Ода на день восшествия на Всероссийский престол Елисаветы Петровны 1747 года

Произведение создано в 1747 году, не ранее 13 августа^[1].

Поводом для написания оды стало шестилетие правления Елизаветы Пет­ровны. Она была издана в типографии Академии наук и художеств, но не за счёт автора (как оды, издававшиеся до 1746 года и подписанные именем автора на титульном листе), а за счёт Академии, и поднесена императрице от имени Академии. В 1747 году был принят новый устав Академии наук, согласно которому императрица увеличила вдвое государственное финансирование учреждения. Поэтому многие похвалы императрице в оде связаны с благодарностью за поддержку Академии^[2].

Когда Елизавета вступила на престол, она дала М. В. Ломоносову преимущественное право на написание торжественных од, то есть право обращаться к власти от имени всего народа (в 1740-х годах только три подобные оды были написаны не им). И поэт пользовался своим правом, не только восхваляя достоинства императрицы, но и оправдывая её действия^[3].

Правление Елизаветы началось с мирных переговоров со Швецией, поэтому поэт подчёркивал, что она положила конец войне. Он в нескольких строфах оды прославляет мир (возлюбленную тишину), потому что это было время, когда западные страны (Англия, Австрия и Голландия) пытались втянуть Россию в войну против Пруссии и Франции^[1]. Однако внешняя политика Елизаветы вовсе не была исключительно мирной. Исследователи отмечают, что прославлять императрицу, которая вела войны, за мирную внешнюю политику, было большой смелостью (фактически, ода звучала как призыв к миру).

Ода начинается с похвалы тишине, то есть миру, наступившему в Российской империи между Русско-шведской (1741—1743) и Семилетней (1756—1763) войнами^[2]. В первых трёх строфах поэт обращается к тишине. Взгляд поэта воспаряет над землёй, обозревая красоты и богатства родной страны. Он говорит, что солнце, озаряя мир, не находит в нём ничего прекраснее Елизаветы и тишины. Вступив на трон, Елизавета возвратила стране мир, закончив войну. Для неё, как считает поэт, мир и счастье людей важнее любых завоеваний. Поэт вспоминает, как радовалась вся страна вступлению на трон императрицы, и восхваляет её щедрость и покровительство наукам.

Поэт прославляет также великого отца императрицы, Петра I. Посланный в Россию Богом, он преодолел все военные неудачи и неурядицы в стране, возвысил Россию и возвысился сам. Метафорически поэт говорит о военных победах Петра, создании морского флота и строительстве Петербурга, для которого осушались болота, строились дамбы и укреплялись берега Невы:

В полях кровавых Марс страшился,

Свой меч в Петровых зря руках,

И с трепетом Нептун чюдился,

Взирая на Российский флаг.

В стенах внезапно укрепленна

И зданиями окруженна

Сомненная Нева рекла:

«Или я ныне позабылась

И с онаго пути склонилась,

Которым прежде я текла?»^[1]

Затем поэт вспоминает, как первый император России заботился о распространении наук. Его смерть повергла в печаль всю страну и даже Муз на Парнасе. Вдова Петра Екатерина I продолжила его дела, но тоже умерла слишком рано. Теперь (спустя 15 лет) Музы снова рады, потому что великая дочь Петра Елизавета решила превзойти отца в щедрости, покровительствуя наукам.

Поэт считает, что военные победы — не лучший путь к славе: во-первых, не все сражения заканчиваются победой; во-вторых, славу придётся делить с военачальниками; в-третьих, горе побеждённых омрачает радость победы. Поэтому поэт хвалит императрицу, которая прославляет своё имя наукой, открывающей богатство недр страны. Поэт обозревает безграничные просторы страны, затем его взор устремляется на океан, к далёким странам и в будущее, где всё это может быть открыто наукой. Он видит храм мудрости и его богиню Минерву, а также Плутона, бога подземного царства, который в смятении от того, что россияне добывают драгоценные металлы из его гор. Поэт обращается к молодому поколению, будущим учёным, с призывом усердно учиться и показать миру,

Что может собственных Платонов

И быстрых разумом Невтонов

Российская земля рождать^[1].

