Австралийский совиный козодой

Австралийский совиный козодой был формально описан как Caprimulgus cristatus в 1790 году английским натуралистом Джорджем Шоу на основании экземпляра, собранного в Новом Южном Уэльсе, Австралия^[3]. В том же году вид был описан Джоном Латамом как Caprimulgus novaehollandiae, однако приоритет имеет описание Шоу^[4][5]. Ранее вид относили к отряду Caprimulgiformes, но по современной систематике он включён в отряд Aegotheliformes. Австралийский совиный козодой — один из десяти видов рода Aegotheles, который был выделен в 1827 году натуралистами Николасом Вигорсом и Томасом Хорсфилдом^[6]. Это типовой вид рода^[7]. Видовой эпитет cristatus с латинского означает «хохлатый», «пернатый» или «с хохолком»^[8].

Признаются два подвида:^[6]

• A. c. cristatus (Shaw, 1790) — Транс-Флай (центрально-южная Новая Гвинея), район Порт-Морсби (юго-восточная Новая Гвинея) и Австралия
• A. c. tasmanicus Mathews, 1918 — Тасмания (юго-восточная Австралия)

Австралийский совиный козодой достигает длины 21–25 см^[9], что делает его мелкой или средней по размеру птицей среди совиных козодоев. Оперение сверху серое, грудь белая с поперечными полосами, на голове выражен тёмно-светлый рисунок. Глаза крупные, тёмные, не отражают свет при освещении, в отличие от многих других ночных птиц^[1]. На севере Австралии у самок встречается рыжеватая морфа^[9]. Возможно, у самцов в этом регионе также встречается рыжеватая морфа, но она выражена слабее^[9]. Эта морфа характерна только для северных районов Австралии и не встречается на юго-восточном побережье.^[9] Птенцы покрыты густым белым пухом, который сменяется серым примерно через 10 дней, а затем — ювенильным оперением.^[10] Молодые птицы похожи на взрослых, но имеют больше пятен, более короткие лицевые щетинки и размытые отметины на лице и затылке^[9]. В пустынных популяциях оперение в целом светлее.

Австралийские совиные козодои приспособлены к жизни в открытых лесах: у них более заострённые крылья и крупные лапы, в отличие от большинства других представителей семейства, обитающих в густых лесах (хотя отдельные особи встречаются и в таких местообитаниях в Квинсленде и Новой Гвинее).

У австралийских совиных козодоев летом температура тела выше, а зимой — ниже.^[11] Для борьбы с холодом зимой птицы увеличивают теплоизоляцию за счёт оперения^[11]. Летом они накапливают жировые запасы, которые полностью расходуются к середине зимы^[11]. Австралийские совиные козодои — ночные охотники, и зимой пользуются преимуществом более продолжительной темноты, несмотря на снижение численности членистоногих — основной пищи^[11]. Днём для отдыха выбирают укрытия, прогреваемые солнцем, чтобы снизить энергозатраты на поддержание температуры.^[11]

В жаркую погоду птицы используют испарительное охлаждение для снижения температуры тела. Это достигается за счёт дыхания с открытым клювом и глоточное дрожание. Как ночной вид, австралийский совиный козодой неохотно покидает дневные убежища и не может восполнить потерю влаги, возникшую при дыхании с открытым клювом. Для экономии воды и избегания выхода из убежища у них развита эффективная система терморегуляции, предотвращающая избыточную потерю влаги и обезвоживание, что делает их очень устойчивыми к жаре. Птицы отдыхают в дуплах, что защищает их от прямого воздействия солнца и жары днём; возможно, поэтому они менее устойчивы к жаре, чем родственные виды, отдыхающие на открытых засушливых участках.

Австралийские совиные козодои хорошо известны частым впадением в оцепенение, особенно зимой, когда это происходит почти ежедневно.^[12] Обычно они впадают в оцепенение один раз в сутки, около рассвета, на 3–4 часа; если это происходит дважды, то сначала утром, затем днём или ночью^[12]. Предпочитают отдыхать в дуплах деревьев, но иногда используют скальные полости, которые теплее и стабильнее по температуре^[12]. В одном исследовании птицы, отдыхавшие в скалах, впадали в оцепенение вдвое реже, чем те, что в дуплах деревьев; если же впадали второй раз, то чаще днём, а не ночью^[12]. Обычно оцепенение наступает при температуре воздуха ниже 6,8 °C, но возможно и при температуре до 14,5 °C.^[12]

Оцепенение помогает пережить колебания температуры или нехватку пищи за счёт снижения метаболизма, частоты сердечных сокращений и температуры тела.^[13] В периоды низкой численности членистоногих австралийские совиные козодои чаще впадают в оцепенение, чтобы сэкономить энергию и снизить потребность в пище^[13]. В брачный сезон оцепенение не наблюдается из-за тёплой погоды и обилия корма^[14].

Австралийский совиный козодой широко распространён в Австралии и зависит от наличия дупел, которые использует для отдыха и гнездования^[15]. В Австралии встречается также в пригородах и на пригородных окраинах^[15]. Реки и водоёмы важны для этого вида; исследования показали, что птицы чаще встречаются в районах с водоёмами^[15].

