Имперский центр и национальные регионы России в конце XIX – начале XX века

По данным первой всероссийской переписи 1897 года, Российская империя оставалась многонациональным государством, население которого говорило на 146 языках и наречиях. В конце XIX века без учёта населения Финляндии в России проживало 126,6 млн человек, а в 1914 году — 175,1 млн человек^[2].

Многонациональный характер особенно ярко проявлялся в крупных городах, таких как Баку, Рига и Ревель (Таллин), население которых включало:

• русских
• немцев
• шведов
• финнов
• армян
• персов и др.

Это отражало историческую сложность национального состава различных регионов империи и массовую миграцию в промышленные районы страны^[3].

Русские, малороссы и белорусы составляли основу населения (72 %), причём к 1917 году их суммарная численность превысила 114 млн человек. Другими значимыми этническими группами были поляки, тюркские народы (в частности, татары) и евреи.

Народности империи находились на разных стадиях социально-экономического развития: от родоплеменного строя до капиталистических отношений. Казахи, киргизы и азербайджанцы вели кочевой образ жизни. Народы Поволжья, Кавказа и Средней Азии сохраняли традиционные уклады, многие из которых отражали влияние предшествующих империй и государств, распространявших свою власть на эти территории.

Социальная структура России основывалась на сословной системе, которая сохранялась несмотря на постепенное развитие капиталистических отношений. Основными сословиями были:

• дворянство;
• духовенство;
• крестьянство;
• мещанство;
• казачество;
• почётные граждане.

К началу XX века дворянство насчитывало около 1,8 млн человек (1,5 % населения). Потомственные дворяне, преимущественно русские и поляки, оставались господствующим сословием, сохранявшим значительное влияние в государственной и военной сферах. Однако экономическое положение дворянства ухудшалось из-за потери земель и нежелания заниматься предпринимательской деятельностью. Помещичьи хозяйства взаимодействовали с промышленностью, а процесс размывания господствующего сословия усиливался в начале XX века^[4].

Пролетариат России начала XX века делился на несколько крупных отраслевых групп. Одной из самых старых была группа горнозаводских рабочих Урала и Сибири, возникшая ещё при Петре I. В конце XIX к ним присоединились шахтёры Донбасса, работники рудников Криворожья и Бакинских промыслов. Значительную часть пролетариата составляли работники текстильной промышленности: к 1913 году их число достигло 820 тыс. человек, что составляло около 45 % всех рабочих обрабатывающей промышленности. Большинство текстильных предприятий находилось в Центральной промышленной области (ЦПР), многие из которых располагались в фабричных сёлах, что связывало текстильщиков с деревней. Крупные группы текстильных рабочих также были в Лодзи (Польша) и Петербургском регионе.

Работники металлургии, машиностроения и металлообработки, составляли ещё одну многочисленную группу. Большая их часть работала в Петербурге, на Урале и на юге России, с заметными группами в Прибалтике и ЦПР. Эти рабочие отличались высоким уровнем грамотности, особенно среди тех, кто трудился в железнодорожных мастерских и на предприятиях транспортной сферы. Железнодорожники, в основном занятые на казённых заводах, имели более высокую квалификацию и лучшие условия труда. Часть работников металлургии была занята на заводах морского и военного ведомств, что требовало от них высокого уровня подготовки и грамотности^[5].

Казачество, являясь военным сословием, к концу XIX века составляло более 2 % населения Российской империи. Наиболее значительными были казачьи общины на Кавказе и в Предкавказье (10 %), в Сибири (свыше 4 %), Средней Азии и Степном крае (3 %). За военную службу государство наделяло казаков землёй, находившейся в собственности казачьих войск. В начале XX века существовали войска:

• Донское;
• Кубанское;
• Оренбургское;
• Забайкальское;
• Терское;
• Сибирское;
• Уральское и другие.

В мирное время казаки несли пограничную службу и использовались для подавления крестьянских восстаний и рабочих забастовок. В 1916 году численность казачьего населения превышала 4 млн человек.

Казаки занимались земледелием, обладая земельными наделами в 10-30 десятин. Верхушка казачества активно участвовала в торговле и ростовщичестве, что привело к росту социального неравенства среди казаков. Иногородние переселенцы, прибывавшие после 1861 года, вызывали напряжённость в отношениях с казаками, которые стремились сохранить свои земельные и социальные привилегии. Правительство поддерживало замкнутость и консерватизм казачества, однако внутренние модернизационные процессы приводили к его социальной дифференциации и вовлечению в рабочие слои^[6].