Рансьер, Жак

Для политической философии Рансьера характерны ряд ключевых понятий: политика, несогласие, полиция, равенство, постдемократия.

Политика — деятельность, предметом которой является равенство^[4]:486.

Несогласие — непреодолимый конфликт между людьми, который заложен в природе человека и проявляется в речевой ситуации, когда один из собеседников сразу и понимает, и не понимает другого.

Полиция — символическое упорядочивание социального, направленное на определение доли участия или отсутствия участия у каждой части. Понятие восходит к работам Мишеля Фуко 1970-х годов^[5]:41.

Равенство — совокупность практик, направленных на удостоверение равенства кого угодно с кем угодно.

Постдемократия — консенсусная система современности, основанная на тождестве общества и индивида и рассмотрении общества как суммы его частей.

Несогласие — фундаментальный концепт философии Рансьера^[4]:156. Это конфликт между теми, кто говорят одно и то же, но подразумевают разное. Несогласие распространяется не только на слова, но и на ситуацию тех, кто говорит (в этом отличие от понятия «распря» у Лиотара). Сущность несогласия — в непреодолимом конфликте между людьми, который происходит не от недоразумения, недопонимания или злонамеренности, а от изначальной двусмысленности, заложенной в самой природе человека, в разделении логоса на логику и слово^[6].

Рансьер прежде всего различает политику и распространенное понятие политической жизни какого-либо сообщества. Политика в собственным смысле слова есть крайне редкое явление^[5]:40. Она возникает, когда естественный порядок полиции прерван причастностью несогласных (несопричастных). Политика формирует общность какого-либо сообщества как общность. Вне этого никакой политики нет, есть только порядок господства или беспорядок мятежа. В основе политики — кривда, неправота, искривление. С XIX века по настоящее время в рамках либерализма утверждается, что нет никакой «причастности несопричастных», а есть разные социальные группы (умные, глупые), которые суть части целого. Политика не есть отношения и осуществление власти, а есть отношения разных субъектов. Один субъект пытается навязать с помощью языка язык приказа, а другой субъект понимает, что ему лгут, преподнося в качестве общего языка язык власти. Политика по сути есть тяжба по поводу существования самой политики. Единственным предметом политики является равенство, а единственным бытием политики — бытие-между, бытие между идентичностями, между мирами.

Политика предшествует любому типа сообществ и демократии. Демократия не дает проявиться политике в полной мере, поскольку помещает справедливость в форму спора и приводит к «арифметическому» равенству. Демократия есть лишь форма (режим) субъективации политических субъектов, она есть по сути проявление политики и в определенном смысле одно и то же^[4]:458.

Рансьер обращается к истории философской мысли выделяет три «идеальных типа» политики: параполитика, архиполитика, и метаполитика^[4]:402.

Параполитика есть вариант Аристотеля, где проблема равенства решается с помощью управления лучших. Человек, по Аристотелю, обладая логосом, то есть речью, способен различать полезное и вредное, а значит, справедливое и несправедливое. Это создает проблему утилитаризма для мыслителей типа Штраус, Леоа, однако Рансьер считает её мнимой, поскольку в любом случае сама проблема возможна только для части сообщества. Рансьер критикует позицию Аристотеля, поскольку у того речь идет о «арифметическим» (утилитаристском) распределении благ и услуг. Параполитика получает развитие в Новое Время, а частности, у Томаса Гоббса^[5]:44.

Архиполитика есть вариант Платона, основанный на понятии добродетели, духе закона (а не законе), где закон заменяется воспитанием. Воспитание обеспечивает гармонию между индивидом и коллективом, где у каждого есть своё место; политика исчезает^[5]:43. Платон заменяет «арифметический» порядок «геометрическим», задающим нормы и ценности истинного блага, которое выгодно всем.

Для Рансьера оба варианта — арифметический порядок Аристотеля и божественный порядок Платона — неудовлетворительны.

Метаполитика появляется в XIX веке. Центральное понятие метаполитики — понятие класса в трактовке Маркса. Метаполитика подразумевает, что политика произрастает из социального и исчезает в формальных институтах демократии^[4]:402.

Полиция по сути есть закон, она не социальная функция, а символическое упорядочивание социального. Она не есть «дисциплинирование» тел в духе Фуко, а скорее «правильные» идеи, правила, по которым происходит конфигурация, формирование социального порядка должным образом^[5]:42. Политика же есть место встречи полиции и равенства, суть политики в нахождении разногласия как присутствия двух миров в одном. Политика подрывает общественный порядок полиции, в котором все части целого должны быть должным образом учтены^[7].

Равенство есть вторая главная этико-философская категория Рансьера.

Это совокупность практик, направляемых допущением о равенстве какого-либо существа с любым другим существом для удостоверения этого равенства. Равенство является дилеммой: чтобы не превращаться в неравенство, оно должно пониматься как изначальная предпосылка, а не как конечная цель, к которой надо стремиться. Можно сказать, что равенство универсально и первично в смысле происхождения по сравнению с неравенством, в то время как неравенство — следствие социального. Например, нижестоящий понимает вышестоящего, поскольку между ними есть изначальное равенство^[8]:89.

Процесс равенства есть процесс различения. Равенство основано на доверии, тогда как неравенство — на недоверии. Равенство есть главное неполитическое условие политики и её единственный принцип^[6].

Для анализа современности используется понятие постдемократии^[4]:458, для которой характерны следующие черты: существование видимости народа, существование народа как неопределенной единицы и наличие места видимости народа в месте ведения спора. При постдемократии существует консенсусная система, состоящая из режима мнения и режима права, при этом народ есть сумма его частей (индивидов, предпринимателей, социальных групп и т. д.), и политика исчезает^[4]:458. Конец политики есть последний этап метаполитики и конец политической философии. Конец политики и возвращение политики в скрытой форме обозначают одно и то же — упразднение политики через консенсус.

Парадоксально реализуются обе программы — Платона и Аристотеля — через сообщество, управляемое наукой, которое каждого ставит на место с подобающим этому месту мнением. Каждый находится на своем месте и занимается своим делом — это и есть мысль Платона. Сведение политического к социальному по сути есть реализация идей Аристотеля по уменьшению социальных антагонизмов. Эти идеи реализовались в появлении среднего класса. Постдемократическое мнение постулирует тождество народа и населения, науки целого и мнения каждого, единство закона и чувства. Восходящая Аристотелю «свобода народа» суть фикция. Власть заполняет пустоту несопричастных «идентичностью» и «социальными связями».

Итоги политико-исторических исследований сформулированы Рансьером в основном в работе «Несогласие» (1995)^[6].