Могадам, Нассер

В 1958 году, при создании секретной службы «Специальное бюро сведений» (Daftar-e Vijeh), Нассер Могадам был отобран Хоссейном Фардустом из среды офицеров, чтобы быть включенным в руководящий состав этой организации.

В 1963 году, после подавления антимонархического мятежа под ведомством Рухоллы Хомейни, с согласия генерала Фардуста, генерал Могадам был назначен директором «Специального бюро сведений». Нассер Могадам параллельно продолжал служить в департаменте контрразведки САВАК, став фактически вторым человеком в САВАК. В это же время шах назначил его директором «Департамента III», которая несла ответственность за деятельностью внутренней оппозицией и контролировавшая все аспекты внутриполитической жизни Ирана. В 1971 году генерал Нассер Могадам становится главой 2-го Бюро разведки и контрразведки шахской армии, одновременно получив звание генерал-лейтенанта^[1].

В апреле 1978 года, генерал-лейтенант Нассер Могадам (начальник II-го бюро Генерального Штаба иранской армии) послал шаху конфиденциальное письмо, в котором он призывал:

В целях разряжения накаленной ситуации, шах пошёл на уступки иранской общественности (по настоятельной просьбе Вашингтона) и в июне 1978 года сместил с поста директора САВАК всесильного Нассири. Новым руководителем тайной полиции шах назначил генерал-лейтенанта Нассера Могадама^[2], который имел хорошие связи в рядах оппозиционного лагеря, в том числе и среди шиитского духовенства.

Генерал Могадам ранее был главой военной контрразведки, считался противником пыток^[3], и его назначение должно было обеспечить лучшую интеграцию армии с секретной службой^[4]. Отмечалось, что Могадам дезинформировал шаха о реальных угрозах и убедил его отказаться от плана физического устранения аятоллы Хомейни^[5].

До июня 1978 г. генерал Могадам курировал «Департамент III» САВАК (служба внутренней разведки и безопасности).

С августа 1978 года, когда Иран уже был объят революционным пламенем, саваковцы свирепствовали и бесчинствовали в основном в крупных городах страны — Тегеран, Керманшах, Исфахан, Мешхед, Тебриз, Шираз, Ахваз и т. д., десятками уничтожая исламских активистов и агитаторов.

20 августа 1978 г. в Абадане, где был расположен гигантский нефтеперерабатывающий завод, во время пожара в кинотеатре «Рекс» погибло около 500 человек^[6]. Расследование, проведенное сотрудниками САВАК выявили связь шиитских священнослужителей с данным инцидентом. Однако, данное утверждение не было принято широкой общественностью, в связи с тем, что к тому времени слишком высоко было неверие в шахскую систему.

29 декабря 1978 г. шах Мохаммед Реза Пехлеви предложил одному из лидеров буржуазного Национального фронта, Шапуру Бахтияру, сформировать правительство. 31 декабря военное правительство генерала Азхари, призванное к власти 6 ноября, ушло в отставку^[7].

Шах приказал своим генералам подчиняться и поддерживать правительство Шапура Бахтияра^[8].

11 января в Ширазе происходили мирные демонстрации. Затем атмосфера накалилась: демонстранты стали сбрасывать с постаментов статуи шаха, напали на местную штаб-квартиру САВАК. Саваковцы отстреливались, среди нападавших были убитые и раненые, но толпа все же ворвалась в здание и подожгла его. Предварительно оттуда были вынесены телекс, фото- и радиоаппараты, груды досье — все это сжигалось на площади. Было сожжено также 19 автомобилей. Заместителя начальника провинциального управления САВАК растерзала толпа. Священнослужители призывали народ к порядку, но остановить бушующую толпу не смогли^[9].

16 января 1979 года шах вместе с семьёй покинул пределы Ирана. 1 февраля Хомейни вернулся из эмиграции и лично возглавил революционный процесс. В общей сложности (с момента начала вооруженного восстания 9 февраля) исламистам понадобилось несколько дней, чтобы захватить власть. Три дня сторонники аятоллы сражались с имперской шахской гвардией «Бессмертные», саваковцами и верными монарху военными частями.

В свержении шахского режима иранские левые — в первую очередь леворадикалы из «Моджахедин-Э Хальк» и «Федаин-Э Ислами» — сыграли не меньшую (а непосредственно в Тегеране и большую) роль, чем исламисты^[10].

11 февраля 1979 года Могадам участвовал в заседании Высшего военного совета, где заявил о параличе САВАК и поддержал декларацию о нейтралитете армии. В решающие дни он тайно перешёл на сторону оппозиции и не отдавал приказов подчинённым, из-за чего сопротивление сотрудников штаб-квартиры САВАК оказалось дезорганизованным^[11][12][13].

12 февраля 1979 г. вся власть в Иране перешла в руки Временного революционного правительства, за спиной которого стоял Рухолла Мусави Хомейни.

Ранним утром 12 февраля иранское радио сообщило о победе исламской революции и о предоставлении верховной власти «высшему богословскому авторитету, законоведу, знатоку Корана и всех почитаемых мусульманами книг, уважаемому всеми верующими так, что его мнение воспринимается беспрекословно», то есть Хомейни. Эпоха светской государственности в Иране закончилась: авторитарную монархию сменила «тирания тюрбана». Победители начали охоту за сторонниками прежнего режима. Революционные комитеты и трибуналы в короткий период времени вынесли десятки тысяч смертных приговоров. Женщины, осмелившиеся сбросить чадру, подвергались публичным издевательствам, пыткам и казням. По мусульманской традиции их забивали камнями. Были арестованы видные шахские сановники, в том числе и экс-директор САВАК генерал Нассер Могадам.

11 апреля 1979 года генерал Нассер Могадам по решению Исламского революционного трибунала под председательством Садека Хальхали был расстрелян (вместе с ним казнили группу шахских генералов и политиков, в том числе бывшего директора САВАК Хасана Пакравана, бывшего командующего шахской гвардией Али Нешата, бывшего министра иностранных дел Аббаса-Али Халатбари, бывшего мэра Тегерана Голяма Реза Никпея). Были казнены все руководители САВАК (Хассан Пакраван, Нематолла Нассири и Нассер Могадам). Многие иранские эмигранты считают генерала Могадама предателем и изменником династии Пехлеви, который сделал все возможное, чтобы к власти в Иране пришли исламисты^[14], при этом в ряде современных публикаций его действия прямо оцениваются как саботаж и сознательный вклад в свержение шаха путём тайной поддержки революционеров^[5].