5-й Земгальский Латышский стрелковый полк

В 1916 году Земгальский батальон был развёрнут в полк. Он нёс боевое дежурство в районе Олайне. В декабре 1916 года полк принял участие в Митавской операции. В первые дни наступления, 24—26 декабря потери 5-й Земгальского батальона под командованием И. И. Вацетиса составили 525 стрелков. В течение шести дней стрелкам удалось прорвать фронт и удерживать позиции в надежде на подкрепление, однако ввиду снарядного голода позиции были потеряны.

В январе 1917 года 5-й и 6-й латышские полки под командованием И. Вацетиса продолжали фронтальное наступление по линиям Ледынь — Витынь, Оглес — Скудрас. После Февральской революции 1917 года c 17 мая 1917 года латышские стрелки полностью перешли к поддержке большевиков. В августе 5-й полк пытался оборонять Ригу от наступающих немецких частей, однако его потери достигли 67 % личного состава. Остатки полка были отведены в Цесис.

После Октябрьской революции, несмотря на демобилизацию военных подразделений старой императорской армии, латышские стрелковые полки умышленно были сохранены большевиками как силовая опора их власти.

В феврале 1918 года 5-й полк отступил из Латвии через Псков к Петрограду. После отражения немецкого натиска полк был расквартирован в районе Бологое. В апреле 1918 года более 40 000 латышей были объединены в Латышскую дивизию РККА под руководством бывшего полковника 5-го Земгальского полка И. И. Вацетиса.

Когда вспыхнул мятеж чехословацкого корпуса, то в конце июля 1918 года для укрепления обороны Казани по приказу главнокомандующего Восточным фронтом Иоакима Вацетиса в город прибыли 507 стрелков 5-го Земгальского латышского полка. В августе они приняли участие в ожесточённых боях за Казань.

5 августа 1918 года неприятельские пароходы приблизились к пристани Казань, обстреляли её и высадили десант. Две роты Земгальского полка совместно с рабочими отрядами и татаро-башкирским батальоном вынудили десант отступить. Артиллерийским огнём был потоплен один вражеский пароход. Оставшиеся пароходы отступили в Нижний Услон.

Рано утром 6 августа 1918 года противник обнаружил слабое звено в обороне и высадил десант в районе деревни Большие Отары, далее он развернул наступление на город с востока в районе Суконной слободы, и с юга — восточнее татарского кладбища. В Суконную слободу спешно были направлены подразделения 5-го Земгальского латышского полка. 6 августа приказом командующего Восточным фронтом И. И. Вацетиса Казань и её пригороды были объявлены на осадном положении. Советские войска, неся большие потери и лишённые оперативного управления, не смогли удержать город и в ночь на 7 августа были вынуждены оставить его.

Позже Вацетис в докладной записке в Высший военный совет сообщал 9 августа, что «вся тяжесть обороны и жертв легла на 5-й латышский стрелковый полк». Во время боёв за Казань 40 стрелков погибло, 137 попали в плен. Большая часть стрелков под командованием прапорщика Грегора через Царевококшайск вышла к Свияжску. После освобождения Казани 120 сдавшихся в плен стрелков вернулись в полк и своим участием в последующих боях с контрреволюцией искупили свою вину. Бывший командир полка Бриедис остался у белых, позже эмигрировал в Латвию^[2]. По предложению Советского правительства Президиум ВЦИК наградил 5-й полк красных латышских стрелков Почётным революционным знаменем «За самоотверженную и храбрую оборону города Казани»^[3]. Это было первое в истории Красной Армии награждение воинской части Почётным знаменем Советской Родины за высокую ратную доблесть^[4]. Во второй половине августа 1918 года из города Свияжска в Арзамас прибыл 5-й Земгальский латышский стрелковый полк, где он находился до конца февраля 1919 года вместе со штабом Восточного фронта^[5].

В октябре 1919 года Земгальский полк участвовал в обороне Петрограда от наступающих войск Юденича. 21 октября латышские стрелки остановили наступление белогвардейского отряда князя Ливена. Реввоенсовет Западного фронта направил латышам телеграмму: «На вас смотрит вся Советская Россия, от вас зависит судьба Красного Петрограда». Услышав такие слова, красные стрелки начали наступление, заняли город Павловск^[6]. 24 октября 5-й особый латышский полк сосредоточился в деревне Большое Кошелево. Командование белых бросило против 5-го латышского полка отборные части пехоты и 2 танка с намерением выбить полк из деревни Большое Кошелево и отбросить за Павловск. С приближением танков стрелки открыли по пехоте, идущей за танками, пулемётный и ружейный огонь, чтобы отсечь её от танков, а по танкам артиллерийский огонь^[7]. За разгром Юденича полк был награждён вторым боевым знаменем ВЦИК.

Во второй половине июня 1920 года из Москвы на Юго-Западный фронт переброшен 5-й особый Латышский стрелковый полк (его численность снова достигла примерно 2 тысячи человек). В ходе тяжёлых боёв в районе Александровска он понёс крупные потери (около 400 человек убитыми и ранеными). Затем полк вошёл в состав ударной группы, созданной для запланированного наступления Красной армии. Однако 25 июля 1920 года в результате неожиданной атаки армии Врангеля 5-й особый Латышский полк попал в окружение и в ходе ожесточённых боёв 26 июля был полностью разгромлен (около 100 бойцов и командир полка В. Павар попали в плен). Остатки 5-го особого Латышского стрелкового полка, ранее награждённого двумя Почётными Красными знамёнами, включили в состав 5-го полка Латышской стрелковой дивизии^[8][9].

После ликвидации Южного фронта латышская дивизия подлежала расформированию 28 ноября 1920 года. Её отдельные части вошли в состав 52-й стрелковой дивизии РККА. В качестве причин ликвидации дивизии указывались большие потери личного состава в ходе Гражданской войны, утрата однородного национального состава в связи с пополнением за счёт населения средней полосы России. После признания РСФСР правительства К. Ульманиса и независимости Латвии по мирному договору 11 августа 1920 года значительная часть латышских стрелков вернулась на родину.

• полковник Вацетис, Иоаким Иоакимович