Диалекты эрзянского языка

По предположению лингвиста А. П. Феоктистова, формирование диалектов эрзянского языка завершилось в XVIII веке^[1]. Однако первые диалектные образцы лексических и текстовых материалов эрзянского языка были зафиксированы ещё в XVII веке, в частности, в трудах Н. Витсена, Ф. И. Страленберга, Г. Ф. Миллера, И. И. Лепёхина, П. С. Палласа, И. Э. Фишера, И. П. Фалька, И. Г. Георги и других^[2].

Большое значение для развития эрзянской диалектологии имела фундаментальная работа академика А. А. Шахматова «Мордовский этнографический сборник», в который, кроме устного народного творчества эрзян, также было включено приложение с фонетическим и морфологическим очерком о двух говорах той местности, где был собран материал^[3].

Первую попытку классифицировать эрзянские диалекты сделал профессор М. Е. Евсевьев. В своём труде «Основы мордовской грамматики» он выделил четыре диалектные группы говоров^[4]:

• говоры эрзян Темниковского уезда Тамбовской губернии;
• говоры эрзян Ардатовского уезда Симбирской губернии;
• говоры эрзян Сергачского и Лукояновского уездов Нижегородской губернии;
• говоры эрзян Алатырского и Курмышского уездов Симбирской губернии.

Основоположником научной классификации эрзянских диалектов является Д. В. Бубрих^[5], который впервые систематизировал их на основе фонетических признаков. Данная классификация сохраняет статус общепринятой в современном финно-угроведении. Бубрих выделил три диалектных типа^[6]: простейший, прогрессивно-ассимиляторный и регрессивно-ассимиляторный. Мордовский языковед Н. Ф. Цыганов развил его систему, предложив 5 диалектных типов^[4]:

• укающий (шокшинский);
• окающий (простейший);
• укающе-окающий (прогрессивно-ассимиляторный);
• акающий (редуцированный);
• окающе-укающий (регрессивно-ассимиляторный).

Впервые, опираясь не только на фонетические признаки, но также и на морфологические особенности с учетом территориального аспекта, финно-угровед Д. В. Цыганкин предложил рассматривать четыре диалекта: центральный, западный, северо-западный, юго-восточный. На основе этой классификации Г. И. Ермушкин выделил дополнительный пятый — дракинско-теньгушевский, который Феоктистов позже назовёт смешанным, или шокшинским, диалектом^[2].

Классификация эрзянских диалектов проводится преимущественно по фонетическому принципу. По признаку зависимости качества гласных непервых слогов от качества гласного первого слога диалекты объединяются в три типа:

• прогрессивно-ассимиляторный (/kudu/ «дом» — /moro/ «песня», но /kizi/ «лето» — /t’ese/ «здесь» и т. д.);
• регрессивно-ассимиляторный (/kunsulan/ «слышу» — /kunsolok/ «слушай»; /kunsuli/ «слышит» — /kunsolozo/ «пусть слушает»);
• простейший тип; подразделяется на окающие и укающие говоры (/todov/ «подушка» — /tumu/ «дуб»).

Современная классификация эрзянских диалектов, кроме фонетических, опирается и на морфологические критерии и выделяет пять типов:

• Центральный диалект — распространён в центре Восточной Мордовии (Атяшевский, Чамзинский и частично Ичалковский районы).
• Западный (приинсарский) диалект — распространён по нижнему течению реки Инсар.
• Северо-западный (приалатырский) диалект — распространён в междуречье Алатырь-Меня, а также в нижнем течении реки Алатырь. В эту диалектную зону входит территория Ардатовского и Большеигнатовского районов Мордовии и соседних Алатырского и Порецкого районов Чувашии.
• Юго-восточный (присурский) диалект — распространён в междуречье притоков Суры (Большеберезниковский, Дубенский и частично Кочкуровский районы Мордовии). На северо-востоке с этим диалектом граничит зона переходных говоров с чертами говоров центрального диалекта.
• Шокшинский (изолированный) диалект — распространён на северо-западе Мордовии в Теньгушевском районе. Диалект исторически оказался в изоляции от других эрзянских говоров, будучи в окружении мокшанских диалектов. Влияние мокшанского образовало целый ряд фонетико-морфологических особенностей.

Однако устойчивой диалектной базы язык не имеет. Границы диалектов проводятся, в основном, по берегам рек.

За основу эрзянского литературного языка был взят диалект села Козловки Атяшевского района Республики Мордовия.

По мнению известного финно-угроведа А. М. Шаронова, исчезнувший мерянский язык был диалектом эрзянского языка^[7], однако это мнение не имеет широкой научной поддержки.