-й пехотной дивизии, во вторжении в Польшу. Награждён планками к Железным крестам обеих степеней (повторное награждение). Участвовал в боевых действиях во Франции (1940), с 1941 года — на Восточном фронте (подполковник)^[3].

В июне 1941 года, в составе 45-й пехотной дивизии участвовал в штурме Брестской крепости. 22 июня 1941 года разведывательным батальоном 45-й пехотной дивизии вермахта под командованием Гельмута фон Паннвица было захвачено здание тюрьмы Брестской крепости. 4 сентября 1941 года Паннвиц награждён Рыцарским крестом Железного креста. С 1 декабря 1941 года — переведён в аппарат Верховного командования сухопутных войск (ОКХ) в качестве референта генерала мобильных войск (нем. Referent beim General der Schnellen Truppen) по вопросам применения кавалерии в современной войне. Вскоре после этого ему присвоено звание полковника^[5][6]. В течение 1942 года неоднократно выезжал из Ставки на фронт для инспекций кавалерийских частей. Составитель и редактор ряда полевых наставлений. В октябре 1942 был переведён в штаб Группы армий «А» где занялся организацией стихийно образующихся казачьих частей из числа местных жителей оккупированной территории СССР^[3].

К концу 1942 года поражения и значительные потери личного состава на Восточном фронте вынудили Гитлера изменить своё мнение о казачестве и не так активно возражать против использования его потенциала (как военнопленных, так и казаков-эмигрантов). Он готов был согласиться с теорией, рассматривавшей казаков как потомков остготов, то есть как племена, близкие по крови германцам, а не славянам. Кроме этого, в дни зарождения НСДАП Гитлера поддерживали некоторые казачьи лидеры из числа русских эмигрантов^[7]. Поэтому казачьи воинские формирования получили в Вермахте существенно большее развитие, чем другие русские воинские формирования^[8].

Сам Паннвиц питал симпатии к казакам. Он видел в них в расовом отношении отдельный этнический вид, потомков скандинавов. По утверждению полномочного представителя вермахта в Хорватии генерала Эдмунда Глайзе-Хорстенау (нем. Edmund Glaise-Horstenau), Паннвиц верил в возможность поселения после войны его казаков на территории Кавказа^[9].

В ноябре 1942 года Паннвиц получил согласие начальника штаба сухопутных войск Курта Цейтцлера на создание казачьего соединения вермахта. Подготовительный период создания дивизии был прерван участием Паннвица в боевых действиях с ноября 1942 года до начала 1943 года. В ноябре 1942 года командовал cводной воинской частью в составе 4-й танковой армии вермахта, состоящей из казаков, хиви, кавказцев, румын в ходе отражения советского наступления в районе Котельниково^[10]. За эти бои Гельмут фон Паннвиц 23 декабря 1942 года получил «Дубовые листья» к Рыцарскому кресту (№ 167) и высший румынский военный орден Михая Храброго^[11]. Затем Паннвиц был переведён в Крым, где до марта 1943 года командовал казачьим соединением «Феодосия».

В марте 1943 года был переведён в Млаву (с 1941 до 1945 — нем. Mielau) для формирования коллаборационистской 1-й казачьей кавалерийской дивизии, командование которой было поручено Паннвицу^[3]. Дивизия формировалась из уже имевшихся казачьих подразделений, преданных нацистским военным частям (казачьих полков фон Рентельна, фон Юнгшульца, фон Безелагера, Ярослава Котулинского, Ивана Кононова, 1-го Синегорского Атаманского и проч.). В июне 1943 года получил звание генерал-майора, в апреле 1944 года — генерал-лейтенанта.

Сформированная Паннвицем казачья дивизия с октября 1943 года участвовала на территории Хорватии в боевых действиях против частей народно-освободительной армии Югославии. За эти бои Паннвиц был награждён хорватским орденом Короны короля Звонимира первой степени со Звездой и Мечами). В Югославии казаки Паннвица применяли тактику «выжженной земли», предавая огню крестьянские хутора и посёлки, где укрывались партизаны, передавая затем эти места под контроль усташей. Местное население ненавидело казаков, боясь их больше немцев — в их глазах казаки представали нерусскими и именовались «черкезами» (сербохорв. «Čerkezi», серб. «Черкези»)^[12]. Югославы говорили: «разве „русские братушки“ могут убивать и насиловать?»^[13]

Совершение дивизией Паннвица в ходе антипартизанских операций многочисленных военных преступлений: грабежей, изнасилований и расстрелов, — отмечает германский военно-исторический институт бундесвера^[14]. Сам Паннвиц в процессе следствия показал 12 января 1947 года, что руководствовался в Югославии циркулярными инструкциями обергруппенфюрера СС Бах-Зелевского, детально устанавливающими порядок действий по отношению к партизанам. По его словам, в циркуляре подчёркивалось, что партизанская война противоречит международному праву и руководитель антипартизанского подразделения имеет право по своему усмотрению принимать решение о судьбе и собственности партизан или лиц, оказывавших им содействие^[15].

