За завтраком

• Картина Зинаиды Серебряковой «За завтраком» была написана в 1914 году и принадлежит Государственной Третьяковской галерее.

• Картина представляет собой групповой портрет детей художницы, изображённых за завтраком.

• Серебрякова изобразила детей с характерными чертами, передавая их индивидуальность и настроение.

• В картине присутствуют натюрмортные детали, которые подчеркивают уют и теплоту семейного завтрака.

• Картину «За завтраком» называют одним из самых интимных и душевных произведений Серебряковой и классическим образцом материнского мироощущения.

Детские портреты занимали значительное место в творчестве Зинаиды Серебряковой (урождённой Лансере). В ранний период своей художественной деятельности она неоднократно изображала крестьянских детей^[3]. В 1905 году Зинаида Лансере вышла замуж за своего кузена Бориса Серебрякова, который в то время был студентом, а впоследствии стал инженером-путейцем^[7][8]. В этом браке родились четверо детей: в 1906 году сын Евгений, в 1907 году — Александр, в 1912 году — Татьяна, а в 1913 году — Екатерина^[9]. С того момента, как у Серебряковой появились собственные дети, они стали её «постоянными моделями»^[3]. Один из этюдов, представляющих собой групповой портрет детей, — «В детской» (бумага, акварель, темпера, 46,4 × 55,8 см, ныне в ГТГ) — был создан художницей в 1913 году. На нём изображена естественная сценка в детской комнате: няня занята маленькой Татьяной (Татой), а мальчики — Евгений (Женя) и Александр (Шура) — увлечены игрой^[10].

В мае и июне 1914 года Зинаида Серебрякова совершила поездку в Северную Италию, посетив также Германию и Швейцарию. Возвратившись в семейное имение Нескучное, с июля по сентябрь Серебрякова работала над этюдами к картине «Жатва», а также над первым вариантом этого полотна, который она впоследствии уничтожила, оставив лишь ряд фрагментов^[5]. Зимние месяцы Серебрякова, как правило, проводила в Санкт-Петербурге^[11] (в августе 1914 года в связи с началом Первой мировой войны город был переименован в Петроград). В конце 1914 года она написала групповой портрет своих детей «За обедом», который позднее получил известность под названием «За завтраком»^[5].

В 1940-х годах картина «За завтраком» была частью коллекции певицы Лидии Руслановой. После её ареста, в 1949 году, картина была передана в Государственную Третьяковскую галерею. С 1953 года, после реабилитации и освобождения Руслановой, картина опять находилась в её собственности, пока в 1955 году не была приобретена у владелицы Третьяковской галереей^[6]. Некоторые подробности этой истории были описаны в статье главного хранителя Третьяковской галереи Лидии Ромашковой, опубликованной в 1998 году в «Комсомольской правде». По её словам, сначала «в галерею пришли люди из НКВД и передали несколько десятков полотен», не сказав, кто был владельцем этих картин и как те попали к ним в руки, — о том, что это были произведения из коллекции Руслановой, сотрудники галереи догадались гораздо позже по слухам. А затем, в 1953 году, те же «органы» вдруг сообщили о реабилитации Руслановой и сказали, что «всё конфискованное должно быть немедленно возвращено семье» и вычеркнуто из каталогов. По воспоминаниям Ромашковой, «сама Русланова согласилась официально передать нам [в Третьяковскую галерею] часть своей коллекции», в которую входили такие картины, как «Ратник XVII века» Ильи Репина, «Портрет неизвестной в белом платье» Фёдора Рокотова, «Портрет неизвестного офицера» Павла Федотова и «За завтраком» Зинаиды Серебряковой^[12].

Впоследствии картина «За завтраком» экспонировалась на ряде выставок, в том числе на выставке 1975 года «Портрет в русской живописи конца XIX — начала XX века» (Государственный Русский музей, Ленинград), выставке русской живописи 1890—1917 годов, проходившей в 1976—1977 годах во Франкфурте-на-Майне, выставке произведений художников объединения «Мир искусства», состоявшейся в 1981—1982 годах в Неаполе и Турине^[1][13], выставке 1992 года «Дети в мифах и жизни» (Государственный музей изобразительных искусств имени А. С. Пушкина, Москва), а также на выставке 2002 года «Искусство женского рода. Женщины-художницы России XV—XX веков» (Третьяковская галерея, Москва)^[1][14]. Полотно принимало участие в персональных выставках Серебряковой — 1965—1966 годов, проходившей в Москве, Киеве и Ленинграде, и 1987 года, проводившейся в Москве^[1][15]. Оно также было одним из экспонатов ретроспективной выставки работ Зинаиды Серебряковой, проходившей в апреле — июле 2017 года в Инженерном корпусе Третьяковской галереи^[16].

Все дети художницы связали свои жизни с искусством. Евгений Серебряков (1906—1990) окончил ВХУТЕИН, работал архитектором и реставратором^[17]. Александр Серебряков (1907—1995) стал художником, работал во Франции, писал акварельные и темперные пейзажи, иллюстрировал книги^[18]. Татьяна Серебрякова (1912—1989) окончила Ленинградское хореографическое училище, работала театральным художником^[19]. И, наконец, не изображённая на картине Екатерина Серебрякова (1913—2014) тоже стала художницей, жила во Франции, была основателем и почётным президентом Фонда Зинаиды Серебряковой^[20][21].

На картине изображены дети художницы: восьмилетний Женя, в задумчивости сидящий у дальнего края стола со стаканом воды, семилетний Шура, повернувшийся к зрителю, и Таня (Тата), которой скоро исполнится три года^[2][3]. Характер каждого ребёнка показан с тонким пониманием детской психологии: мечтательность Жени, общительность Шуры, а также стремительность и непоседливость Таты, которая в ожидании еды положила свою ладонь в пустую тарелку^[22]. Стол покрыт белоснежной скатертью; на нём стоит фарфоровая супница, и показаны руки женщины, разливающей суп по тарелкам^[2] (согласно описанию само́й Серебряковой, на картине изображены дети «с рукой бабушки, наливающей суп»^[23]).