Затем он прославляет саму науку, которая питает разум юношей, даёт надежду старикам, в счастье является украшением, в несчастье может спасти...

Завершается ода молитвой-благопожеланием, чтобы Всевышний помогал императрице, если кто-то пойдёт на неё войной, устранил препятствия на пути и продлил жизнь в соответствии с её щедростью:

Тебе, о милости Источник,

О Ангел мирных наших лет!

Всевышний на того помощник,

Кто гордостью своей дерзнет,

Завидя нашему покою,

Против Тебя восстать войною;

Тебя Зиждитель сохранит

Во всех путях беспреткновенну

И жизнь Твою благословенну

С числом щедрот Твоих сравнит^[1].

М. В. Ломоносов считается одним из основоположников классицизма в русской поэзии, наряду с Г. Р. Державиным. Черты классицизма, которые можно заметить в «Оде на день восшествия...»:

• высшей добродетелью считается служение государству;
• разум и чувство долга преобладает над чувствами;
• автор строго следует жанровому канону оды;
• в оде нет психологизма и развития характера, героиня сразу является воплощением добродетелей и отрицательных черт у неё нет.

Ода — главный поэтический жанр в классицизме, чаще всего воспевающий значимое событие или историческую личность.

«Оде на день восшествия...», согласно канону жанра, состоит из трёх частей:

• экспозиция (первые 12 строф): хвала миру и Елизавете, которая прекратила войну; воспевание достижений петровской эпохи и прославление Елизаветы за продолжение дела отца;
• описание России, её природных богатств и её великого будущего, залогом которого становится образованная молодёжь;
• призыв к императрице поддерживать науку и хвала науке.

Согласно канону жанра оды, образ адресата оды идеализировался. Так, правление Елизаветы не было полностью мирным, Россия продолжала вести войны, в том числе и за новые территории. По сути, М. В. Ломоносов в оде изображает идеал мудрого и просвещённого монарха и призывает Елизавету ему следовать.

Основная тема оды — прославление Елизаветы, её щедрости и её великих деяний на благо России.

Поэт также акцентирует внимание на значимых для него темах развития науки и образования и мирной стратегии внешней политики.

М. В. Ломоносов в этом произведении пытается убедить императрицу, что процветанию государства способствует мир. Он говорит, что войны разрушительны и не являются лучшим путём обрести славу. Так, оставаясь в рамках одического канона, поэт продвигает собственную позицию.

Однако основная идея поэта в том, что развитие науки — основной путь к счастью и процветанию России^[3]. По мысли М. В. Ломоносова, именно просвещение может сделать Российскую империю одной из ведущих мировых держав.

Ода написана четырёхстопным ямбом, со смешанной рифмовкой (перекрёстной в первых четырёх строках каждой строфы, парной в пятой и шестой и кольцевой в последних четырёх: ababccdeed).

Ода традиционно написана возвышенным языком. Поэт создаёт масштабные образы. Церковнославянская лексика (градов ограда, дщерь, узреть, выя и пр.) и величественный стиль придают произведению торжественное звучание, поднимают изображаемое над обыденностью.

М. В. Ломоносов использует следующие тропы:

• сравнения: душа её зефира тише, зрак прекраснее рая, «Твои щедроты ободряют / Наш дух и к бегу устремляют, / Как в понт пловца способный ветр / Чрез яры волны порывает...»;
• эпитеты: глубокие леса, возлюбленная тишина, кровавые поля, сомненная Нева, мёрзлые крыла и пр.;

• олицетворения: вихри, не дерзайте реветь, Марс страшился, «Тогда божественны науки / Чрез горы, реки и моря / В Россию простирали руки»;
• метафоры: «подать… ума плоды», «приятных струн сладчайший глас» и пр.;
• метонимии: «Давно б Секвана постыдилась / С своим искусством пред Невой» (Сена, то есть парижская Академия наук, постыдилась бы перед Невой — Академией наук в Петербурге);
• гиперболы: «Лена... бреги наконец теряет, / Сравнившись морю шириной» и пр.