Китайско-угандийские отношения

Индийско-угандийские отношения — двусторонние дипломатические отношения между Китаем и Угандой были установлены в 1962 году[1]. В 2017 году объём товарооборота составил сумму более 1 миллиарда долларов США[2]. Кроме того, китайские компании внесли значительный вклад в развитие инфраструктуры Уганды. Китаю также принадлежит около 20 % долга Уганды, что эквивалентно примерно 1,6 млрд долларов США. Послом Уганды в Китае является Криспус Кёнга[3], а послом Китая в Уганде — Чжэн Чжуцян[4].

Общие сведения
Китайско-угандийские отношения

Уганда

Китай

История

В 1962 году с момента обретения Угандой независимости между двумя странами установились дипломатические отношения. Китай был одной из первых стран, признавших независимость Уганды. В 1971 году Уганда была одной из 76 стран, проголосовавших за восстановление членства в ООН китайского правительства[5]. В 1986 году после прихода к власти в Уганде президента Йовери Мусевени между двумя странами установились более тесные связи. Между странами подписано множество соглашений о культурном сотрудничестве, происходит обмен студентами и медицинскими коллективами.

С 2014 года после принятия в Уганде ряда законов, криминализирующих гомосексуальные отношения и пропаганду ЛГБТ-сообщества, усилилась критика со стороны стран Запада в адрес правительства Уганды и президента Йовери Мусевени[6][7]. Многие страны отказались от оказания экономической помощи и поддержки Уганды. Политика Китая по невмешательству во внутренние дела позволила им взять оказывать гуманитарную помощь и развивать инфраструктуру Уганды.

Экономические отношения

Товарооборот между странами также увеличился во время президентства Йовери Мусевени. За последние 10 лет объём товарооборота увеличился более чем в четыре раза, с примерно 230 миллионов долларов США в 2008 году до более 1 миллиарда долларов США в 2018 году. Большая часть этой торговли — это китайский экспорт в Уганду, на который приходится около 850 миллионов долларов США. Экспорт Китая: машинное и электрическое оборудование. Экспорт Уганды в Китай: сырьевые товары, шкуры, масла и семена.

Инфраструктура и долг

Китайские компании внесли свой вклад во многие инфраструктурные проекты в Уганде. Китайские строительные компании выиграли контракты на многие крупные инфраструктурные проекты, такие как: стадион Манделы и крупнейшая в стране плотина гидроэлектростанции. Кроме того, китайские компании взяли на себя ответственность за строительство скоростной автомагистрали, соединяющей город Энтеббе со столицей Кампалой. Правительство Уганды также использует китайские технологии для малых и крупномасштабных проектов агробизнеса: с 2012 года более 40 китайских ученых-аграриев приняли участие в планировании этих проектов в Уганде[8].

Общественное мнение в Уганде

В Уганде существуют разные мнения о роли Китая в местной экономике. Согласно данным «AfroBarometer», 57 % угандийцев считают, что Китай оказывает положительное влияние на Уганду, по сравнению с только 7 %, которые считают, что влияние отрицательное. Самыми большими позитивными факторами влияния Китая были инвестиции в инфраструктуру, бизнес-инвестиции и стоимость китайских продуктов. Безусловно, самым большим источником негативных отзывов было качество китайской продукции. Общественное мнение о китайском влиянии улучшилось в Китае с 2010 года.

Владельцы угандийского бизнеса выразили несогласие с влиянием Китая в стране. Владельцам магазинов и производителям местных товаров трудно конкурировать с ценами на китайский экспорт. Кроме того, местные строительные компании представили законопроект, обязывающий правительство страны отдавать приоритет местным строительным компаниям при реализации государственных проектов. На этот законопроект было наложен вето, и депутаты сослались на неспособность угандийских строительных компаний справиться с масштабными крупными инфраструктурными проектами. Некоторые китайские предприятия, особенно малые частные предприятия, также почувствовали влияние усиления регулирования и контроля со стороны местных властей[9].

Исследование отношений между двумя нациями и культурами показало, что основными источниками вражды между двумя странами являются модель государственного капитализма Китая и опыт угандийцев с китайскими владельцами магазинов и работодателями, которые могут иметь расовую предвзятость[10].

Инциденты

В 2014 году в Китае приговорили двух угандийцев к смертной казни за незаконный оборот наркотиков в провинции Гуандун. Хотя правительство Уганды заявило, что инциденты не повлияли на дипломатические отношения между странами, многие граждане Уганды и депутаты были возмущены предполагаемым нарушением суверенитета и прав человека[11].

В 2018 году многие китайские предприятия в промышленных парках Уганды подверглись вандализму и ограблениям, что побудило президента Йовери Мусевени усилить безопасность в этих регионах.

Примечания

  1. Obowona, Marios; Guloba, Madina (2007). “China-Africa economic relations” (PDF): 1. Архивировано (PDF) из оригинала 2019-06-03. Дата обращения 15 November 2018. Используется устаревший параметр |deadlink= (справка)
  2. Uganda Trade Overview (Website). Atlas Media. Дата обращения: 17 ноября 2018. Архивировано 24 апреля 2019 года.
  3. Chrispus Kyonga. Дата обращения: 30 августа 2020. Архивировано 28 июня 2018 года.
  4. Ministry of Foreign Affairs of the People's Republic of China, Chinese Ambassadors to Uganda, [1] Архивная копия от 27 ноября 2018 на Wayback Machine, 驻乌干达历任大使, [2]
  5. Obowona, Marios; Guloba, Madina (2007). “China-Africa economic relations” (PDF): 19—27. Архивировано (PDF) из оригинала 2019-06-03. Дата обращения 15 November 2018. Используется устаревший параметр |deadlink= (справка)
  6. Парламент Уганды криминализировал пропаганду однополых отношений, РИА Новости (20 декабря 2013). Дата обращения: 25 февраля 2026.
  7. В Уганде ввели смертную казнь для гомосексуалистов, РБК (30 мая 2023). Дата обращения: 25 февраля 2026.
  8. Lawther, Isaac (2017). “Why African countries are interested in building agricultural partnerships with China: lessons from Rwanda and Uganda”. Third World Quarterly. 38 (10): 2312—2319. DOI:10.1080/01436597.2017.1333889.
  9. Warmerdam, Ward; van Dijk, Meine (2016). “Chinese Private Enterprises in Kampala, Uganda”. Journal of Asian and African Studies. 52 (6): 873—893. DOI:10.1177/0021909615622351.
  10. Chang, Jiang; Ren, Hailong (2015). “How native cultural values influence African journalists' perceptions of China: in-depth interviews with journalists of Baganda descent in Uganda”. Chinese Journal of Communication. 9 (2): 189—205. DOI:10.1080/17544750.2015.1094496.
  11. Akumu, Patience. Ugandans begin to question the high price of the growing China-Africa pact, The Guardian (26 июля 2014). Архивировано 27 сентября 2020 года. Дата обращения: 30 августа 2020.

Дополнительно по теме