Анжуман, Надия

В 1980 году Надия Анжуман Херави родилась в городе Герат на северо-западе Афганистана. В семье было шестеро детей. Её детство пришлось на один из периодов волнений в Афганистане. В сентябре 1995 года талибы захватили Герат и свергли тогдашнего губернатора провинции Исмаила Хана. С приходом к власти нового правительства «Талибана» женщинам резко ограничили свободу. Анжуман, одарённая ученица десятого класса, столкнулась с будущим без надежды на образование, поскольку талибы закрыли школы для девочек и отказали в любом обучении ей и её сверстницам.

Анжуман сплотилась с другими местными женщинами и начала посещать подпольный образовательный кружок под названием «Школа шитья Золотой иглы», организованный молодыми женщинами под руководством профессора Университета Герата Мухаммеда Али Рахьяба в 1996 году. Члены кружка «Золотая игла» собирались три раза в неделю под видом обучения шитью (практика, одобренная правительством талибов), в то время как на самом деле встречи позволяли им слушать лекции профессоров Университета Герата и вести дискуссии по литературе. В случае если их раскрыли бы, вероятным наказанием было бы тюремное заключение, пытки и, возможно, повешение. Чтобы обезопасить себя, участницы заставляли своих детей играть снаружи здания и выполнять роль наблюдателей. Дети предупреждали женщин о приближении религиозной полиции, после чего студентки прятали свои книги и брались за рукоделие. Программа продолжалась в течение всего периода правления талибов^[1].

Школа «Золотая игла» была не единственной творческой отдушиной Анжуман, пока у власти был «Талибан». Она решила обратиться к профессору Рахьябу в надежде на то, что он станет её наставником в литературе. В то время, когда женщинам не разрешалось покидать свои дома в одиночестве, Рахьяб стал наставлять 16-летнюю Анжуман и помог ей обрести навык письма, который вскоре завоюет тысячи читателей. Он также познакомил её со многими писателями, которые сильно повлияли на её творчество, включая Хафиза Ширази, Биделя Дехлави, Форуг Фаррохзад и другими.

Жители города Герат страдали от правления талибов в течение шести лет, пока США не развернули операцию, которая закончилась свержением режима талибов. Анжуман был 21 год, и, поскольку она теперь могла получить образование, она подала заявление и в 2002 году была принята в Университет Герата, на факультет литературы и языков фарси^[2].

В 2005 году, будучи студенткой университета в Герате, она опубликовала сборник своих стихотворений «Дымный цветок» (Gul-e-dodi), ставший популярным как в Афганистане, так и в соседних Иране и Пакистане.

Муж Анжуман, Фарид Ахмад Маджид Нейа, окончил Университет Герата по специальности «литература» и возглавил библиотеку. Друзья и сторонники Анжуман полагают, что Нейа и его семья считали стихи Анжуман позором для своей репутации. Несмотря на это, Анжуман собиралась опубликовать второй том стихов под названием Yek sàbad délhoreh («Изобилие тревог»), в который вошли стихи, выражающие её чувства изоляции и печали относительно её семейной жизни.

4 ноября 2005 года Анжуман и её муж поссорились. По словам Нейа, Анжуман хотела навестить семью и друзей, что было обычной практикой во время Ид аль-Фитр (последний день священного месяца Рамадан). Нейа сказал, что он не позволит ей навещать сестру. Анжуман запротестовала, и они начали драться. В ту ночь Нейа избивал Анжуман до тех пор, пока та не потеряла сознание^[3], получив серьёзные ушибы и порезы на голове. Несколько часов спустя, когда Анжуман, по-видимому, всё ещё была без сознания, Нейа доставил её в больницу на рикше. Водитель позже сказал властям, что Анжуман уже была мертва, когда Нейа положил её тело в его повозку. Вскоре после этого старший офицер полиции Нисар Ахмад Пайкар заявил, что Нейа признался в избиении Анжуман после ссоры, но не в убийстве. Вместо этого Нейа утверждал, что Анжуман приняла яд и призналась в этом перед смертью^[4].

Сообщается, что Анжуман рвало кровью после того, как она потеряла сознание, что, по мнению врачей, которое они позже выразили, было наиболее вероятной причиной смерти. Нейа утверждал, что Анжуман приняла яд после их ссоры и попросила его рассказать семье и друзьям, что она умерла от сердечного приступа. Нейа и его семья запретили врачам проводить вскрытие, поэтому не было обнаружено окончательных доказательств фактической причины смерти. Нейа и его мать были арестованы за возможное убийство Анжуман^[5].

Нейа был признан виновным в убийстве Анжуман, за что был заключён в тюрьму. Старейшины племени в Герате начали оказывать давление на больного отца Анжуман, чтобы тот простил Нейа за её смерть и тюремный срок Нейа сократился бы. После обещания, что Нейа останется в тюрьме в течение пяти лет, отец Анжуман уступил. Смерть Анжуман была официально признана самоубийством афганскими судами, и Нейа был освобождён всего через месяц. Её отец вскоре после этого умер от шока, по словам брата Анжуман^[6].

У Анжуман остался шестимесячный сын, который попал под опеку Нейа.

Вскоре после убийства Организация Объединённых Наций осудила это деяние^[3]. Её представитель Адриан Эдвардс сказал, что «смерть Надии Анжуман, как сообщалось, действительно трагична и является большой утратой для Афганистана … Её необходимо расследовать, и любой виновный должен быть привлечён к ответственности в надлежащем суде»^[7]. Старший офицер полиции Пайкар подтвердил, что мужу Анжуман действительно были предъявлены обвинения. По словам друзей и родственников, Надия Анжуман, по-видимому, позорила семью мужа своими стихами, в которых описывалось угнетение афганских женщин.

Оба сборника стихотворений Анжуман, Gul-e-dodi и Yek sàbad délhoreh, первоначально были опубликованы в Афганистане. Gul-e-dodi трижды переиздавался в Афганистане и был продан тиражом более 3000 экземпляров.

Диана Артериан^[8] в сотрудничестве с Мариной Омар перевела несколько стихотворений Надии Анжуман на английский язык. Выдержки появились в журналах Asymptote^[9], The Brooklyn Rail^[10], Circumference^[11], Exchanges и др.

Подборка стихов Надии Анжуман в английском переводе представлена в книге Load Poems Like Guns: Women’s Poetry from Herat. В книгу вошли стихотворения восьми афганских женщин-поэтов, включая Анжуман, на фарси и английском языках. Во введении подробно рассказывается история жизни и смерти Анжуман, основанная на интервью с семьёй, друзьями, одноклассниками и профессорами поэтессы.

Кристина Контилли, Инес Скарполо и М. Бадихиан Амир перевели работы Анжуман на итальянский язык в книге под названием Elegia per Nadia Anjuman, опубликованной Edizioni Carte e Penna (Турин, Италия, 2006 год).