Генеральный прокурор Израиля

Генеральный прокурор прерогативно является:^[2]

1. главой системы государственного обвинения;
2. представителем государства во всех судебных разбирательствах;
3. главным юрисконсультом Кабинета министров;
4. представителем общественных интересов в любом правовом вопросе.

В 1997 году была создана комиссия под председательством бывшего председателя Верховного суда Израиля Меира Шамгара для изучения возможностей будущего законодательства по вопросу о генеральном прокурор и было рекомендовано изменить официальное название должности с «юрисконсульта правительства» на «главного юридического советника», чтобы отразить его ответственность за обеспечение верховенства закона во всех ветвях власти, а не только в качестве советника самого правительства по вопросам права. Комиссия рекомендовала, чтобы советник назначался Кабинетом министров в соответствии с рекомендациями общественной комиссии, в которую войдут пять членов: судья Верховного суда в отставке, бывший министр юстиции или генеральный прокурор, член Кнессета, которого выберет комитет Кнессета по конституционным вопросам, адвокат, которого выберет Национальный совет, и эксперт по правовым вопросам в области гражданского и уголовного права, которого выберут руководители университета юридических школ в Израиле — для того, чтобы обеспечить выбор подходящего человека, который обладает соответствующей квалификацией для работы. Эта рекомендация относительно комитета по отбору была принята в августе 2000 года, но рекомендация относительно названия должности не была принята.

Обычно решение о том, кого выбрать на должность юрисконсульта из списка кандидатов, рекомендованных общественной комиссией, принимает министр юстиции, выбор которого доводится до одобрения Кабинетом министров, который обычно утверждает назначение.

То, как Генеральный прокурор выполняет обязанности, в значительной степени зависит от личности человека, занимающего эту должность. Двое юрисконсультов, Аарон Барак и Ицхак Замир, назначенные на эту должность из академических кругов, отличались решительностью, которую они демонстрировали для защиты верховенства закона в Израиле, даже когда их идеи противоречили идеям Кабинета министров.

Известно и то, что впервые в истории Авихай Мандельблит в 2020—2021 совмещал работу в Генеральной прокуратуре и Кабинете министров с должностью Государственного прокурора Израиля.

• заместитель генерального прокурора для консультаций
• заместитель генерального прокурора по законодательству
• заместитель генерального прокурора по вопросам еврейского права
• заместитель генерального прокурора по особым поручениям
• заместитель генерального прокурора по гражданским делам
• заместитель генерального прокурора по уголовным делам
• заместитель генерального прокурора по финансово-экономическим вопросам

№	Фото	Имя	Годы жизни	Срок	Примечания
1		Яаков Шапира	1902—1993	1948—1950
2		Хаим Коэн	1911—2002	1950—1960
3		Гидеон Хаузнер	1915—1990	1960—1963
4		Моше Бен-Зэев	1911—1995	1963—1968
5		Меир Шамгар	1925—2019	1968—1975
6		Аарон Барак	род. 1936	1975—1978
7		Ицхак Замир	род. 1931	1978—1986
8		Йосеф Хариш	1923—2013	1986—1993
9		Михаэль Бен-Яир	род. 1942	1993—1997
10		Рони Бар-Он	род. 1948	1997
11		Эльяким Рубинштейн	род. 1947	1997—2004
12		Менахем Мазуз	род. 1955	2004—2010
13		Йехуда Вайнштейн	род. 1944	2010—2016
14		Авихай Мандельблит	род. 1963	2016—2022	Совмещал с должностью и.о. Государственного прокурора Израиля в 2020—2021 годах.
15		Гали Бахарав-Миара	род. 1959	2022—наст.вр.	Первая женщина в должности

Положение обязательного консультирования и представительской монополии в Израиле является исключительным и даже уникальным по мировым стандартам. Доктор Эйтан Левонтин об этом однажды сказал:

^[3].

Напротив, в Великобритании, США, Канаде и Германии генеральный прокурор – или параллельная фигура – это политическая роль, аналогичная министру, а в некоторых странах фактически является министром правительства. Таким образом, они не имеют права связывать правительство со своими позициями, правительство может действовать вразрез с их позициями, правительство уполномочено диктовать генеральному прокурору позицию для представления в судах и ему запрещено составлять юридические заключения без запроса правительства^[4].