Иные эффективные пространственные меры по сохранению

OECM определяется Конвенцией о биологическом разнообразии следующим образом:

Географически определённая территория, отличная от охраняемой природной территории, которая регулируется и управляется таким образом, чтобы достигать положительных и устойчивых долгосрочных результатов по ин-ситу сохранению биоразнообразия, с сопутствующими экосистемными функциями и услугами, а также, при необходимости, культурными, духовными, социально-экономическими и иными локально значимыми ценностями^[2].

Существует четыре критерия для идентификации OECMs:

1. Территория в настоящее время не признана охраняемой природной территорией;
2. Территория регулируется и управляется;
3. Территория обеспечивает устойчивый и эффективный вклад в ин-ситу сохранение биоразнообразия;
4. Сопутствующие экосистемные функции и услуги, а также культурные, духовные, социально-экономические и иные локально значимые ценности сохраняются и уважаются.

В рамках этих четырёх критериев выделяют 26 под-критериев^[3][4].

Термин «иные эффективные пространственные меры по сохранению» впервые был использован в Целевом показателе 11 Стратегического плана по биоразнообразию^[5], согласованного в Нагое, Япония, в 2010 году. Целевой показатель 11 гласил:

К 2020 году не менее 17 % наземных и внутренних водных территорий и 10 % прибрежных и морских территорий, особенно территорий, имеющих особое значение для биоразнообразия и экосистемных услуг, сохраняются посредством эффективно и справедливо управляемых, экологически репрезентативных и хорошо связанных систем охраняемых территорий и иных эффективных пространственных мер по сохранению, интегрированных в более широкие ландшафты и морские пространства^[6].

Отсутствие формального определения «иных эффективных пространственных мер по сохранению» создало значительный пробел в глобальной политике сохранения природы, что побудило Канадский совет по экологическим территориям (CCEA) проявить инициативу. CCEA был учреждён в 1982 году как национальная некоммерческая организация с миссией «содействовать и помогать канадцам в создании и управлении комплексной сетью охраняемых территорий, представляющих наземное и водное экологическое разнообразие Канады»^[7]. В состав CCEA входят эксперты всех федеральных, провинциальных и территориальных органов власти, а также представители академических и неправительственных организаций; совет является членом Международного союза охраны природы (IUCN).

Осознавая необходимость ясности и последовательности, а также возможность включения участков, не способствующих эффективному ин-ситу сохранению биоразнообразия, CCEA в ходе серии семинаров в 2013—2015 годах разработал комплексные рекомендации, адаптированные к канадскому контексту, которые впоследствии были опубликованы МакКинноном и соавторами (2015) в журнале Biodiversity and Conservation^[8].

Ранние критерии признания «иных эффективных пространственных мер по сохранению», разработанные CCEA, определяли необходимость: (1) признания территорий, соответствующих общей цели охраняемых территорий, за исключением того, что они могут управляться режимами, ранее не признаваемыми отчётными агентствами; и (2) признания, что такие территории должны иметь выраженную цель сохранения природы, быть долгосрочными, обеспечивать эффективные результаты по сохранению природы и иметь режимы управления, гарантирующие эффективное управление^[8].

Эти рекомендации стали основой для идентификации и оценки OECMs на глобальном уровне, подчёркивая их роль в сохранении биоразнообразия за пределами традиционных охраняемых территорий. Влияние CCEA распространилось за пределы Канады, когда Рабочая группа по OECMs Всемирной комиссии по охраняемым территориям (WCPA) приняла критерии CCEA в качестве отправной точки в своих обсуждениях. Эта работа в конечном итоге легла в основу определения, разработанного Конвенцией о биологическом разнообразии (CBD), которая формализовала определение OECMs в 2018 году, интегрировав канадский подход в международные стандарты сохранения природы. Переход от национальной инициативы к глобальной политике подчёркивает лидерство Канады в формировании инклюзивных и эффективных стратегий сохранения^[8].

