Боборыкин, Фёдор Васильевич

В Смутное время в России Кинешма не присягнула на верность самозванцу Лжедмитрию II, а поддержала законного царя Василия Шуйского. Священник и историк Иоанн Альтовский так писал о тех событиях:

Под предводительством Фёдора Боборыкина кинешемцы организовали поход по территории будущей Ивановской области. Они выбили из Шуи суздальского воеводу Плещеева, вставшего на сторону поляков и освободили Лух^[3].

11 (21) февраля 1609 года под селом Дуниловом народное ополчение под командованием воеводы Фёдора Боборыкина разбило отряд изменников во главе с суздальским воеводой Фёдором Плещеевым.

Фёдор Плещеев писал по поводу тех событий в своём донесении в Тушино^[4]:

Кинешемское ополчение совершило подвиг в завязавшемся 26 мая (5 июня по новому стилю) 1609 года сражении с польско-литовскими интервентами: при численности не более 300 человек оно стойко противостояло войску неприятеля из 2—3 тысяч человек. В ходе сражения ополченцы были разбиты. По одним сведениям, воевода Боборыкин Фёдор Афанасьевич героически погиб, а по другой информации, содержащейся в недавно опубликованном дневнике литовского гетмана Яна Сапеги, был взят в плен и казнён. Тем не менее, героическая оборона Кинешмы не прошла даром. Она стала важным этапом национально-освободительной борьбы русского народа. Неприятелю был нанесен огромный военный урон защитниками города. Самоотверженность и храбрость бойцов ополчения способствовала скорейшему разгрому поляков. Сражение при Кинешме подготовило почву для дальнейшего формирования ополчения, которое под руководством Минина и Пожарского смогло освободить Москву и восстановить российскую государственность.

Сведения, опубликованные в ноябре 2012 года^[5], дают основание полагать, что Боборыкин Фёдор Афанасьевич остался в живых после 26 мая 1609 года, поскольку в 1610 году ему была пожалована вотчина сельцо Дубрава с деревнями и пустошами в Бежецкой и Вердеревской пятине Новгородского уезда размером в 150 четвертей в поле за то, «что против врагов наших польских и литовских людей и русских воров… стоял крепко и мужественно, и многое воровство и храбрость, и службы показал. Голод и наготу и во всем осудении и нужу всякую осадную терпел многое время», то есть в другой формулировке: за «московское сидение» при осаде Москвы поляками во времена царя В. И. Шуйского. В том же источнике приводятся сведения, что воевода Боборыкин Фёдор Васильевич в 1620 году приобрёл за 200 руб. у помещика Татищева Юрия вотчину пустошь Полушкино в с. Горетово Московского стана размером 39 четверти в одном поле^[6]. В 1635—1639 годах воеводы, видимо, уже не было в живых, поскольку его сын Роман Фёдорович Боборыкин распродавал в эти годы доставшиеся в наследство от отца вотчины: пустошь Полушкино — московскому стрелецкому голове П. Красному, а вотчину сельцо Дубрава — вдове княгине М. Хованской. Все совершённые земельные сделки фиксировались в Поместном приказе и записывались в вотчинные книги за новыми владельцами.

В 1989 году улица Жданова в Кинешме была переименована в улицу Воеводы Боборыкина^[7][8].

На центральной площади Кинешмы установлен памятник воеводе Фёдору Боборыкину и ополченцам. Его открытие произошло в день, когда праздновалось четырехсотлетие освобождения Москвы народным ополчением^[9].

Сын Фёдора Васильевича Боборыкина — воевода Роман Фёдорович Боборыкин, первое упоминание о котором при государевом дворе состоялось в 1625 году^[10], основал 17 апреля 1636 город Тамбов как крепость Белгородской засечной черты при слиянии рек Цны и Студенца в Верхоценской волости, в Диком поле для защиты южных рубежей Русского государства в XVII веке от набегов кочевых племён. Ныне имя сына Фёдора Боборыкина носит одна из улиц в северной части Тамбова.