Офеня

Согласно одной из версий, история офеней началась в XV веке, когда на Русь переселилось значительное количество греков из Османской империи. Большинство из них занялось торговлей. По другой версии, офени являются продолжателями традиций скоморохов.

Примерно через 100—150 лет бродячие торговцы стали считать себя отдельным тайным обществом на Руси; от странствующих скоморохов, купцов и ремесленников они переняли уклад жизни, а от паломников — книжную премудрость и греческие слова. Сами себя они называли офенями, что, скорее всего, с поправкой на искажение, означает «афиняне».

Во многом промысел офеней был связан с распространением дешёвых книжек и картинок.

Известно, что некоторые офени предпочитали продаже обмен, получая от подобных сделок больший доход^[5].

Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона описывает деятельность офеней так: «Большую часть года офени странствуют, отправляясь в путь в конце июля и начале августа (ранние офени) или в сентябре и в октябре (поздние офени); возвращаются к Масляннице или около Пасхи… Офеня не прочь перейти к оседлой торговле, если на новых местах встречает подходящия для того условия. Несмотря на трудность промысла, большинство офеней — закоренелые скитальцы, у которых бродяжничество обратилось в органическую потребность. Бедняк-офеня ходит с товаром пешком, причем сам возит короб на тележке — летом, на санках — зимою; это — ходебщики, мелочные торговцы, часто закупающие товару, почти исключительно книжки и картинки, на сумму 5-10, много 15 руб. и разносящие его по окрестным селам. Если у крестьянина-покупателя не оказывается денег, офеня дает книжки и картинки в долг, до следующего года, или меняет свой товар на лен, холст, хлеб, овес и пр. Вот почему в любом крестьянском доме офеня — желанный гость…»^[6]

По данным архивных источников, в книгоноши шли мужчины и женщины обоего пола, в среднем от 20 до 65 лет, из крестьян, мещан, отставных солдат и унтер-офицеров^[7].

Традиционно торговлей вразнос занимались жители Владимирской, Тульской губерний, Серпуховского и Подольского уездов Московской губернии. Маршруты их странствий простирались до Урала. Один из тульских офеней описывал свой маршрут: «Из Сызрани едем на Самару в Бузулук, в Самаре мы не останавливаемся: там торговли не бывает, потому там почитай все раскольники, наших книг и картин не покупают. Потом едем на Бугульму, Белебей, Уфу, Златоуст, Верхнеуральск, Челябинск, Троицк, Красноуфимск, ну, а потом опять через Уфу обратно»^[6].

Около двух с половиной веков офени сохраняли свой жизненный уклад и говорили на тайном профессиональном языке, который назывался феня. Начиная с XIX века язык офеней начали исследовать лингвисты.

На рубеже ХХ века офенский промысел переместился исключительно в сельскую местность: в том, что касается книг, здесь он меньше зависел от конкуренции с купцами, способными везти из столиц в провинцию большие партии книг и открывать книготорговые заведения в городах. Но в сёлах появлялись библиотеки и читальни при школах, что также подрывало деятельность офеней к началу XX в.^[6]

Офеня (афеня) — ходебщик, кантюжник, разносчик с извозом, коробейник, щепетильник, мелочной торгаш вразноску и вразвозку по малым городам, сёлам, деревням, с книгами, бумагой, шёлком, иглами, с сыром и колбасой, с серьгами и колечками.

Владимир Даль несколько месяцев прожил на родине офеней, в селе Алексино, изучая их язык и составляя словарь офенского языка.

• Офеням посвящена поэма Н. А. Некрасова «Коробейники»^[8]. Отрывок из первой главы поэмы положен на музыку и широко известен как песня «Коробушка» или, по первой строчке, «Ой, полна, полна коробушка»^[9].
• В рассказе Д. Н. Мамина-Сибиряка «Книжка с картинками» герой мечтал об атласе для самообучения рисованию, который принёс офеня.
• Этнографический сбор 1980-90-х годов, описанный А. Андреевым (псевдоним А. А. Шевцова) в книге «Мир тропы. Очерки русской этнопсихологии» Архивная копия от 14 апреля 2021 на Wayback Machine рассказывает о быте офеней, проживающих в с. Савино Савинского района Ивановской области.

• «Век живи, век учись — дураком помрёшь» — Пехаль киндриков куравь, пехаль киндриков лузнись — смуряком отемнеешь.
• «Кто не работает — тот не ест» — Кчон не мастырит, тот не бряет.
• «Без труда не выловишь и рыбку из пруда» — Без мастыры не подъюхлишь и псалугу из дрябана^[10].