Обитает в различных местообитаниях: открытые леса, маллиевые заросли, тропические леса, иногда мангровые леса, открытые луга и дождевые леса^[16]. В Новой Гвинее обычен в саваннах, а в Австралии предпочитает открытые зрелые леса с эвкалиптами и акациями^[9].

Австралийский совиный козодой часто слышен, но редко виден. Взрослые особи издают несколько основных звуков, описываемых как: «чурр», «крик», «юк», «чо-ок», «шипение», «визг» и другие короткие резкие трещащие ноты.

Птицы предпочитают отдыхать в дуплах деревьев, расположенных ближе к земле и в участках с большим количеством других полостей^[17]. В среднем они перемещаются между местами отдыха на расстояние около 300 м каждые 9 дней и за 6 месяцев используют от 2 до 6 разных полостей^[17]. В том же исследовании отмечено, что птицы обычно отдыхают поодиночке и предпочитают стрингибарк и манна-эвкалипт^[17]. Также встречаются в жёлтом эвкалипте, красном эвкалипте, яблоневом эвкалипте и двух мёртвых деревьях эвкалипта, не определённых до вида^[17] Выбор полости важен, так как птицы проводят в отдыхе более половины времени.^[17] Причины использования дупел для отдыха до конца не ясны, так как многие родственные виды отдыхают открыто на ветвях или на земле.^[17] Среди возможных причин — избегание хищников и эктопаразитов по аналогии с летучими мышами, но необходимы дополнительные исследования.^[17]

Обычно австралийский совиный козодой отдыхает в дуплах и сухостое, но есть случаи отдыха в искусственных сооружениях, например, в лесных шлагбаумах в Тасмании.^[18]. Эти ворота используются для ограничения доступа на частные и коронные земли, и при открытии иногда вспугивают птиц, отдыхавших внутри. Также встречались случаи отдыха в чердаках и дымоходах^[18].

При беспокойстве австралийский совиный козодой обычно ведёт себя тихо и пассивно. Часто в гнездовых ящиках птицы спокойно сидят на яйцах или птенцах, иногда вспархивают при приближении опасности Есть отдельные сообщения о том, что птицы при угрозе прижимаются к поверхности или, наоборот, раздуваются, чтобы казаться крупнее, раскачиваются из стороны в сторону, широко раскрывают клюв, демонстрируя розовую пасть, и шипят. Такое поведение отмечено как у молодых, так и у взрослых особей при беспокойстве во время отдыха или гнездования.

Австралийский совиный козодой — охотник типа «салли», редко кормится на земле.^[2] Охотится почти исключительно ночью, возможно, чтобы снизить риск быть пойманным хищниками. Использует крупные глаза, хороший слух и щетинки у клюва для поиска и захвата добычи^[2]. Питается, ныряя с присады и хватая насекомых в воздухе, на земле или на стволах и ветвях, подобно мухоловкам. Может также ловить добычу на лету. Основу рациона составляют насекомые, особенно жуки, кузнечики и муравьи.

Вид считается «лунарфильным», то есть предпочитает охотиться в лунные ночи, а также сумеречный (активен на рассвете и в сумерках)^[19]. Охотясь в лунные ночи, птицы используют зрение, но подвергаются большему риску быть пойманными другими зрячими хищниками (например, совами)^[19]. Из-за небольших размеров австралийский совиный козодой чаще становится жертвой хищников, поэтому в полнолуние его активность снижается — он охотится только для удовлетворения минимальных энергетических потребностей^[19].

Сам вид становится добычей для других ночных хищников, например, для Macroderma gigas — крупной микрохироптеры, известной как призрачная летучая мышь^[20].

Гнездится преимущественно в дуплах деревьев (или других полостях и трещинах), которые пара устилает листьями. Считается, что частое добавление листьев эвкалипта связано с их инсектицидными свойствами. Пары, вероятно, образуются на всю жизнь^[21], и размножаются с августа по декабрь^[22]. Самка откладывает 3–4 яйца и насиживает их чуть меньше месяца. Оба родителя кормят птенцов, которые покидают гнездо примерно через месяц. Молодые птицы остаются рядом с родителями ещё несколько месяцев после вылета^[23].

Австралийский совиный козодой имеет важное культурное значение для народа Варлпири; считается, что он связан с Курдайча, ритуальным исполнителем казней^[24]. Птицу называют Джарладжиррпи, а её крик, по поверьям, предупреждает о приближении Курдайча^[24].

Люди также устанавливают гнездовые ящики для австралийских совиных козодоев.

Австралийский совиный козодой отличается высокой приспособляемостью и относится к видам, вызывающим наименьшие опасения^[22]. Основные угрозы — лесозаготовка и сплошная вырубка для строительства и получения древесины, что сокращает количество мест для гнездования и отдыха^[22]. Также существует риск хищничества со стороны интродуцированных хищников, таких как лисы и кошки^[22]. Лесные пожары и кустарниковые пожары стали чаще и интенсивнее из-за изменения климата, что представляет серьёзную угрозу для деревьев, используемых для отдыха и гнездования^[22]. Поскольку птицы в основном насекомоядные, пестициды также представляют опасность для их кормовой базы^[22].