Борис Василькович

Монгольский поход в Северо-Восточную Русь в 1237—1238 гг. не затронул Ростовское княжество, и оно становится средоточием церковной и общественной жизни Северо-Восточной Руси^[3].

В 1243—1246 годах все русские князья признают вассальную зависимость от правителей Улуса Джучи (Золотой Орды) и как следствие от Монгольской империи. В 1243 г. великий князь Владимирский Ярослав Всеволодович направляется в ставку Батыя, где получает ярлык на Владимирское и судя по всему Киевское княжение, и признаётся его старшинство над русскими князьями.

Ростовский княжеский дом, состоящий из трёх братьев, — Ростовского князя Василько, Ярославского князя Всеволода и Угличского князя Владимира — в битве на Сити понёс значительные потери. Погибли два старших брата Василько и Всеволод, а в живых остался только младший, Угличский князь Владимир. На ростовский и ярославский престолы взошли дети погибших князей. Из взрослых в Ростовском княжеском доме остался только двадцатичетырехлетний князь младшего угличского удела — Владимир.

Князь Ярослав Всеволодович, получив главенство на Руси, вероятно, начал властно осуществлять свои полномочия и, в первую очередь, в пределах Владимирского княжества, к которому относился Ростовский удел и его части^[4].

Именно тогда князья Ростовского дома решили также получить ярлыки на свои владения у Батыя, подчиняясь напрямую более высокому по статусу правителю, которым был ордынский хан, и выйти из-под юрисдикции Владимирского князя^[4]. В 1244 году единственный взрослый князь Ростовского дома князь Угличский Владимир со своими племянниками князем Ростовским Борисом (13 лет), князем Белозерским Глебом (7 лет) и князем Ярославским Василием (15 лет) поехали в Орду, где признали свою вассальную зависимость от правителей Улуса Джучи, и получили от хана Батыя ярлыки на правление своими княжествами.

В 1245 году из столицы Монгольской Империи Карокорума возвращается сын Владимирского князя Константин. После этого в ставку Батыя отправилась представительная княжеская делегация, состоявшая из Ярослава Киевского и Владимирского, его братьев Святослава Суздальского, Ивана Стародубского, князей ростовского дома: Владимира Угличского, Бориса Ростовского, Глеба Белозерского и Василия Ярославского. То есть практически все князья Северо-Восточной Руси отправились в степь. Кроме того, именно в 1245 г. в Орду был вызван Даниил Романович Галицкий и, по всей вероятности, Михаил Всеволодович Черниговский[7].

Это масштабное событие, завершающее некий этап переговорного процесса, в который был включён весь административный аппарат как Владимиро-Суздальской Руси, так и Монгольской империи, завершило процесс включения Руси в состав Джучиева Улуса Монгольской Империи. В этом же 1245 году происходит общерусская перепись, систематизирующая налоговые выплаты и воинскую повинность^[7].

В 1246 году присутствовал при мученической гибели в Орде своего деда — великого князя Михаила Всеволодовича Черниговского^[9].

3 мая 1253 года при князе в Ростове епископ Кирилл освящает церковь во имя свв. Бориса и Глеба.

В 1256—1258 гг. Борис, узнав о намерении татар обложить данью Северную Русь, подобно Южной, едет в орду с подношениями, чтобы облегчить это бремя.

Зимой 1259/1260 г. князь вместе с епископом Кириллом торжественно принимает в Ростове Великого князя Владимирского Александра Ярославича Невского.

В 1261 г. вместе с другими князьями назначает Богоявленского архимандрита Игнатия в качестве помощника епископу Кириллу.

Летом 1277 г. Борис вместе с семьёй и другими князьями направляется в Орду для участия в походе хана Менгу-Тимура на яссов.

16 сентября 1277 года он там умирает; его тело перевозится родственниками в Ростов и погребается в соборной церкви Успения Св. Богородицы^[10].