Бадави аль-Джабаль
Мухаммад Сулейман аль-Ахмад (1903, Хаффа, Латакия, Сирия — 19 августа 1981[3], Сирия) — сирийский поэт, известный под псевдонимом Бадави аль-Джабаль. Писал в неоклассическом арабском стиле. По мнению составителя антологий Сальмы Хадры Джайюси, Бадави был «одним из величайших поэтов старой школы»[4].
Биография
Бадави родился в 1903 году[1][2] в алавитской семье в деревне Дифа, недалеко от аль-Хаффы в районе Латакия[1]. Его отец, шейх Сулейман аль-Ахмад, был видным алавитским имамом из племенной конфедерации Кальбия, а в 1919 году работал в Арабской академии языка в Дамаске[5]. Бадави с ранних лет изучал Коран и классическую арабскую поэзию под руководством отца[6][2].
После французской оккупации Сирии по окончании Первой мировой войны Бадави присоединился к восстанию аль-Али, центром которого стали сирийские прибрежные горные районы. Он сражался вместе с людьми Салиха аль-Али, совершая диверсии против французских войск. Он также служил посредником между аль-Али и королём Сирии Фейсалом I. В 1920—1921 годах Бадави много месяцев находился в заключении у французских мандатных властей за участие в сирийском сопротивлении, но в итоге был освобождён из-за юного возраста[1].
Позже он участвовал в Великом сирийском восстании 1925 года, лично возглавляя отряды повстанцев во время ночных рейдов на французские военные контрольно-пропускные пункты[1]. В результате французы назначили за него награду, и он покинул Сирию, отправившись в Ирак. Там он работал учителем арабской литературы в средней школе Багдада. В 1936 году он вернулся в Сирию, где недолго изучал право в Дамаскском университете, прежде чем был арестован властями за свою прежнюю антифранцузскую деятельность. Отбыв год в заключении, он снова переехал в Багдад, чтобы возобновить преподавательскую карьеру[1]. Он стал профессором арабского языка в Багдадском университете. Сообщается, что во время своего пребывания в Ираке он поддерживал попытки Рашида Али освободить Ирак от британского влияния в 1941 году[5].
Поэзия
В начале своей карьеры Бадави рассматривал роль поэта как синоним «общественного представителя общины», по словам эксперта по литературе Реувена Снира[2]. Таким образом, когда он опубликовал свой первый диван (сборник стихов) в Сидоне в 1925 году[2][7], он состоял в основном из традиционных стихов, отражающих политически напряжённую атмосферу того времени и настроения сирийской общественности[2]. Он начал публиковать свои стихи в журналах, базирующихся в Бейруте и Дамаске, в начале 1940-х годов. Его стихи были сосредоточены на романтических арабских стихах и критике состояния сирийской политики. Именно во время работы в журнале Alif Ba'e он получил свой псевдоним Бадави аль-Джабаль («Бедуин с горы») от главы журнала Мидхата Аккаша[8].
Его поэтическим стилем была классическая арабская проза[4], основанная на традициях эпохи Аббасидов[9]. Хотя Бадави отказывался вводить современные арабские формулировки в свою поэзию[8], на его творчество в определённой степени повлиял его современный опыт изгнания, бедности и политической активности[4]. Таким образом, хотя его стихи обычно считаются представителями консервативного жанра, его творчество вышло «далеко за рамки простого подражания классическим образцам», по словам Стефана Сперла[9]. По мнению Бадави, включение шир хурр (свободного стиха) в современную арабскую поэзию является ненужным нововведением, утверждая, что классическая арабская форма является удовлетворительным средством выражения в наши дни[2]. Он вообще не считал свободный стих поэзией, а скорее совершенно другой формой литературы, настаивая на том, что в конечном итоге арабские поэты вернутся к классической традиции[10].
Литературные влияния суфиев, в частности Ибн аль-Фарида, сильно повлияли на более поздние работы Бадави. Он верил, что, исследуя собственное сердце, можно найти «красоту своего Бога и испить вино Его знания и любви»[2]. В отличие от большинства арабских поэтов его поколения, творчество Бадави оставалось прочно укоренённым в классической традиции[11]. Он принадлежал к неоклассической школе арабских поэтов, в которую входил Ахмед Шауки. По словам Джайюси, Бадави «превзошёл всех своих неоклассических современников... своей способностью достигать универсальности, приходить к поэтическому моменту, в котором сливаются фактическое и метафизическое». Его поэзия часто выражала постоянное одиночество, неутолимую жажду и дурное предчувствие, которые отражали события его жизни в реальном времени и большую часть арабского населения, но по своей природе были абстрактными[12].
Поэзия Бадави также отражала степень автоматизма, о чём свидетельствует момент во время одной из его парламентских кампаний в 1950-х годах, когда толпа сторонников собралась, чтобы послушать, как он говорит о своих политических целях. Вместо того чтобы сразу обратиться к толпе, он заперся в кабинете и написал мистическое стихотворение о любви под названием Священное пламя, которое затем прочитал толпе[12].
Примечания
Литература
- Al-Badawi, Jabal // Who's Who in Twentieth Century World Poetry. — Routledge, 2005. — ISBN 9781134713769.
- Trends and Movements in Modern Arabic Poetry. — BRILL, 1977. — Т. 2. — ISBN 9789004049208.
- Modern Arabic Poetry: An Anthology. — Columbia University Press, 1987. — ISBN 9780231052733.
- Steel & Silk: Men and Women who Shaped Syria 1900–2000. — Cune Press, 2006. — ISBN 9781885942401.
- Asad: The Struggle for the Middle East. — University of California Press, 1990. — ISBN 9780520069763.
- Badawi al-Jabal (1907–1981) // Encyclopedia of Arabic Literature. — Taylor & Francis, 1998. — Т. 1. — ISBN 9780415185714.
- Qasida poetry in Islamic Asia and Africa: Eulogy's Bounty, Meaning's Abundance, an Anthology. — BRILL, 1996. — Т. 2. — ISBN 9789004103870.
- Palestine and Modern Arab Poetry. — Zed Books, 1984. — ISBN 9780862322380.
