Я гуляла с зомби

Сценарист Джим Ворел отмечает, что «место действия фильма - остров Святого Себастьяна, переживший рабство, постоянные визуальные мотивы не позволяют зрителю забыть ужасы недалекого прошлого»^[1]. Историк и писатель Александр Немеров пишет, что «Я гуляла с зомби» использует неподвижность как метафору рабства. ^[2] Важным символом является неодушевленная фигура Ти-Мизери святого Себастьяна, пронзенного стрелами, которая, как говорится в фильме, была взята с носа невольничьего корабля, что доставил первых черных рабов на остров.^[2][3] Немеров утверждает, что Ти-Мизери и Каррефур "вызывают в воображении линчевание черного человека".^[4] Он добавляет, что это проявляется и в финальной сцене фильма, представленной голосом чернокожего мужчины, который говорит аудитории: «пожалей мертвых, и пожелай мира и счастья живым» - утверждение, предназначенное для белых персонажей». ^[5] Писатель Ли Мандело, наоборот, сетует на то, что первоначальная тематика фильма «переворачивается, чтобы обсудить «порабощение» красивой белой женщины, Джессики, которую либо превратилась в зомби, либо прибывала в кататоническом ступоре[...] Этот последний эпизод заставляет вздрогнуть, поскольку страдания чернокожего населения острова и передаются белой женщине". ^[3] Немеров и Мандело подчеркивают упомянутую в фильме эпизод "о слезах при рождении ребенка и смехе на похоронах", которые называют «культурной традицией, исхода из жизни без свободы».^[2][3] По словам Немерова, Каррефур, «как номинальный руководитель невольничьего корабля, является статичной и бесчувственной фигурой», олицетворяющей связь между рабством и концепцией зомби; Немеров цитирует заявление антрополога Уэйда Дэвиса: «Зомби не разговаривают, не могут постоять за себя, даже не знают своих имен. Их судьба - порабощение».^[4]

Форел утверждает, что «Я гуляла с зомби» подходит к верованиям, связанным с религиями африканской диаспоры, особенно с гаитянским вуду, более продуманным образом, чем предыдущие фильмы, такие как «Белый зомби» (1932). ^[1] «Я гуляла с зомби» "не только изображает их с удивительной точностью и достоинством, но и учитывает, как эти убеждения могут быть использованы белым человеком в качестве еще одного элемента контроля над жизнями жителей острова". ^[1] Немеров также отмечает, что в фильме звучит гаитянская вудуистская песня "O Legba", предоставленная для фильма фольклористом Лероем Антуаном, что отражает исследования культа вуду, проведенные создателями фильма. ^[6]

Продюсер Вэл Льютон был обязан использовать для фильма то название, которое выбрало руководство студии RKO^[7], это название было взято из одноименной статьи, написанной Инес Уоллес для «American Weekly Magazine»^[8]. В статье Уоллес подробно рассказывается о ее собственном опыте встречи с "зомби" не буквально живыми мертвецами, а скорее людьми, с которыми она столкнулась на плантациях Гаити, чьи голосовые связки и когнитивные способности были нарушены из-за употребления наркотиков, что сделало их послушными слугами, которые понимали и выполняли простые приказы.^[9]

При разработке сценария Льютон попросил писателей использовать "Джейн Эйр" Шарлотты Бронте в качестве модели для его повествовательной структуры и провести подробное исследование Гаитянского вуду^[10]. Якобы Льютон заявил, что хочет создать "вест-индскую версию" Джейн Эйр.^[11], а сценаристы Курт Сиодмак и Ардел Рэй были выбраны для написания сценария. Первоначальный проект Сиодмака вращался вокруг жены владельца плантации, которую превратили в зомби, чтобы помешать ей уехать в Париж, но сценарий претерпел значительные изменения, внесенные Рэем и самим Льютоном.^[12]

Анна Ли изначально должна была сыграть роль Фрэнсис Ди, но была вынуждена отказаться из-за другого проекта^[13].

Рэй описал «Я гуляла с зомби», как фильм со «скудным бюджетом»^[12]. Основные съемки фильма начались 26 октября 1942 года^[12] и были завершены менее чем через месяц, 19 ноября^[14]. Фрэнсис Ди получила 6000 долларов за роль в фильме^[15], а Дарби Джонс заработал в общей сложности 225 долларов (из расчета 75 долларов в день в течение трех дней), исходя из его еженедельной контрактной зарплаты в 450 долларов^[15].