Ангел (фильм, 2018)

Египетский дипломат и зять президента Насера, Ашраф Марван, разочаровывается в политике тестя и решает сотрудничать с израильским Моссадом. Он становится двойным агентом под псевдонимом «Ангел». Его информация помогает предотвратить теракт в Риме, но два предупреждения о египетском вторжении оказываются ложными. На третий раз, во время Йом-Кипура, Ашраф сознательно советует президенту Садату начать войну, чтобы вынудить Израиль пойти на мирные переговоры. В результате военного пата рождается мирный договор, Египет возвращает Синай, а лидеры получают Нобелевскую премию. Сам Ашраф погибает при загадочных обстоятельствах, оставаясь национальным героем обеих стран.

Фильм основан на книге «Ангел: Египетский шпион, спасший Израиль» (англ. The Angel: The Egyptian Spy Who Saved Israel), которую Ури Бар-Джозеф опубликовал в 2010 году на иврите под названием Hamal'ach в издательстве Kinneret Zmora-Bitan Dvir, а в 2016 году представил более широкой аудитории на английском языке в издательстве HarperCollins. Из-за арабской версии книги египетский издатель Халед Лотфи в конце декабря 2019 года был приговорён к пяти годам тюремного заключения^[2]. Египетский суд счёл доказанным, что издательство, опубликовав книгу, раскрыло военные тайны^[2].

5 мая 2017 года было объявлено, что Марван Кензари исполнит главную роль^[3]. Актёрский состав остальных ролей был объявлен 25 июля 2017 года^[4].

Съёмки начались в начале июля 2017 года в Лондоне^[3]. Дополнительные съёмки проходили в Великобритании, Болгарии и Марокко^[3][4].

Первоначально релиз был запланирован на 15 июня 2018 года, но в итоге состоялся всего на несколько недель позже, 14 сентября 2018 года^[5][1].

Роль Дианы Эллис, которую сыграла Ханна Уэр, имеет сходство с образом жизни Дианы Дорс^[6].

Египетские зрители раскритиковали «псевдоегипетскую тарабарщину» в оригинальном озвучивании большинства израильских актёров.

Немецкоязычный дубляж был создан компанией Berliner Synchron по сценарию Энне Трёстер, а режиссёром дубляжа выступил Джеффри Виппрехт.

Йоханнес Хабермель пишет для Die Welt, что фильм представляет собой «захватывающий шпионский триллер»^[7]. В качестве мотива для контакта Марвана с Моссадом его финансовые трудности играют такую же роль, как и тот факт, что он чувствует себя «униженным дистанцией, которую держал его тесть [и президент Гамаль Абдель Насер]» — «по крайней мере, так это показывает постановка Netflix»^[7].

Гудрун Харрер резюмирует для Der Standard, что «в „Ангеле“ дьявол кроется в деталях», это «можно прочитать и в восприятии фильма […]»^[8]. Так, в Египте говорят о «систематической фальсификации истории», поскольку постановка, лишь отдалённо ориентирующаяся на биографию Марвана, отказывается характеризовать его «как двойного агента»^[8]. Из исторических фактов в фильме делается «героическая история о шпионе», который «имеет в виду добро — а именно мир»^[8]. Харрер также подчёркивает в качестве мотивов финансовые обстоятельства Марвана и его сложные отношения с тестем^[8].

«Вопрос о мотиве», который побуждает Марвана сотрудничать с Моссадом, «проходит красной нитью через» фильм, однако «[он] не даёт на него однозначного ответа», судит Сауза из OFDb.de. В «во многом аутентично поставленном классическом шпионском триллере» главный герой называет благородные мотивы, «что, однако, не может по-настоящему убедить зрителя». Марван Кензари играет «свою заглавную роль как скорее нерешительного шпиона, не всегда осознающего последствия своих действий» и способен поставить «амбивалентный характер» в центр фильма. В значительной степени «фильм и исторические факты совпадают» в «ленте, часто прыгающей между документалистикой и вымыслом». «Некоторые исторические неточности […] вплоть до очевидных ошибок […] не умаляют аккуратно снятой шпионской истории», хотя «вполне подходящая для сценария дальнейшая жизнь» Марвана в Лондоне в дальнейшем ходе фильма не используется. В целом это «шпионский триллер, ощутимо стремящийся к консенсусу», в котором «арабо-израильский конфликт никогда не углубляется, оба египетских лидера благожелательно нейтральны, а государство Израиль вообще представлено лишь горсткой людей из Моссада», так что «получается относительно мирный взгляд в прошлое на тогдашние события, всё же приведшие к войне». Фильм, задуманный «как полудокументальная лента», который «охватывает лишь 6 более подробно освещённых лет жизни шпиона (1967–1973)», «как байопик хотя и явно слишком короток, но как фильм о секретных агентах работает вполне сносно».

Оливер Армкнехт отметил для film-rezensionen.de, что фильм отказывается «спекулировать» о том, как могли бы выглядеть альтернативные варианты развития истории, которые могли бы произойти из-за отсутствия действий Марвана, а посвящает себя попытке «объяснить реальную историю […]»^[9]. Армкнехт при этом подчёркивает, что вполне «требует объяснения, почему видный член политической элиты выдаёт секреты заклятому врагу»^[9]. «Теория о том, что он на самом деле был двойным агентом, который скорее использовал Израиль, вместо того чтобы хотеть помочь стране, здесь не рассматривается»^[9]. Режиссёру Ариэлю Вромену удаётся «нарисовать образ умного, смелого человека», «который мыслил гораздо более долгосрочно, а также скептически относился к Советскому Союзу»^[9]. В то же время бросается в глаза, что «роль Израиля в конфликте почти не затрагивается», а «фильм полностью концентрируется на одном человеке, который, потерявшись между двумя враждующими государствами, ищет решение»^[9]. Тунисско-нидерландскому актёру Марвану Кензари удаётся «сделать свою роль в равной степени искренней и загадочной»^[9]. Как «классический шпионский триллер», «атмосфера фильма загадочна» и использует «взрывоопасную ситуацию» своего главного героя, «вместо того чтобы делать ставку на экшен-сцены»^[9]. Критически следует отметить, что фильм «явно борется с балансом», вынужденный объяснять историческую подоплёку, прежде чем «будет достигнута собственно тема», и в конечном итоге «многие вопросы» остаются без ответа^[9].

Михаэль Грюнвальд пишет на filmgenuss.com, что «громоздкое немецкое название» и «центральная фигура», которая остаётся «неприступной», указывают на центральную «проблему фильма»^[10]. Фильм «как чистый поставщик фактов содержательно хотя и интересен», но «кинематографически должен бороться за каждую крупицу драматургической субстанции»^[10]. «Определённой харизмы» не хватает главной роли «посреди политической неразберихи»^[10]. Но «история [слишком] сложна, чтобы понять её с нуля», так что попытка «экзотического политического триллера» терпит неудачу из-за того, что «его огромные факты и подоплёка в конечном итоге безнадёжно перегружают его»^[10].

На фестивале LifeArt Festival постановка была удостоена приза жюри (Jury Prize) в категории «Лучший художественный фильм» (Best Feature Film)^[11].