Вся картина наполнена ощущением чистоты, мира и спокойствия, царивших в семье художницы^[24]. Атмосфера теплоты и нежности передана с помощью композиции, «объединяющей трогательную группу детей в единое целое», а также выдержанного в спокойных тонах колорита^[22]. Колористическое решение картины построено на контрастном соотношении синего цвета (часть стены и одежда детей), различных оттенков коричневого цвета (продолжение кухонной стены и стулья), а также белого цвета (скатерть и передник девочки)^[25]. Необычность полотну придают низко срезанные стены^[26]; композиция «импрессионистски „обрезана“ и будто спонтанна», но «эта спонтанность — кажущаяся, подчёркивающая лишь временность действия, моментальность поворотов и взглядов персонажей»^[27].

Искусствовед Валентина Князева писала, что картина «За завтраком» («За обедом») несёт в себе «поэзию повседневного, земного»^[28], отмечая, что тонкое понимание особенностей детской психологии дало Серебряковой возможность передать индивидуальный характер каждого ребёнка^[3]. Искусствовед Алла Русакова называла картину «одним из самых интимных, душевных и обаятельных произведений» художницы^[11] и писала, что в области детского портрета эта картина осталась «классическим образцом не только живописного, но и человеческого — материнского мироощущения»^[27].

Художник и критик Александр Бенуа в 1932 году писал, что «в детских и женских портретах Серебрякова не знает себе соперников»^[29]. В опубликованной в 1973 году книге, посвящённой творчеству художницы, искусствовед Алексей Савинов отмечал, что «не меньшее, чем в пейзаже, зрелое мастерство сказалось и в дальнейших портретных работах Серебряковой десятых годов», в число которых входит и «много раз воспроизводившийся и хорошо знакомый портрет детей — „За завтраком“»^[30].

Искусствовед Ида Гофман ставила картину «За завтраком» в один ряд с такими детскими портретами, как «Девочка и фарфор» Александра Головина и «Портрет Вари Адоратской» Николая Фешина. В книге, изданной в 1978 году, Гофман отмечала декоративность этих картин, а также сходный мотив — «дети и красочный натюрморт на столе», который, однако, решён художниками по-разному. В частности, в живой сцене за столом, изображённой Серебряковой, натюрморт придаёт картине конкретность и непосредственность, «все вещи существуют для детей», «они держат их в руках, едят из них», в обращении с этими предметами «раскрываются детские темпераменты, характеры, возрастные особенности»^[31].

В монографии о Серебряковой, изданной в 1979 году, искусствовед Валентина Князева писала, что групповой портрет детей, изначально известный под названием «За обедом», — «это не просто портрет, а портрет-картина». По словам Князевой, выбор жанрового мотива позволил Серебряковой «показать детей в активном состоянии, выявить их разные психологические состояния, избежать „позирования“», а тонкое понимание особенностей детской психологии дало художнице возможность передать индивидуальный характер каждого ребёнка^[3]. Отмечая тщательную проработку натюрмортных деталей — ещё в большей мере, чем в автопортрете «За туалетом» (1909) и «Портрете О. К. Лансере» (1910), Князева писала, что в полотне «За обедом» Серебрякова «стремится к лепке формы светом и тенью, к передаче тончайших оттенков света, к чёткому рисунку»; картина несёт в себе «поэзию повседневного, земного»^[28].

Искусствовед Елена-Флоренс Васютинская писала, что картину «За завтраком», созданную в 1914 году «художницей искромётного таланта» Зинаидой Серебряковой, можно считать «апофеозом изображения счастливого детства» того времени, которое было «началом конца не только двухвековой эпохи русского детства, но и великой страны»^[32]. По словам Васютинской, это полотно представляет собой «действительно полнокровный и полноценный образ счастливого детства, согретого родительской любовью»^[33], а «преображению столь бесхитростного уголка жизни в подлинную драгоценность» в значительной мере способствовало «ярко выраженное женское начало» творчества Серебряковой. Васютинская отмечала, что на картине изображены «красивые дети с бегло, но точно намеченными характерами, любовно написанная столовая посуда, среди которой узнаваема каждая вещь — многие из них и поныне живут в наших домах»^[32].

Искусствовед Гульназ Амирова отмечала, что в детских портретах Серебряковой, к которым относится и картина «За обедом» («За завтраком»), отчётливо видны отзвуки традиций живописи Алексея Венецианова и его последователей, в которой «уютный домашний интерьер и натюрморт являются неотъемлемыми элементами образа»^[34]. По словам искусствоведа Павла Павлинова, групповой портрет детей «За завтраком», «восхищающий посетителей Третьяковской галереи», является самым необычным из портретов, исполненных Серебряковой в 1914—1917 годах^[35].

В книге о жизни и творчестве Серебряковой, изданной в 2008 году в серии «Жизнь замечательных людей», искусствовед Алла Русакова называла картину «За обедом» («За завтраком») «одним из самых интимных, душевных и обаятельных произведений» художницы^[11]. Русакова писала, что это полотно является не только хорошо исполненным групповым портретом, но и «подлинной картиной» — как с точки зрения композиции и колористического решения, так и «по удивительно искреннему и безусловному образному воплощению Детства»^[2]. По словам Русаковой, в области детского портрета эта картина осталась «классическим образцом не только живописного, но и человеческого — материнского мироощущения», и она открыла «целое направление в последующем творчестве Серебряковой»^[27].