Джиен

У башкир

Первоначально Йыйын являлся органом самоуправления рода или племени, представляя собой народное собрание. В зависимости от масштаба они разделялись на:

• Общенациональные — на которые приглашались уполномоченные представители всех башкирских дорог, волостей, племён и родов.
• Территориальные (родоплеменные) — в которых принимали участие все взрослые мужчины конкретного рода или племени (совет аксакалов).

На этих собраниях решались ключевые вопросы жизнедеятельности общины: объявление войны и заключение мира, соблюдение норм обычного права (адата) и шариата, урегулирование внутренних и межплеменных споров, а также семейно-брачных отношений (включая вопросы барымты и карымты). Кроме того, на Йыйыне определялись и уточнялись границы вотчинных земель, кочевые маршруты, распределялись пастбища, лесные, бортевые, сенокосные и рыбные угодья. Здесь же избирались, утверждались и назначались родоплеменные предводители, старшины, старосты и делегаты на общебашкирские курултаи. После вхождения Башкортостана в состав Русского государства административные функции собраний стали постепенно ограничиваться. Тем не менее в период башкирских восстаний XVII—XVIII веков Йыйыны регулярно созывались для координации действий: на них принимались решения о продолжении или прекращении сопротивления, избирались военные предводители и рассматривались предложения царского правительства.

В ходе подавления восстания 1735—1740 годов российскими властями были изданы указы от 11 февраля 1736 года, строго регламентировавшие проведение собраний. С этого момента Йыйын разрешалось проводить лишь один раз в год в строго определённом месте — около реки Ламьян (бассейн реки Белой) и исключительно в присутствии представителей государственной администрации. Организаторы были обязаны заранее подавать воеводе список планируемых к обсуждению вопросов и получать официальное разрешение. Из повестки полностью исключались политические и экономические темы, из-за чего характер съездов сместился в сторону развлекательной части, а в ряде регионов изменились и названия (майдан, байге, сабантуй). С введением кантонной системы управления в 1798 году политические собрания башкир оказались под полным запретом, а Йыйын окончательно трансформировался в исключительно народный праздник^[1].

У казанских татар

В раннефеодальный период у булгар — древних предков казанских татар — действовал территориально-окраинный принцип социальной организации, опиравшийся на коллективную собственность на землю. Жители нескольких (иногда более десяти) соседних селений, связанных патронимией (архаичной формой большого родственного коллектива), объединялись в так называемый джиенный округ. Округ получал название по «головному» (главному) селу, которое выступало центром всей общественной жизни. В этом селе проводились советы старейшин, общие сходы и организовывался праздник джиен. В свою очередь, от 3 до 20 таких округов формировали более крупные экономические и культурные ячейки — «конфедерации джиенных округов», центры которых чаще всего совпадали с центрами феодальных округов. Кровно-родственные и экономические основы джиенной организации постепенно подрывались по мере ликвидации феодальной раздробленности, а после завоевания Казанского ханства в 1552 году и развития товарно-денежных отношений этот процесс ускорился. Древнеродовая община трансформировалась в сельскую общину, при этом социально-организационная роль джиена угасала, а культурно-бытовое и торговое значение головных сёл росло — они становились местами крупных ярмарок^[2].

К началу XIX века национальная замкнутость джиенных округов ослабла, и в празднествах татар стали принимать участие соседние народы (русские, чуваши, марийцы, удмурты). У кряшен и в районах позднего переселения татар (XIV—XVII вв., включая Северо-Западную Башкирию и восток Татарстана) джиен нередко приурочивался к христианским праздникам, получая соответствующие названия: Петрау Джиен, Троица Джиен, Тихон Джиен. В исконных же ареалах, например в Заказанье, традиционный сценарий праздника и родственно-общинные связи сохранялись значительно дольше. Традиционная форма джиенных объединений у казанских татар просуществовала до начала 1930-х годов, после чего джиен постепенно растворился в Сабантуе^[3].

Марийский Дийын

Под сильным этнокультурным влиянием башкир и татар у икско-сюньской группы восточных марийцев (проживающих в Шаранском, Бакалинском и других районах Башкортостана, а также на востоке Татарстана) сформировался собственный праздник Дийы́н. Название праздника представляет собой адаптированный тюркский термин.

Особенности марийского Дийына:

• Торговля и гостевание: В крупные марийские деревни съезжались торговцы на лошадях с сундуками товаров, ярмарки длились по 2-3 дня. Праздник обычно начинался в пятницу и заканчивался в воскресенье (гости заезжали в четверг, а разъезжались в понедельник). Принимать родственников, особенно замужних дочерей с семьями, считалось священной обязанностью. Гостей угощали, водили в баню и устраивали пышные званые обеды, переходившие от одного соседа к другому.
• Молодёжные игрища: Проводились катания на украшенных подводах по большому кругу с песнями и гармонью, внутри которого молодёжь водила хороводы. Праздник служил ключевым местом для знакомства юношей и девушек и создания будущих семей.
• Поочередность: Празднование переходило от одной группы деревень к другой в течение 4-5 недель с конца июня.

В советские годы (в период НЭПа) традиционный марийский праздник в Шаранском районе официально именовался «Ленинским кооперативным праздником» и использовался властями для стимулирования сельской кооперации и товарообмена. В ряде марийских деревень (Акбарисово, Куртутелево) Дийын до сих пор привязан к Международному дню кооперации^[4].

Традиционно праздник проводился в весенне-летний период — после завершения сева и до начала сенокоса или уборки урожая (обычно с конца мая до июля). Празднование организовывалось на просторных полянах или возвышенностях.

В советский период (1920—1930-е годы) традиция проведения джиенов у татар и башкир практически угасла, во многом слившись с Сабантуем. Однако начиная с 1990-х годов в Республике Башкортостан и местах компактного проживания башкир в других регионах России началось активное возрождение традиции проведения йыйынов как праздников народного творчества и культурно-спортивных фестивалей. У приуральских марийцев Башкортостана Дийын аутентично сохранился до наших дней в форме массовых молодёжных гуляний на открытом воздухе с торговлей и эстрадными дискотеками. Он признан ценным примером межкультурного взаимодействия в полиэтничной среде, выполняющим важную этноконсолидирующую роль в сохранении марийского языка, фольклора и традиций.

В настоящее время в Татарстане, Башкортостане, Тюменской и Оренбургской областях возрождается традиция проведения джиенов. Каждое лето в 20 км от Тобольска проходит «Искер җыены». Мероприятие это очень похоже на татарстанский «Изге Болгар җыены». Татары Тюменской области съезжаются на территорию бывшей столицы Сибирского ханства, чтобы почтить память своих предков, помолиться за них, вспомнить свою историю^[2][1].