Звёздные часы человечества

Первое издание, вышедшее в 1927 году в издательстве Insel-Bücherei под № 165/2 с названием «Пять исторических миниатюр» (нем. Fünf historische Miniaturen), содержало только пять текстов^[3]:

Следующие семь текстов были добавлены посмертно в 1943 году^[4]:

Современные издания содержат два дополнительных текста, которые также были включены в английское издание 1940 года^[5]:

Миниатюры в целом построены как новеллы и не являются историческим анализом, а скорее преувеличенным изображением событий, в которых историческая личность должна проявить себя. Цвейг не всегда остается верен историческим фактам, но в сомнительных случаях подчиняет их своему героическому взгляду на историю.

Два текста отклоняются от формы новеллы: «Смертный миг» написан как драматическая поэма, «Бегство к Богу» — как эпилог к «И свет во тьме светит» - фрагменту драмы Толстого.

Сегодня эта книга считается классикой немецкой школьной программы и, наряду с «Шахматной новеллой», является наиболее часто обсуждаемой книгой Цвейга на уроках: «Эта книга завоевала свою славу прежде всего потому, что благодаря этому рассказу многие поколения смогли обрести реальное, почти непосредственное понимание истории, как политической, так и истории открытий и художественных достижений».^[6]

«Звёздные часы человечества» использовались англоязычными читателями в качестве материала для изучения немецкого языка. Уже в 1930 году (переиздание 1938 года) в лондонском издательстве George Bell & Sons вышло издание под редакцией австрийского литературоведа Роберта Пика (3 из 5 миниатюр первого издания: «Невозвратимое мгновение», «Открытие Эльдорадо» и «Борьба за Южный полюс»), дополненное примечаниями к тексту и литературным источникам, а также словарем в качестве издания для студентов, изучающих немецкий язык. Для этого тома, которому предшествует предисловие Пика с оценкой творчества Цвейга, сам автор написал новое краткое предисловие, посвященное духовной связи между всеми народами; оба текста, а также примечания (в той мере, в какой они касаются непереведенных слов и выражений) написаны на немецком языке. На обложке изображен лыжник на фоне снежного пейзажа — дань уважения Роберту Ф. Скотту.

Полное издание было опубликовано в 1931 году нью-йоркским издательством Prentice-Hall для американских студентов, изучающих немецкий язык в колледжах, которое организовали лингвисты Феликс Виттмер, с которым Стефан Цвейг переписывался до 1937 года, и Теодор Гайссендёрфер. В издании есть предисловие и примечания (оба на английском языке) и словарь, а также «Мариенбадская элегия» в качестве приложения. Кроме того, фронтиспис тома украшает фотография Цвейга работы Ф. X. Зетцера и пять гравюр на дереве, а также краткое введение про личность и творчество Стефана Цвейга и каталог вопросов на немецком языке для проверки понимания текста читателем.

Критикуют, что неудача человека в решающий момент стилизуется под великий момент (например, Груши, Саттер и Скотт). Писатель Арнольд Бауэр в своей биографии Цвейга пишет:

Стефан Цвейг ищет сенсационное "откровение". Детали, которым до сих пор не уделялось должного внимания, выходят на первый план.^[7]

Некоторые источники ставят под сомнение изложение Цвейгом исторических событий, поскольку, например, он рассказывает версию о забытых воротах Керкапорты во время завоевания Константинополя, которая не была четко проверена.

Однако яркий язык Цвейга, оживляющий историю и делающий ее переживаемой, заслуживает похвалы, даже если иногда Цвейг пишет слишком увлеченно. Арнольд Бауэр пишет:

Стефан Цвейг иногда был охвачен собственным энтузиазмом. Это особенно заметно в выборе суперлативов и суперлативных выражений в "Звёздных часах человечества". Иногда высшая форма интенсификации кажется намеренным стилистическим приемом.^[7]