К концу Второй мировой войны было принято решение переподчинить все иностранные подразделения в составе немецких войск под командование Ваффен-СС. В середине 1944 года были предприняты попытки интегрировать казачьи части в Ваффен-СС. 26 августа 1944 года состоялось совещание между Генрихом Гиммлером, генералом фон Паннвицем и его начальником штаба полковником Х.-Ж. фон Шульц. Генерал фон Паннвиц принял переподчинение в Ваффен-СС, чтобы предоставить своим подразделениям доступ к более тяжёлому вооружению и лучшему снабжению, а также сохранить дальнейший контроль над казачьими подразделениями во Франции. Командные структуры, униформа и звания остались за вермахтом^{[16][17][18][19]}. В связи с переподчинением дивизии командованию войск СС 1 февраля 1945 года, есть мнение, что 1 февраля 1945 года Паннвиц якобы мог получить звание группенфюрера СС и генерал-лейтенанта войск СС^[20]. Казачья дивизия под его командованием была развёрнута в 15-й Казачий кавалерийский корпус СС, который 20 апреля 1945 года был переподчинён КОНР. Намерение полностью перебросить корпус в Ваффен-СС было де-факто не реализовано до конца войны.

В конце 1944 года дивизия Паннвица вступила в непосредственное соприкосновение с частями Красной армии у города Вировитица. 26 декабря 1944 года 2-я бригада 1-й казачьей дивизии при поддержке частей 1-й хорватской ударной дивизии заняли населённый пункт Питомача, выбив с занимаемых позиций подразделения 703-го стрелкового полка и 684-го артиллерийского полка 233-й стрелковой дивизии, нанеся им тяжёлое поражение. В оставшиеся дни декабря и в январе 1945 года дивизия Паннвица вместе с усташско-домобранскими частями предприняла ряд безуспешных попыток овладеть Вировитицей и ликвидировать плацдарм на правом берегу Дравы. Во время немецкой наступательной операции «Оборотень» (нем. Werwolf), предпринятой группой армий «E» в начале февраля 1945 года с целью ликвидации Вировитицкого плацдарма, обороняемого к тому времени силами Народно-освободительной армии Югославии, подразделения Паннвица 10 февраля вступили в город Вировитица^[21][22].

В конце марта 1945 года фон Паннвиц был единогласно избран так называемым Всеказачьим Кругом на «Всероссийском конгрессе» в Вировитице Верховным Походным Атаманом «Казачьего стана» и всех казачьих армий, такая честь когда-то была предоставлена ​​только царю^[23].

К концу войны корпус численностью более 20 тыс. человек находился в передней линии обороны против югославских и болгарских частей на южном берегу реки Драва. К 26 апреля 1945 года занимал позиции в полосе Драва — Радотич на так называемой Звонимировой линии обороны группы армий «Е» в Хорватии. В начале мая Паннвиц начал отвод корпуса в район Лудбрег — Вараждин^[24][25]. Вместе с корпусом Паннвиц бежал в британскую оккупационную зону в Каринтию (Австрия). 9 мая 15-й корпус вступил в соприкосновение с британской 11-й танковой дивизией. 11—12 мая корпус сдался английским войскам. 11 мая 1945 года в присутствии британских офицеров Паннвиц принял парад Донского казачьего полка.

Выдачи Паннвица как военного преступника требовали СССР и Югославия. После того, как западные союзники начали передачу в СССР тысячи казаков из 15-го казачьего кавалерийского корпуса СС и членов их семей в Лиенце, Паннвиц вместе с другими нацистскими офицерами корпуса был также выдан СССР. В соответствии с решениями Ялтинской конференции, выдаче органам СССР подлежали только бывшие советские граждане, и Паннвиц как гражданин нацистской Германии мог избежать этой выдачи.

16 января 1947 года Гельмут фон Паннвиц был казнён вместе с другими генералами Казачьего Стана по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР 15—16 января 1947 года, на основании ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г. «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников Родины из числа советских граждан и для их пособников»^[2].

22 апреля 1996 года реабилитирован решением Главной военной прокуратуры (ГВП) Российской Федерации в соответствии со ст. 3 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий». Позже представитель ГВП сообщил, что заключение от 22 апреля 1996 года о реабилитации Паннвица как необоснованное отменено. 28 июня 2001 года ГВП вынесла заключение, в котором был сделан вывод, что Паннвиц за совершённые им преступления осуждён обоснованно и реабилитации не подлежит. Одновременно признано, что справка о реабилитации Паннвица не имеет юридической силы^[26].

Определением Военной коллегии Верховного суда Российской Федерации от 25 декабря 1997 года Краснов П. Н., Шкуро А. Г., Султан Клыч-Гирей, Краснов С. Н. и Доманов Т. И. признаны обоснованно осуждёнными и не подлежащими реабилитации, о чём уведомлены все инициаторы обращений по вопросу реабилитации указанных лиц.

В 1998 году Гельмуту фон Паннвицу, А. Г. Шкуро, П. Н. Краснову, Султану Клыч-Гирею, Т. Н. Доманову и др. в Москве был установлен памятник под названием «Воинам русского общевоинского союза, русского корпуса, казачьего стана, казакам 15 кавалерийского корпуса, павшим за веру и отечество» у храма Всех Святых. 8 мая 2007 года, в преддверии Дня Победы, мраморная плита была разбита^[27], и оставалась в таком состоянии до 2014 года, в котором была заменена на плиту «Казакам, павшим за Веру, Царя и Отечество».

В репертуаре российской группы «Коловрат» есть песня, посвящённая Гельмуту фон Паннвицу^[28].