В 2015 году Международный союз охраны природы и Всемирная комиссия по охраняемым территориям создали рабочую группу, завершившую свою работу в 2020 году. Работа продолжается группой специалистов Всемирной комиссии по охраняемым территориям IUCN, которая оказывает техническую поддержку Конвенции о биологическом разнообразии. В январе 2018 года группа представила свои рекомендации Секретариату Конвенции о биологическом разнообразии^[9]. Эти рекомендации, а также доклад по морским OECMs^[10], и ранние работы CCEA, были рассмотрены на двух семинарах, организованных Секретариатом Конвенции о биологическом разнообразии в феврале 2018 года^[11].

Стороны Конвенции о биологическом разнообразии согласовали проект решения на 22-й сессии Вспомогательного органа по научным, техническим и технологическим консультациям^[12], и приняли Решение 14/8 «Охраняемые территории и иные эффективные пространственные меры по сохранению» на 14-й сессии Конференции сторон, в котором содержатся определение и критерии для идентификации OECMs^[13].

«Иные эффективные пространственные меры по сохранению» упоминаются в Целевом показателе 3 Глобальной рамочной программы по биоразнообразию. Программа была согласована в декабре 2022 года на 15-й Конференции сторон Конвенции ООН о биологическом разнообразии в Монреале, Канада^[14][15]. Интеграция OECMs в глобальные цели по биоразнообразию обсуждалась в преддверии конференции^[16][17]. Целевой показатель 3 призывает стороны Конвенции о биологическом разнообразии:

«Обеспечить и содействовать тому, чтобы к 2030 году не менее 30 % наземных, внутренних водных, прибрежных и морских территорий, особенно территорий, имеющих особое значение для биоразнообразия и экосистемных функций и услуг, были эффективно сохранены и управлялись посредством экологически репрезентативных, хорошо связанных и справедливо регулируемых систем охраняемых территорий и иных эффективных пространственных мер по сохранению, с признанием коренных и традиционных территорий, где это применимо, и интегрированы в более широкие ландшафты, морские пространства и океан, при этом обеспечивая, чтобы любое устойчивое использование, где это уместно, полностью соответствовало целям сохранения, с признанием и уважением прав коренных народов и местных сообществ, включая их традиционные территории»^[18].

Всемирная база данных по иным эффективным пространственным мерам по сохранению^[19] ведётся Всемирным центром мониторинга охраны природы Программы ООН по окружающей среде. По состоянию на апрель 2024 года было выявлено и зарегистрировано 856 участков. OECMs охватывают 1 992 729 км² поверхности Земли, из которых 1 589 090 км² приходится на сушу и 403 639 км² — на океан^[20].

Локально управляемые морские территории (LMMAs) являются одной из форм OECM; примеры таких участков существуют в Мозамбике и Мадагаскаре^[21].

Охраняемые территории и OECMs различны, но дополняют друг друга в ландшафтах, морских пространствах и речных бассейнах. Охраняемые территории имеют основную цель сохранения природы, то есть это территории, предназначенные для сохранения биоразнообразия и управляемые соответствующим образом. В отличие от них, OECMs не обязательно должны быть предназначены для сохранения природы, но обязаны обеспечивать эффективное и долгосрочное ин-ситу сохранение биоразнообразия. OECMs могут обеспечивать долгосрочное ин-ситу сохранение посредством вспомогательных, вторичных, а иногда и основных мер по сохранению в местах, которые не могут или не будут признаны охраняемыми территориями^[22].

OECMs предполагают более инклюзивный подход к сохранению биоразнообразия по сравнению с традиционными охраняемыми территориями, позволяя осуществлять небольшое локальное управление. Это достигается с учётом интересов других правообладателей, таких как мелкомасштабное рыболовство и малозатратное агролесоводство. Традиционные охраняемые территории вызывали споры по поводу прав коренных народов и выселения; OECMs призваны быть более справедливыми по отношению к человеческим потребностям^[23][17].