Кан, Герман

Родился в семье еврейских иммигрантов из Восточной Европы^[4]. Его отец, Абрам Кан, был портным, мать — Йетта Козловская — домохозяйкой; родственник Роберта Кана. Он вырос в Бронксе, а затем в Лос-Анджелесе после развода родителей^[5]. Воспитанный евреем, он позже стал атеистом^[6]. Кан окончил среднюю школу Фэрфакса в 1940 году и служил в армии США во время Бирманской кампании во время Второй мировой войны в небоевой должности телефонного обходчика^[7]. Он получил степень бакалавра наук в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе и некоторое время учился в Калифорнийском технологическом институте, чтобы получить докторскую степень, а затем бросил учёбу, получив степень магистра наук из-за финансовых трудностей^[8]. Он поступил на работу в корпорацию RAND в качестве математика после того, как его завербовал коллега-физик Сэмюэль Коэн.

Первоначально он был военными стратегом и системным теоретиком, работая в корпорации RAND (США). Герман Кан был известен своими анализами вероятных последствий ядерной войны и рекомендациями путей повышения выживаемости. В рамках работы в RAND Кан внедрил метод сценариев (англ. scenario planning) для стратегического планирования и анализа сложных ситуаций^[9].

Его теории стали существенным вкладом в развитие ядерной стратегии Соединённых Штатов. Им впервые была сформулирована идея Машины Судного дня — своеобразный апофеоз доктрины взаимного гарантированного уничтожения. Принципы концепции «Машины Судного дня» находят отражение в современных дискуссиях об автоматизированных системах ответного удара (например, системе «Периметр») и рисках использования искусственного интеллекта в управлении ядерным оружием^[10].

Кан выступал критиком доктрины взаимного гарантированного уничтожения, считая её негибкой, и доказывал возможность выживания в ядерной войне при должной подготовке. Его идеи о контролируемой эскалации повлияли на переход США к стратегии «гибкого реагирования».

На фоне продолжающегося японского экономического чуда, в начале 1970-х годов он прогнозировал развитие Японии как сверхдержавы.

Станислав Лем указывал, что черты фантазирования есть даже в его стратегических работах.

Наиболее популярная его работа — «2000 год» (1967) — подвергалась различной критике^[15]. Станислав Лем обстоятельно рассмотрел её в качестве одного из образцов экспертных футурологических прогнозов для выявления недостатков, которым подвержены даже они. Лем пришёл к выводам упрощённости и фактической непригодности её методологии, отметив обилие в книге также бессмысленных и бесполезных прогнозов (создающих «псевдопровидческий шум»), присутствие заведомо фантастических (в частности, экранирование гравитации). Изменения в социальной сфере Кан практически не рассматривает, по замечанию Лема, не учитывая, например, возможность политического переворота в США, который для него менее правдоподобен, чем вечный двигатель на основе экранирования гравитации^[15].

Книгу «The Next 200 Years», написанную при участии сотрудников Гудзоновского института, Лем приводит как пример «литературы, вымучивающей будущее, которая, нацелившись в грядущие века, утонула в несюжетной фэнтези». Всемирную популярность ей обеспечил общий оптимизм, зато нет ни слова о зарождающихся отраслях технологии (уже тогда рассматриваемых в работах некоторых авторов), выходящих со временем на лидирующие позиции, — об информационных сетях, биотехнологии, геномике, нанотехнологии, киборгизации^[16].

В 2024—2026 годах концепция «лестницы эскалации» подвергается критике за плохую адаптированность к реалиям современных гибридных конфликтов. Аналитики указывают, что линейная модель времён холодной войны не учитывает специфику угроз XXI века, когда агрессоры активно используют невоенные инструменты (в частности, кибератаки и информационное давление), действуя ниже порога прямого военного столкновения^[11].^[17]

Работы, написанные Каном, включают:

• On Thermonuclear War. Princeton University Press, 1960. ISBN 0-313-20060-2
• Thinking about the unthinkable. Horizon Press, 1962.
• On Escalation. Princeton University Press, 1965 (современное академическое переиздание: Routledge, 2009—2010).
• Emerging Japanese Superstate: Challenge and Response. Prentice Hall, 1970. ISBN 0-13-274670-0
• The Japanese challenge: The success and failure of economic success. Morrow, 1971. ISBN 0-688-08710-8
• Things to Come: Thinking About the Seventies and Eighties. MacMillan, 1972. ISBN 0-02-560470-8
• Herman Kahn, Jerome Agel, Herman Kahnsciousness;: The megaton ideas of the one-man think tank. New American Library, 1973.
• The Next 200 Years. Morrow, 1976. ISBN 0-688-08029-4
• World Economic Development: 1979 and Beyond. William Morrow, 1979. ISBN 0-688-03479-9
• Will she be right?: The future of Australia. University of Queensland Press, 1981. ISBN 0-7022-1569-4
• The Coming Boom: Economic, Political, and Social. Simon & Schuster, 1983. ISBN 0-671-49265-9
• The nature and feasibility of war, deterrence, and arms control (Central nuclear war monograph series). Hudson Institute)
• A slightly optimistic world context for 1975—2000 (Hudson Institute. HI)
• Social limits to growth: «creeping stagnation» vs. «natural and inevitable» (HPS paper)
• A new kind of class struggle in the United States? (Corporate Environment Program. Research memorandum)
• Report From Iron Mountain on the Possibility and Desirability of Peace (Dial Press div of Simon & Schuster)